Диагноз: женщина - Ирина Чернова

По вечерам мы с Андреем втихую, чтобы не слышала Катрина, обсуждали вопрос о том, что делать дальше. Конечно, сидеть в деревне до бесконечности невозможно, но пока мы даже не знаем, в какую сторону идти, чтобы попасть в более развитую часть страны. Кстати, что тут за страна, нам никто не говорил. Скорее всего, не знали, книг в деревне не было, да и карт тоже. Прямо, как наши староверы в Сибири.. Еды с собой можно было набрать, но вот не было никакого оружия, даже ножа, а с одними палками в лесу много не отобьешься, если кто нападет. Я выложила Андрею все, что узнала, в том числе и про фразу Корха про его оружие. Он помолчал, потом хлопнул меня по плечу. Плечо заболело. Ну и удар у него стал...не зря трудился..

- Если тут оружие отбирают у поселян, то встречаться с Корхом надо перед уходом из деревни. А что у него припрятано, не говорил?

- Нет, только упомянул, что с ним сюда пришел. Может, у него там "кольт" лежит под застрехой?

- Вряд ли, тут об огнестрельном никто и не слышал, я спрашивал. Ножей бы приличных, топор еще надо. Шмотки наши надо найти, джинсы у меня еще очень приличные были, когда мы сюда пришли. Пару курток обязательно - помнишь, как мерзли ночью, когда сюда попали?

- Я бы тогда одеяло позаимствовала, тут у них такие типа валяных, плотные. Накидки из этой шерсти промокают, а вот одеяло в самый раз получится, плотное, на землю подложить. Да, я ведь наши пластиковые бутылки из-под минералки сохранила, представляешь? Вот под воду пригодятся, легкие. А то Катрина на них все покушалась, да я не отдала.

С этими бутылками нам действительно повезло крупно. Я их всю дорогу берегла как большую ценность, как чувствовала, что ничего подобного тут нет и они нам еще здорово пригодятся. На заимке на них обратил внимание Петер, крутил-вертел, хотел прикарманить одну, да я не дала, тут ими заинтересовалась Катрина и все выспрашивала, из чего они сделаны. Объяснила, что нам их привозят заезжие купцы, а как сделаны - не знаю. Все было правдиво, так что она только поморщилась, но поверила. По крайней мере, с собой воды наберем на первое время.

Несколько раз обсуждали иерархию власти в деревне. Про Косту говорили Ларс с Ханкой, Андрей тоже про него слышал, что он тут голова, но на стройке мужики говорили мало, им-то в деревне все было понятно, а к вопросам чужака относились настороженно и отвечали односложно и уклончиво. Мы никак не могли сойтись в едином мнении, когда же нам наконец уходить. То, что уходить придется, было ясно, но тут мы вроде отдохнули, отъелись и теперь не торопясь собирались в дорогу, не посвящая в наши планы никого. Мало ли, как селяне воспримут наш уход? Катрина к нам не приставала с вопросами, разговоры не поддерживала, что мне казалось неестественным для деревенской жизни. Так прошло еще пара дней, а на двадцатый день жизни в деревне к нам заявился староста, тот самый Коста.

Пришел он уже под вечер, и, похоже, что его посещение для Катрины не было такой уж неожиданностью, как для меня. Андрей еще был на реке, они заканчивали ремонт моста, а я только начала готовить очередную разновидность похлебки на ужин, как в дом ввалился здоровый мужик, кряжистый и мордатый, как все деревенские, одетый в простые светлые холщовые порты и темную рубаху навыпуск, подпоясанную ремнем. Морда лица у него была круглая и щекастая, заросшая небольшой курчавой бородкой, нос картошкой, а глаза были не видны под набрякшими веками. Короткие волосы темно-русого цвета топорщились на голове и он приглаживал их изредка ладонью, выглядевшей влажной даже издалека. Катрина уже сидела некоторое время за столом в большой комнате и нервно перебирала содержимое небольшой шкатулки, в которой она хранила всякие украшения, время от времени поднося что-то ближе к глазам. При появлении мужика, она дернулась и уронила очередную подвеску себе на колени, да так и застыла, словно одеревенела.

- Приветствую тебя, Катринушка! Чего замерла-то, я же не кусаюсь, вот с душой и со всем добром пришел, как только вернулся домой, - заговорил вошедший, оглядывая комнату быстрым острым взглядом. - Что же ты застыла, садись, садись. Можно я к тебе подсяду, да за руку подержусь, не прогонишь, а?

При этих словах Катрина просто побелела и плюхнулась на лавку, шкатулка так и осталась стоять раскрытая на столе, а подвеска с ее юбки соскользнула на пол. Похоже, она этого даже не заметила, сильно сцепила ладони на столе перед собой, потом расцепила их и с силой захлопнула шкатулку. Мужик с усмешкой поглядел на нее, сел рядом и поднял упавшую подвеску. Сжал ее в кулаке, дунул на него и протянул знахарке, та молча взяла вещицу и тихонько положила ее на стол подальше от себя.

- Рассказали мне, что чужие вышли из лесу к нам, девка да парень. У тебя живут, помогают народу. Это хорошо, молодец, что определила их, пока меня не было.

Он еще что-то говорил, вроде нахваливал, что Катрина молодец и все правильно сделала, а мне даже через приоткрытую дверь было видно, что больше всего женщина хотела бы вскочить и убежать подальше. Ковыряться у печки не имело больше смысла, я одернула юбку и вышла к посетителю.

- Доброго дня, уважаемый...хм, не знаю, как вас звать только. Я - Рина, мы с мужем вышли на вашу деревню...

- Не знаешь, как звать меня? Староста я здешний. Костой зови.

Прокололась я. Сказано было все таким тоном, что он сразу дал понять - я вру, и он это знает. Фигово, надо задний ход давать.

- У нас , - я специально подчеркнула это, - не принято обращаться по имени к человеку, пока он сам не представится. Особенно к тем, кто старше.

А что, в Англии, например, если не представили, то и говорить считается недозволительным. В голове закрутились обрывки романов Френсиса и Диккенса. Коста посмотрел - и расслабился. Поверил! Точно, вранье чует, сволочь!

Его масляные маленькие глазки пробежались по мне, но под здешней одежкой много не рассмотришь. Прямо оценивает, как лошадь на ярмарке. Похоже, оценил на приличную сумму, поскольку осклабился и решил продолжить разговор по душам.

- Ленна тебя хвалила, мол, расторопная ты и приветливая, хоть и не ко всякой работе привычная. Но это пройдет, научишься. А по хозяйству всегда женские руки нужны, без хорошей хозяйки двор неухоженный будет. И на заимке помогала мужчинам, молодец, молодец. Только вот в реку зря лезешь, неправильно это, ну да ничего, пройдет. Так мне сказали, что вы у нас обживаетесь?

Ну уставился, дырку почти протер. В районе груди, между прочим, аж защекотало там все и зачесалось. Я заерзала, а Коста довольно ухмыльнулся.

- Не обживаемся, а приживаемся. Мы же тут люди пришлые, жили совсем в другом месте, обычаи другие. - Под дурочку покосить надо бы побольше, пусть поверит, что для нас тут манна небесная.