Как я украла ректора - Катя Водянова

к месту вышибалы, взяла одну из валявшихся там шляп, темную, похожую на те, что носят пиратские капитаны, с длинным пером, оставила рюкзак с учебниками и тетрадями и переместилась поближе к дядюшке Питеру.

– Это что за придурок? – он взглядом указал на Гаррисона, которого уже со всех сторон окружили девчонки-подавальщицы. Гладили его, пытались познакомиться, подсовывали салфетки со своими адресами. Фальшивки, конечно, здешние работницы не стремились оправдать название заведения.

– Да так, учится со мной.

Питер прищурился и склонился над стойкой.

– Просто учится и просто притащился за тобой в Дертихоул? Что-то не верится, Лиззи! Он точно не из полиции или гильдейских?

– Я его пять лет знаю, с законниками Гаррисон точно не связан, можешь не волноваться. А вот твои девчонки совсем обнаглели! Обчищают ему карманы среди бела дня!

Надеюсь, хотя бы браслет с кристаллами алзолов оставят, а то в самом деле придется самой платить за ужин. Не разорюсь, конечно, но все равно приятнее, когда это делает Гаррисон.

– Без потери парочки монет посещение Дертихоула не засчитывается, – развел дядюшка руками. – Подумываю вписать это в туристическую программу.

– Угу, тогда уж и про возможную заточку под ребра не забудь упомянуть, тоже часть туристической программы. Или то, что с «девочки» из заведения мадам Лорены может не вовремя слететь иллюзия, пусть гости района не разочаровываются, увидев не совсем девочку. Или совсем не девочку.

У меня как-то не хватало денег до стипендии, подрядилась обновить им иллюзии, противозачаточные заклинания и те, которые защищают от срамных болезней. Схемы-то у «девочек» готовы и наложены на специальные амулеты, а вот магической энергии напитать не хватает. К тому же знаки от долгого использования искажаются, нужно все проверить и исправить ошибки, а для этого – снять все чары. В общем, тогда у меня случился день настолько пугающих открытий, что не получилось поделиться даже с дядюшкой Питером. Но он и сам все знает. Наверное.

– Ты во всем видишь только плохое, Лиззи! – С тяжелым вздохом дядюшка плюхнул на стойку пустой бокал и тут же наполнил его соком, который держал тут специально для меня. Безалкогольные напитки, кроме отрезвляющего пойла, не вписывались в концепцию заведения.

– И во всех, – поддержал его Уилл, который наконец-то вырвался из цепких рук подавальщиц и подошел к нам.

– Я просто реально смотрю на мир и людей, что его населяют. И это уже не раз меня спасало от неприятностей. Ты бы тоже поучился, Гаррисон.

На последней фразе я выразительно кивнула в сторону подавальщиц, которые сбились в стайку и уже делили вытащенное из его карманов. Нет, правда, страх потеряли, раньше они старались обчищать карманы незаметнее и брали не больше положенных на чай десяти процентов от счета. Повара на кухне тоже расслабились: сок оказался кисловат, но просить у дядюшки эля или разбавленного вина было бы ошибкой. Он что-то там наобещал моему отцу, теперь следил строже, чем за собственной дочуркой.

– И стать такой же злюкой? Нет, я предпочитаю верить людям и искать в них хорошее!

Гаррисон тоже повернулся к подавальщицам и помахал им рукой. Девчонки фальшиво заулыбались в ответ, потом у одной резко зашевелился передник и полыхнул пурпурным огнем. У второй то же самое случилось с рукавом платья, у третьей сгорел лиф, но уже с зелеными всполохами. Пока разносчицы визжали и руками сбивали холодное и безвредное пламя, вспыхли окончательно пришли в себя и успели разбежаться по углам трактира.

– Только этой дряни мне не хватало! – возмущенный дядюшка встал в полный рост и оперся на стойку громадной ручищей и жутковатым крюком. – Быстро ловите их, куры! Если успеют расплодиться – услуги мага вычту из жалованья! – дальше он развернулся к Гаррисону и нахмурил брови: – Зачем притащил ко мне эту погань?

