Безрассудный рыцарь - Трейси Лоррейн

его с воскресенья. Я не ожидала, и он не давал обещаний о том, что нас ждет, но мы несколько раз переписывались. Всякий раз, когда я вижу, как его имя смотрит на меня с экрана, бабочки порхают у меня в животе и волнение наполняет мои вены. У меня не было головокружения из-за парня уже много лет, и, несмотря на то, что прошло всего несколько дней, я уже пристрастилась к нему, как к наркотикам.

Я могу только надеяться, что он переживает что-то подобное, и в следующий раз, когда мы будем вместе, это будет наэлектризовано. Прошло несколько дней. Я более чем готова снова провести с ним немного времени.

— Джоди, — говорит знакомый голос, когда я кружусь с кофе, который готовлю.

Подняв глаза, я вижу улыбающееся лицо, смотрящее на меня.

— Сара, — напеваю я, бросаясь ставить кофе моей клиентки на поднос, прежде чем я его пролью, и бегу вокруг стойки, обнимая ее за плечи. — Когда ты приехала домой?

— Сегодня утром, — говорит она мне на ухо, так же крепко прижимая меня к себе.

— Боже, я скучала по тебе, — вздыхаю я.

— Я тоже. Как хорошо быть дома, — говорит она, отпуская меня. — У тебя скоро перерыв?

Взглянув на часы, я вижу, что ей повезло. — Десять минут. Иди садись, я сделаю тебе кофе. Как обычно, да?

— Да, — говорит она, мягкая улыбка играет на ее губах, а глаза наполняются счастьем.

Я смотрю, как она подходит к одному из свободных диванов у окна, а меня окружает удовлетворенность.

Сара моя старая подруга. Мы познакомились в детском саду и были практически неразлучны, пока она не ушла после одиннадцатого класса, предпочитая учиться в местном колледже на профессиональных курсах, а я остался в шестом классе. Однако мы никогда не теряли связь.

С тех пор она переехала на другой конец города, чтобы жить со своим парнем, и сразу после похорон Джо они вдвоем уехали, чтобы провести шесть недель и каникулы в Австралии.

Мы часто разговаривали, и она даже пригрозила вернуться пораньше, когда я рассказала ей, что случилось с папой, но я не позволила ей испортить из-за этого поездку.

Она ничего не могла сделать, чтобы исправить ситуацию, и я предпочла бы знать, что она наслаждается собой, чем тонет в моих слезах.

Десять минут до моего перерыва тянутся, поскольку мое волнение от того, что я услышу обо всем, что они делали из первых рук, берет верх надо мной.

Когда Паула, наконец, приходит, чтобы сменить меня на перерыве, я более чем готова присоединиться к своей подруге.

Взяв сэндвич из холодильника, я подбегаю к ней с двумя чашками свежего кофе и падаю рядом с ней.

— Ты так хорошо выглядишь, — говорю я, глядя на ее бронзовый загар. — Я чертовски ревную.

Она улыбается мне, ее собственное волнение очевидно, но я не упускаю печали и беспокойства в ее чертах.

— Как дела? И я имею в виду, как действительно твои дела. Я знаю, что ты обманываешь меня в своих сообщениях. — Она изгибает бровь, и я стону.

— Все было тяжело, но я не хотела, чтобы ты беспокоилась обо мне, пока ты отдыхала.

— Неважно, где я, Джо-Джо. Я все равно буду волноваться.

— Я знаю. Но нам не нужно говорить о моей несчастной жизни. Расскажи мне все об Австралии.

Ее улыбка становится шире, ее возбуждение становится ощутимым, когда она говорит со скоростью миллион миль в час, рассказывая мне обо всем, с чем они с Джесси столкнулись во время своих путешествий.

— Джоди, — гремит позади меня низкий голос, пугая меня и заставляя понять, что я полностью потеряла счет времени, так как была поглощена рассказами Сары об идеальных золотых пляжах и теплых голубых морях.

Я оборачиваюсь, морщась от Мэтта, стоящего позади меня с руками на бедрах и свирепым выражением лица.

— Дерьмо. Извините, босс.

— Паула должна была уйти домой пятнадцать минут назад. — Гнев в его тоне заставляет мой желудок сжаться.

Я едва смотрю ему в глаза, быстро прощаюсь с Сарой и бегу за прилавок, горячо извиняясь перед Паулой, которая лишь мягко улыбается мне и говорит: — Это не проблема, милая. Я знаю, что она уезжала.

— Я тебе компенсирую, — говорю я, несмотря на ее аргумент, что в этом нет необходимости.

Взгляд Мэтта все еще прожигает мне спину, когда я принимаю следующий заказ и быстро возвращаюсь к рутине, пока не исчезает небольшая очередь.

У меня был выходной в понедельник, и я смогла отложить встречу с ним после эпизода с сексом на прилавке, но мы работали вместе последние два дня, и я ждала, когда он поднимет этот вопрос, притащит меня в его офис и заставить меня объясниться, прежде чем вышвырнуть мою задницу.

Я могу только надеяться, что причина, по которой он до сих пор этого не сделал, заключается в том, что камеры на самом деле не работают, и он понятия не имеет, что что-то случилось в субботу вечером после его отъезда. Другой вариант заключается в том, что у нас уже не хватает персонала, и он пока не может себе этого позволить.

Со вздохом я поворачиваюсь к нему лицом, проглатывая тревогу, что он мог бы стать свидетелем того, как меня, склонившуюся над прилавком, трахают именно там, где я сейчас стою.

Игнорируя требования своего мозга, мои щеки пылают ярко-красным цветом, когда я пытаюсь удержать его взгляд.

— Прости, я потеряла счет времени. Это больше не повторится.

— Я ожидал от тебя большего, Джоди, — говорит он, и в его тоне явно слышится разочарование.

— Я знаю, извини.

— Ты можешь закрыться сегодня вечером.

На этот раз горят не только мои щеки, когда моя кровь превращается в огонь.

— Д-да, конечно. Все, что тебе нужно.

Он делает шаг назад, но, клянусь Богом, его взгляд на мгновение останавливается на моих губах, прежде чем он оборачивается.

Боже мой, он смотрел запись.

Я кричу про себя, когда он исчезает через дверь, предназначенную только для персонала, в сторону своего кабинета.

— Это было напряженно, — говорит Сара, подходя к пустой стойке после того, как обеденный ажиотаж улегся. — Думаю, ему, возможно, нужно потрахаться.

— Сара, это мой босс, — выдыхаю я.

— Я знаю. Хотя он горячий. У него не должно быть проблем с привлечением женского внимания.

— Боже мой. Джесси плохо на тебя влияет, девочка.

Она краснеет и невинно хлопает глазами, глядя на меня.

Мы всегда были полярными противоположностями. Я думаю, это одна из причин, почему наша дружба продолжается. В то время как я