Простые сложности - Алина Аркади

же не такие. Вот, например, Алилов, просто предоставил жильё, помог, не требуя ничего взамен. Сомневаюсь, что Юра сам предложил бы своему сотруднику помощь, скорее, ещё бы наварился на этом.

‒ Потому что есть люди, а есть Орехов. Всё, ‒ отрезает сестра, в голосе которой проскакивают нервные нотки, оповещающие, что слишком много слов мы потратили на обсуждение моего бывшего мужа. ‒ Лучше поверни голову налево… или направо, не знаю, с какой стороны от тебя сосед-красавчик, и обрати уже внимание на симпатичного мужчину, который тебя, кстати, сам поцеловал!

‒ Да. А я ему за это пощёчину отвесила, ‒ зажмуриваюсь, сгорая в новой волне стыда за опрометчивый жест в сторону Игната.

‒ Что сделала? ‒ опешившая Янка почти кричит в трубку. ‒ Нин, ты, как дикая! Человек к тебе с симпатией, а ты…

‒ Чёрт, чёрт, чёрт… Так получилось, ‒ начинаю стонать, вновь себя ругая. ‒ Теперь однозначно придётся его избегать.

‒ Ничего, переживёт, ‒ хмыкает сестра, ‒ от этого ещё никто не умирал. А как отреагировал?

‒ Да никак, ‒ пожимаю плечами, ‒ просто молча смотрел, а потом я ушла.

Понимаю, что спокойная реакция Игната на моё рукоприкладство разительно отличается от Орехова, который после вот такой пощёчины в прошлом году, схватил меня за горло и ощутимо придушил, пригрозив более радикальными действиями при повторении подобного. С того самого момента я начала смотреть на мужа другими глазами, всё чаще замечая агрессию и раздражительность в свой адрес.

‒ Вот скажи мне: как ты за два часа умудрилась поцеловать мужчину и разругаться с ним вдрызг?

‒ Он целовал, ‒ возражаю, напоминая сестре, что инициатива исходила не от меня.

‒ Да какая разница! Нин, нельзя так реагировать на проявление симпатии, иначе от тебя просто начнут шарахаться лица противоположного пола.

‒ Знаю.

‒ Значит, сделай выводы и исправляй ситуацию. Всё. Завтра, встретившись с соседом, объясни всё, чтобы он не подумал, что приближаться к тебе опасно для жизни.

‒ Я вообще-то вчера эту самую жизнь ему спасла, ‒ бурчу под нос, снова возражая сестре.

‒ Тем более, на волне фееричного спасения продолжи ваше знакомство. Как маленькая, ей-богу. Учи тебя всему, рассказывай, направляй…

‒ А сама? Если такая продуманная, почему одна? ‒ подстёгиваю Яну, которая с лихвой может отсыпать советов кому угодно, сама же им не следуя.

‒ Забыла? Я жду волшебных бабочек, о которых рассказывают в каждой книге, ‒ смеётся.

‒ Ну, конечно, а ты, Нина, без бабочек обойдёшься, да? Все бабочки достанутся Яне.

‒ Будут у тебя бабочки, не дрейфь, ‒ успокаивает, ‒ как только начнёшь исправлять ситуацию с соседом, так и почувствуешь на себе всю прелесть их присутствия. Обещай, что поговоришь с красавчиком, хотя бы попытаешься.

‒ Если он захочет общаться.

Не говорю Яне, что сразу после случившегося Игнат сделал попытку поговорить, постучав в мою дверь. Не желаю выслушивать длинную тираду из уст Яны, которая почти успокоилась, сменив гнев на милость.

‒ Уже поздно. Иди отдыхать. Мальчики спят, и я пойду. Завтра позвони, ‒ тянет в трубку и отключается.

Укладываюсь на постели, которая станет моим местом для сна впервые, потому как сегодняшнюю ночь я провела в квартире Игната. Долго не могу заснуть, обдумывая слова Яны и прокручивая бесконечной каруселью все возможные варианты беседы с Игнатом. Конечно, при условии, что он захочет разговаривать. Мне настолько неудобно перед ним, что есть сомнения ‒ а смогу ли я не только заговорить с ним, но и адекватно объяснить своё поведение? Возможно, в моих объяснениях он не нуждается, и наше лёгкое общение закончится так и не превратившись во что-то большее.

Глава 12

Собираюсь в офис, нервно прислушиваясь к звукам за входной дверью, и то и дело прилипая к глазку. На лестничной клетке никого, кажется, в соседней квартире никто не проживает, а наличие соседа ‒ плод моего воображения, которое само по себе нарисовало желаемую картинку.

Протискиваюсь в двери, предварительно пару минут собираясь с духом, и бегу к лифту, который на моё счастье практически сразу отворяет передо мной створки. И только, когда кабина ползёт вниз, облегчённо выдыхаю. Прямо сейчас я не готова к встрече с Игнатом, желая отложить возможный разговор на вечер. Или же, вечер другого дня. Обещание сестре я дала, но исполнить его вряд ли получится. Предпочитаю забыть случившееся, отбыть в столице положенный срок и с чувством выполненного долга вернуться в Тверь. Нам с Игнатом не по пути во всех смыслах, и мысленно я благодарю Вселенную, что наше общение прекратилось само собой, без особых усилий с обеих сторон.

Игнат поцеловал ‒ я дала пощёчину, о которой он вряд ли сразу же забудет. Минимум, сделает вид, что ничего не произошло, остерегаясь приближаться ко мне. Максимум ‒ выскажет своё недовольство, резанувшее по мужскому достоинству. Я это переживу, как и тонну оскорблений, которыми обычно бросается в меня Юра.

Поднимаюсь в лифте на свой этаж, когда телефон вибрирует, оповещая о входящем сообщении, а открыв его, понимаю, что меня проинформировали о приближающемся суде. Не лгал Орехов, когда заявил, что дело по имуществу перенесено в Москву, о чём свидетельствует несколько предложений на экране телефона. Заседание в понедельник, это для меня удобно: я ещё буду здесь, и смогу без лишних проблем присутствовать на рассмотрении нашего дела. Быстро вбиваю в интернете адрес, выяснив, что суд находится в паре остановок метро от офиса. Отлично – я смогу без накладок добраться по указанному адресу. Остаётся лишь отпроситься на пару часов у Виты Андреевны, или же у самого Алилова, если направят к генеральному.

Уверена, Орехов будет удивлён моему появлению, не предполагая, что я решусь поехать в столицу. С этой самой целью он и отозвал дело из Твери. Но возможен и другой вариант: здесь у него всё схвачено и договорено, а это означает мой заведомый проигрыш и полную капитуляцию. Но я хочу довести дело до конца, чего бы это не стоило. Денег на хорошего адвоката у меня нет, поэтому придётся представлять свои интересы самостоятельно.

‒ Ниночка, ‒ подпрыгиваю, не ожидая увидеть перед собой Корецкую, которая, кажется, намеренно сторожила меня у лифта, чтобы довести до инфаркта. ‒ Мы тебя ждём. Сегодня решили закончить чуточку раньше, ‒ заговорщически шепчет мне на ухо, ‒ Валя попросила, ребёнок болеет. Ты не против?

‒ Нет-нет, ‒ спешу успокоить женщину. ‒ Хотела спросить, сколько продолжится наше… обучение?

‒ А, что, я вам