– Тренировался накладывать чары на живых существ, а вспыхли для этого подходят лучше всего. Кто же знал, что у вас здесь гостей обчищают прямо на входе? А стоило зверушкам оказаться далеко от стабилизирующего амулета, как чары начали таять.

Мне казалось, что дядюшка Питер сейчас размажет Уилла по стене, но тот только налил ему полный бокал эля и пододвинул блюдо с закусками. Я тут же потянулась к ломтикам свежего хлеба, чуть подсушенного с одной стороны, укрытого кусочком слабосоленой рыбы с мягким сыром, и быстро закинула один себе в рот.

– А он не такой придурок, как ты говорила, – сдал меня дядюшка и указал взглядом на шустрого малого, пытавшегося сбежать, не заплатив. – Чем-то на молодого Кеннета похож. Пока тот еще был честным наемником и не затер внешность постоянным ношением заклинаний невидимости.

Да, здесь Питер был прав: сколько бы ни пыталась вспомнить лицо отца, у меня ничего не выходило, его черты плыли и менялись. Его и магическая полиция опознала только по характерным отметинам на ауре, а не по внешности.

Но отец плохо кончил, надеюсь, Гаррисону повезет больше, а мне пора работать.

Здоровенный детина в замызганном костюме уже успел открыть дверь, как я подцепила его энергетическим жгутом и подвесила вверх ногами, дальше тряхнула как следует, чтобы из карманов посыпались монеты, собрала их заклинанием и всыпала в руки одной из подавальщиц. Мужчина попытался возмутиться, но поймал тяжелый взгляд дядюшки Питера и замолчал. А когда я опустила его, так же молча плюнул на пол, скривился и ушел. Догонять и заставлять его убирать за собой никто не стал: разнообразные плевки, грязь и пятна крови тоже работали на неповторимую атмосферу заведения, которой так гордился дядюшка Питер.

– Ладно, – я с намеком потерла руки, – пойду-ка на свое место, заданий на завтра, у-у-у!

На самом деле, конечно, не хотелось снова подставляться перед Гаррисоном, а то у дядюшки хватает и других воспоминаний.

– Иди.

Питер тут же забыл о моем присутствии и повернулся к Гаррисону.

– А ты, стало быть, тот самый капитан футбольной команды, он же кривоногий полузащитник? Лиззи постоянно рассказывает о ваших матчах.

Какой бы насыщенной ни была жизнь в Дертихоуле, разнообразной ее не назовешь, поэтому дядюшка Питер откровенно скучал и цеплялся за любую возможность узнать что-то новое. У него уже скопилась солидная библиотека из книг и кристаллов с записями театральных представлений. Но это не мешало каждый день набрасываться на меня с вопросами: «Как прошел день?», «Что нового в академии?», «Вас уже учили замораживать человека так, чтобы он сначала превратился в громадную глыбу, а после оттаял и снова побежал?»

Новости из жизни обычного студента тоже не отличаются разнообразием, поэтому я частенько рассказывала дядюшке о матчах нашей футбольной команды. Получалось неплохо: слушал не только он, но еще и подавальщицы, стоявший на раздаче повар и наш престарелый ночной сторож. Должность чисто формальная, смельчаков, которые бы решились ограбить заведение дядюшки, не существовало в природе. Вот зацепить вышибалу в почти честной драке – другое дело.

Но Гаррисон не оценил мой вклад в рост его популярности:

– Честно скажу, Тейт – самая необыкновенная девушка на нашем факультете, настоящая красотка к тому же. Но в футболе ни Филча не смыслит!

– Продули последний матч «три-ноль», – сдала я Уилла и перебралась за отдельный стол, где всегда сидел вышибала.

– Никакого огня сегодня, – раздраженно сказал дядюшка, – еще с прошлого раза гарь не выветрилась!

Могу поспорить, что дело здесь не только в моем небольшом элементале. А если и в нем, то неповторимая атмосфера «Блудницы» точно не пострадала. Здешний полумрак и без того наполовину состоял из табачного дыма и следов огненных заклинаний. Но если дядюшка просит, мне не сложно использовать другие стихии или вовсе положенную чернокнижникам темную магию.

Пока желающих не платить за ужин ценой собственного здоровья не находилось, я разложила