Там, где живет любовь - Светлана Алексеева

– Мужики, – наконец подключился к разговору Валерка, – а как кино-то наше? Готово, не знаете?

– Не волнуйтесь, ребята! Мне вчера вечером компьютерщики показали. Все класс! Я взял инициативу в свои руки, поэтому и ответ за все буду держать сам. Руководить банкетом, как и договорились, будет Сева Фесенко. Мы же должны отдыхать и уделять внимание нашим гостям. Не царское это дело – банкетом править! Бухгалтерия деньги уже перевела, финансовую сторону контролирует Таисия Викторовна, – резюмировал Корней, и его лицо сразу приобрело выражение романтической влюбленности, а в лукавых глазах загорелся игривый блеск.

О его нежной страсти к финансовому стражу фирмы говорили многие. Однако Димка это категорически отрицал, утверждая, что их связывают только рабочие отношения.

Молодая, красивая, умная девушка по имени Тая появилась на фирме лет восемь назад, сразу после окончания института. Несмотря на то что ее крестный отец был очень влиятельным человеком, вхожим в самые высокие кабинеты власти, она совершенно не собиралась купаться в лучах его славы. Дерзкая, смелая и честолюбивая, она твердо знала, чего хочет в жизни, и планомерно шла к этому.

Ее первой целью стал престарелый ловелас Шевчук, коммерческий партнер их фирмы, владелец небольшого завода по производству металлопластиковых окон. Оставив семью, пятидесятилетний коммерсант сделал очень дорогое приобретение в виде молодого и красивого тела Таисии, решив таким образом разогреть свою вяло текущую, забитую холестериновыми бляшками кровь. Но быстро и удачно выйдя «в дамки», Таечка не удовлетворилась предложением стать только мужней женой с ограниченным пространством для передвижения. Спринтерские пробежки от кухонной плиты до супермаркетов ее абсолютно не прельщали. Отвергнув предложение мужа стать домохозяйкой, она продолжила свою трудовую деятельность, параллельно защитив кандидатскую диссертацию. Что, наверное, являлось ее второй целью. А уже через год, с почестями проводив на пенсию мудрого, но пожилого Бориса Семеновича, стала главным бухгалтером холдинга, что наверняка являлось ее основной целью.

За это время Таисия Викторовна, как она начала себя величать, успела «без отрыва от производства» родить наследника господину Шевчуку, который постоянно путал имя своего сына с именем внука – оба появились на свет почти одновременно. Став матерью, Таечка значительно поумнела и неожиданно поняла, что у нее с мужем больше нет ничего общего. Кроме жилплощади. Успешно расставшись с Шевчуком, она довольно легко получила от него хорошие отступные и их квартиру в престижном районе Киева. С тех пор, став единственной кормилицей своего сына, она с головой ушла в работу.

Волошин внимательно посмотрел на Корнея и задумчиво ухмыльнулся. Только он один знал о том, что отношения между Димкой и главным бухгалтером вовсе не ограничиваются рабочими рамками.

А дело было так. По традиции, за несколько дней до начала Нового года все руководство фирмы и начальники отделов остались после работы, чтобы вместе провести уходящий год и помечтать о том, что их ждет в году наступающем. Торжественное застолье с умными речами и пафосными прогнозами начало плавно переходить в элементарную пьянку, где после романтических пожеланий удачи в Новом году подогретый спиртным Фесенко пятый раз подряд выкрикивал:

– Будьмо!

Глядя на то, как, заливаясь веселым смехом, Корниенко выкрикивал: «Гей! Гей! Гей!», Ермаков объявил о закрытии банкета. С нескрываемым неудовольствием народ начал неохотно расходиться. Но оторваться от веселой компании сотрудников мог не каждый.

Совсем отпустив тормоза и шаловливо посматривая на Таю, Корней подмигнул ей и кивком головы пригласил в свой кабинет. На фирме многие догадывались об их отношениях. Но тайные любовники тщательно это скрывали. Однако в тот злополучный вечер их бдительность была разбавлена огромным количеством поддержанных тостов.

Уютно умостившись в шикарном кабинете, они потягивали бренди, дожидаясь, пока все разойдутся. Ехать в отель было и поздно, и неохота, а оторваться друг от друга казалось невозможным. Дождавшись, когда шум голосов стихнет, Корниенко начал обхаживать свою обольстительную красавицу. Тяжело дыша, он был не в силах сдержать разыгравшуюся страсть. Особо не сопротивляясь, Таечка плавно переместилась с кресла на диван. Кокетливо пожимая плечиками, она самоотверженно помогала шефу справиться с длинным рядом пуговиц, стоящих заслоном на ее пышной груди.

И когда, прошуршав, на пол упали голубые семейные трусы шефа, а в воздухе повис тихий стон обнаженной, глубокой страсти, произошло непредвиденное. Щелкнул замок, дверь кабинета отворилась, и на пороге, парализованная увиденным, застыла уборщица Марья Владимировна. Женщина предпенсионного возраста, с более закаленными нервами, она первая вышла из состояния затянувшегося ступора. Тихо ойкнув и выронив из рук швабру, она быстро понеслась в неизвестном направлении. Ее первая мысль была о том, что сейчас ее, которой до пенсии осталось всего пару месяцев, немедленно уволят. Сидя в своей каптерке, она трясущимися руками перебирала четки и отчаянно молилась. И в этом процессе она, должно быть, переусердствовала. Через несколько минут с таким же перепуганным лицом к ней заглянул Корниенко. Потупив взгляд, он протянул ей зажатые в кулаке две стодолларовые купюры.

– Вы… это… – замялся Димка, – только никому не говорите! Это была случайность!

– Конечно, конечно, – забормотала Марья Владимировна, не веря своему счастью, – что я, не понимаю, дело молодое! Не беспокойтесь, Дмитрий Иванович, буду нема, как рыба!

Лучше бы он этого не делал.

Казалось, на этом конфликт интересов был исчерпан. Но на следующий день, втайне от шефа, Таисия Викторовна повторила его ошибку. Вызвав к себе уборщицу, она протянула ей сто долларов и ласково попросила навсегда забыть о том, что произошло. Но как же может наш человек забыть о том, благодаря чему всего за одну минуту, не приложив никаких усилий, можно заработать столько, сколько не всегда удается за месяц. Не зря сказано: «Не важен способ, важен результат». Удержаться от искушения для бедной женщины было выше ее сил. Несколько дней подряд перед ее мысленным взором стоял не обнаженный зад начальника, а хрустящие зеленоватые американские банкноты.

После недельной борьбы совести с разыгравшимся финансовым аппетитом последний окончательно взял верх. Тихо шмыгая покрасневшим носом, Марья Владимировна начала совершать регулярные набеги в кабинеты то начальника, то главбуха, где после скомканного изложения возникших семейных проблем она настоятельно просила о небольшой материальной помощи. Но уже через месяц, войдя во вкус и привыкнув к несложной работе просителя, она без лишних прелюдий просто требовала у них денег. Вот тогда-то Димка был вынужден все рассказать Волошину, который и помог убрать с фирмы ненасытную рэкетиршу.