Я тебя найду - Татьяна Огнева

одним взглядом.

И я… я, взрослый мужчина, привыкший держать под контролем людей, сделки, проекты — сейчас дрожу, как мальчишка, увидевший единственную, которую больше никогда не сможет забыть. Да и не позволю забывать. Я не отпущу её больше. Никогда.

Я захлопываю дверь спальни ногой — и мир исчезает. Есть только она.

Ставлю её на ноги, и она плавно, почти лениво, словно продолжает дразнить, стягивает с себя последнюю оставшуюся вещь. Не спешит. Соблазняет. Срывает последние ниточки, которые держали меня. Хотя держали ли они? Майя смотрит прямо в глаза — вызывающе. И у меня перехватывает горло.

За полтора месяца я сотни раз представлял, как это будет. Как прикоснусь к ней снова, как она изогнётся, как её дыхание сорвётся. Но… представить — одно.

Увидеть — другое.

И я, чёрт возьми, едва стою на ногах.

Её тонкая талия, сочная грудь, гладкая киска. О, Аллах, я схожу с ума от желания обладать ею. Снова стать единым целым. Наполнить её до краёв собой.

Я стаскиваю с себя одежду, словно она горит. Будто всё моё тело в пламени. И мне немедленно надо его потушить. Ею. Сладости её напиться.

Майя ложится на кровать — и я замираю.

Всего секунда.

Две.

Десять.

Я не могу оторвать от неё взгляд. А она?! Она соблазняет, манит. Играет. Взрослая девочка, которая умеет сводить с ума. Она трогает свою грудь, расставляет широко ноги. Она трогает себя там... Как же это красиво. И я не двигаюсь лишь потому, что хочу ещё любоваться её игрой. Потому что слишком долго ждал этого. Мечтал. Представлял.

Потому что передо мной — не просто красивая женщина. Передо мной — моя зависимость. Мой грех. Моё спасение. Мой ад и рай одновременно.

Я приближаюсь. Почти медленно, почти осторожно — хотя внутри меня уже пламя, от которого воздух дрожит. И когда ладонь касается её ноги… я закрываю глаза.

Просто чтобы выдержать.

Чтобы не потерять голову окончательно.

— Майя… — выходит почти срывающимся голосом. Не так я хотел сказать. Хотел уверенно, твёрдо, как мужчина, который знает, чего хочет.

Но выходит так, будто я вот-вот сойду с ума.

Потому что именно так и есть.

Она поднимается на ноги, тянется ко мне, проводит пальцами по моему подбородку, по шее — медленно, изучающе, будто проверяя, насколько сильно я задыхаюсь от неё.

— Ты дрожишь… — шепчет.

— Конечно дрожу, — я почти рычу. — Ты понятия не имеешь, что со мной делаешь.

Я накрываю её грудь ладонями — горячими, невыносимо голодными. Медленно, будто хочу запомнить каждый сантиметр. Она же опускает руку на мой член и касается головки пальцами — и это движение окончательно ломает меня.

Движения её мягкие, но настолько горячие, что я уже сам чуть ли не содрогаюсь. Но что делает Майя?! Она резко опускается на колени. Взгляд вверх, чтобы поймать в капкан мои глаза, а рот...

— Да-а-а… — она вырывает из моей груди стон. Это сон или явь? Её губы на моём члене. Она играет языком, слизывая каплю возбуждения и всасывая его всего в себя.

Что она творит? Я говорил, что она лишает рассудка. Куда там. Уже лишила.

Её глаза... Я вижу такую похоть в них. Она кайфует от того, что втягивает в себя мой член. Вот как в неё не влюбиться? Как спать с женой, когда моё сердце и душа уже поглощены моей Майей!!!

Подхватив её за плечи, я поднимаю и впиваюсь в губы. Наши языки касаются друг друга, и разряд электричества проходит по нашим венам.

Когда её тело касается простыни, я закрываю её собой. Поцелуи уже рваные. Голодные. Жадные.

Я хочу её вкус в себя. Я хочу видеть, как она содрогается в оргазме. Хочу в неё... Языком.

Опускаюсь к ключице. К груди. Хватаю сосок и облизываю. Кусаю.

А потом ниже.

Ещё ниже.

И когда мои губы касаются её нижней плоти, а язык находит клитор, моя девочка наконец-то взрывается.

Мощно.

Громко.

Стильно.

— Фарид... Фарид... Ещё... — хватает воздух и молит ещё. И я чувствую вибрацию её дыхания кожей.

Когда я наконец-то врываюсь в её тело, в глазах — целые фейерверки. Движения быстрые. Голодные. Резкие.

Я добрался до неё. И мне мало. Уверен, всегда так будет. Но пока я имею доступ и её покладистость, я буду наслаждаться. Пусть даже до потери пульса.

Потому что она — моя мечта, моя боль и моё наказание.

Я наклоняюсь к её уху и шепчу:

— Я ждал этого слишком долго. И теперь… я не остановлюсь. Не отпущу. Ты слышишь?

Её пальцы впиваются в мои плечи. Она прижимается ближе — так, что моё сердце пропускает удар.

— Не отпускай, Фарид, никогда. Я твоя...

Глава 26. Майя

После того, как мир взорвался и снова собрался из наших прикосновений, мы долго стояли под душем. Вода стекала по коже, смывая не усталость — нет, — а остатки того бешенства, которое рвало нас секунды назад.

Фарид держал меня за талию, будто боялся, что я исчезну вместе с паром. И всё равно — его руки не успокаивались. Они гладили, касались, проверяли, будто убеждались: я тут. Я настоящая. Я его.

Да и я сама касалась. Отчаянно и с наслаждением. Потому что мне его мало. Хочется больше. Сильнее. Всегда.

И эти мысли пугали.

Потому что я в чужой стране. Мой мужчина — далеко не мой. Он женат. Он связан законом, правилами и обязанностями с неизвестной мне женщиной. Она на него имеет куда больше прав, чем я. Но ведь я Майя Лебедева. Меня же ни перед чем не остановить. Всегда добиваюсь, чего хочу.

Осталось выяснить для себя, чего именно я хочу.

Остаться тут с ним и бороться за него. Или вернуться домой и продолжить борьбу с Павлом. Я ведь не закончила с ним. Я ещё не показала миру, какой он урод. Не отомстила за насилие надо мной. Не поставила точку.

Когда мы вернулись в спальню, он сразу же позвал слугу. Но не позволил тому войти.

Он стоял в дверях, заслоняя меня спиной — широкой, напряжённой, будто готовой к нападению.

Он говорил коротко, на турецком, требовательно.

Я не понимала слов — но понимала тон.

Он, как всегда, контролировал всё. Даже то, что должно стоять на подносе: чай, лепёшки, сыр, фрукты.

И при этом ни на секунду не отпускал мысль, что я