Я знаю о любви - Кэтрин Гэскин

— Да, да! — В этот момент мне не хотелось замечать его осторожность.

— Он пригласил меня к себе домой… — И здесь его глаза зажглись от возбуждения и радости. — Он предложил мне вино… И, Эмми, он предложил мне «Лэнгли Энтерпрайз»!

— Что предложил тебе?

— «Лэнгли Энтерпрайз». Самое лучшее судно Лэнгли! Он собирается создать свой собственный флот. Если все пойдет хорошо, он организует поставки шерсти в Англию и встречные поставки товаров. И я буду первым, кто их осуществит! Ты слышишь меня, Эмми? Я буду первым в этом деле!

— Ты имеешь в виду, что будешь капитаном?

— Только капитаном, не меньше!

И там, на Мэйн-роуд, я обняла его во второй раз, не заботясь о том, что вокруг были люди. Я видела счастье в его глазах. Это было лицо человека, который получил от жизни то, что больше всего хотел. Адам изменился, он сейчас был настоящим мужчиной, собранным, всякая неуверенность в нем исчезла. И я поцеловала его.

— Это великолепная новость! Это самое лучшее, что я слышала за последнее время! Твой собственный корабль, Адам, твой!

— Я не могу заснуть, думая об этом. Я даже не поверил этому сначала. Джон Лэнгли не тот человек, который раздает авансы просто так. Оказывается, он переговорил с теми четырьмя людьми, спасшимися с «Джулии Джесон», и только после этого сделал мне предложение.

— А почему бы и нет? — сказала я, имея в виду, что никаких сомнений и быть не могло!

Он пожал плечами, однако был слишком счастлив, чтобы всерьез задумываться об этом.

— Существует определенный риск в том, чтобы нанять человека, который потерял корабль. Команда имеет особое отношение к нему. Если ты однажды потерпел кораблекрушение, то должен в два раза превосходить по качествам того капитана, под чьим началом они плавали раньше, иначе от них нельзя ожидать никакого уважения. Лучше сразу попасть в ад чем управлять кораблем, где команда не доверяет капитану.

— Ты будешь лучше в четыре раза!

И он улыбнулся мне, не скрывая сейчас уверенности в себе.

— Я буду, Эмми. Буду!

Мы пошли по Мэйн-роуд, направляясь к Эрике, и от того, что я могла идти рядом с ним, я готова была лопнуть от гордости. Так много глаз смотрело ему вслед: высокий загорелый мужчина с выражением полнейшего счастья на лице. Он оживленно здоровался с мужчинами и раскланивался с дамами, на которых он даже не осмеливался ранее взглянуть. Чувство вины из-за гибели «Джулии Джесон» полностью исчезло. Он хотел, чтобы окружающие увидели и признали это. Он держал голову высоко поднятой и выглядел как человек, который готов обнять весь мир.

— Итак, — сказал он, — я думаю, мне нужно прийти…

— Ты о чем, Адам? — Я ускорила свои шаги, чтобы попасть в ногу с ним. Я могла бы сказать по его походке, что он был готов бежать всю дорогу до лагеря Мэгьюри.

— Мне кажется, я мог бы прийти, — повторил он. — Судно «Энтерпрайз» будет готово к выходу через два месяца. Я сказал Лэнгли, что сначала я мог бы приехать сюда. Я сказал ему, что мог бы быть полезен у Сэмпсонов в случае необходимости, но мне кажется, он знал, что я хотел оказать помощь Мэгьюри…

— Какие-то проблемы?…

Он посмотрел на меня с недоумением.

— Да, — это Хотэм отправляет через Мельбурн отряды 12-го и 40-го полков. И большую партию оружия и продовольствия… Они считают, что возможно восстание. Лэнгли не рекомендовал мне связываться с головорезами-мятежниками — они все равно закончат свою жизнь на виселице, это у них написано на роду.

С того самого момента, как я увидела его на Мэйн-роуд, все мысли о неприятностях выскочили у меня из головы. Но он напомнил о них. Это не было простым недовольством золотоискателей.

Части правительства в Мельбурне не понравились требования делегации шахтеров об освобождении людей, приговоренных за поджог гостиницы Бентли. Считалось, что никто не имел права требовать чего-то от сэра Чарльза Хотэма. Пошли слухи об использовании полиции и войск. Хотэм пришел в ярость. Он распустил делегацию и вызвал подкрепление в Балларат. Мы знали, что они уже в пути.

— Эти дураки в Мельбурне считают ниже своего достоинства послушать то, что говорят честные люди, — сказала я. — Но они не понимают, как обстоят дела здесь, на золотоносных полях. Вскоре что-то должно произойти… Я рада, что ты здесь. Я хотела, чтобы и Ларри тоже был здесь.

— Когда он приедет?

— Через несколько дней… Кто знает? Вокруг Баррандиллы есть несколько отдаленных городов. Он говорил, что хочет охватить их тоже… Сказал, что вернется назад сразу, как только начнутся беспорядки. Это было до того, как мы услышали, что Хотэм посылает дополнительные войска. В конце концов все может успокоиться. Так говорит Ларри. Он просто не мог ждать здесь…

— А Пэт?

— Пэт хочет, чтобы беспорядки начались, — он очень ждет их. — Я знала, что это правда, хотя впервые сказала об этом вслух. — Он хочет их Ларри назло.

— Родственники так не поступают. Пэту следует найти свой путь в жизни. Это не тот путь, который выбрал Ларри.

Адам был озабочен, раздумывая о слухах и содержании рапортов, из-за которых приехал сюда. Он будто находился в ожидании чего-то. Вдруг мысль о Розе пронзила меня, и я сразу поняла его взгляд.

И в то же время это был другой Адам, который вернулся к нам. Он был капитаном судна, а не простым рулевым с корабля. Я начала понимать, почему мысль о беспорядках не так сильно занимала его. Это был взгляд человека, который приехал в Балларат, чтобы найти здесь жену.

И в моем внезапном разочаровании я хотела отвернуться от него и спрятать свое лицо. Меньше всего я хотела присутствовать при его встрече с Розой и стала искать повод, чтобы оставить его.

— Адам, я кое-что забыла у Сэмпсонов. Ты иди. Скажи им, я скоро приду.

— Не уходи… — сказал он и остановился.

Внезапно на улице возникло сильное оживление.

— Митинг! Митинг на Бейкери Хилл!

Мы часто слышали такие крики в последние дни. Различные реформаторские группы, как умеренные, так и экстремисты, созывали митинги в любое время, когда считали это необходимым для объединения своих сторонников.

— Давай вернемся назад в лагерь, — попросила я. — Похоже, что Пэт не пойдет на митинг, — я поторопила Адама, надеясь, что сейчас его первая встреча с Розой может и не состояться из-за большого наплыва людей, проходящих через лагерь Мэгьюри.

Пэт и Син как раз выходили из шахты. Пэт приветствовал Адама довольно дружелюбно. Казалось, он принял присутствие Адама как ожидаемое и естественное.

— Рад видеть тебя! — окликнул он. — Ты приехал вовремя, как раз для схватки. Надеюсь, у тебя есть оружие? — И заторопился на митинг.