Семьянин - Николай Дронт

спиртными напитками и разговорами о проходящей в Королевской крепости свадьбе, решила немного пошалить, а именно остановить карету, дабы лично убедиться в чрезвычайной красоте невесты.

Итог для шалунов — трое усопших, двое тяжко раненых — у одного выбитый глаз, у другого отсечённая половина кисти. Молодых в карете не случилось. В ней возвращалась домой почтенная статс-дама с тремя служанками дома Тихого Ужаса.

Глава 11

Завтрак

Свадьба — это не просто поцелуй после трёхкратного «да», сказанного в храме. Это даже не только любовь, постель и общие дети. Увы и ах, но это ещё и социальный статус с соответствующими обязанностями. В принципе, от некоторых ритуалов можно отказаться с тем или иным результатом, но чаще проще и правильней соблюдать их.

Например, великая герцогиня Лаура совсем чуть-чуть обидела своих подруг. Нарушила неписаный обычай — не позвала их на девичник перед свадьбой и не напоила чаем после. Ерунда и мелочь. Что девочки не могли слопать вкусняшек в другом месте? Но почему-то обиделись, и это не добавило Айзенердской государыне репутации в великосветских салонах.

Казалось бы — и чего⁈ Что такое светские салоны, по сравнению с великой герцогиней⁈ Но люди существа социальные, а женщины особенно. Им хочется общения, одобрения, поощрения. Про Айзенерд не скажу, но в Хаоре, в смысле, в столице одноимённого королевства, великую герцогиню не сильно жалуют. В великосветские салоны не зазывают, хоть и не гонят, конечно. В газетах про неё не пишут — плохое опасаются, а хорошего ничего не видится. Обидно такое небрежение!

Моя жена наоборот обычаи чтит, и потому организовала завтрак с подругами, фрейлинами, друзьями и молодыми дворянами, приближенными к нашей семье. Сегодня и старые, и новые подруги приехали на завтрак в башню.

Девицы с мамами, но после завтрака, «на чай» с молодой женой пойдут только девочки — обычай такой, послушать про «как оно там замужем», а главное, про первую ночь. Взрослые женщины в это время посидят своей компанией, посплет… э… обсудят взрослые дела. Опять же, женихи на завтраке — важная тема для разговора.

Сегодня на моей новое женское платье. Женские — они чуть темнее и тяжелее девичьих, чуть богаче и заметнее вышивка, подчёркивается не узость талии, а скорее линия груди.

Спрашиваю:

— Куда девичьи наряды денешь? В сундук для дочери?

— Ты что! Они из моды выйдут! По парочке своим фрейлинам подарю — им носить не зазорно. Остальные Рыська просит поменять на меха — у меня для Хаора модные модели, а уж для наших мест…

Мивда сегодня будет занята в городской усадьбе званым обедом, а потому завтрак приготовила повариха, приехавшая вместе с Шарлоттой.

Принципиальная разница в сервировке стола: У нас приняты перемены, то есть — принесли блюдо, поставили, съели, унесли и принесли что-то новое. У них на стол ставят всё разом, а затем раскладывают желающим по тарелкам. Понятно, особых отличий нет, но всё же необычно.

За столом расселись не по чинам. Мы с женой во главе стола, по обе стороны от нас молодёжь в порядке «мальчик-девочка», в дальнем конце люди постарше, включая мам подружек.

На блюде в половину стола лежит ОН! Намёк на первую встречу и основное блюдо завтрака — огромный запечённый осётр на подстилке из варёных раков, речных устриц в белом соусе и из приготовленных водорослей. Вокруг стоят тарелки с закусками — краб под соусом провансаль, брошет из корюшки, майонез из лососины, какие-то маленькие сухие рыбки, блюда из бобов и овощей. Из супниц в тарелки едокам налили уху ершовую, а к ней подали расстегаи.

После супа обнесли стопками блинов с разной рыбной прокладкой. На нижний блин положили варёно-копчёную стерлядку, её прикрыли другим, на котором разместились ломтики малосольной, почти сырой сёмги. На третьем, жирнющая, как масло, белорыбица холодного копчения, на четвёртом, резанные кусочки севрюжьего ястыка, по пятому толстым слоем размазана красная икра, а венчает композицию шестой с отборной золотисто-коричневой белужьей.

Вина подавались местные, из моих виноградников. В землях жены с ними не очень. Хотя хмельной мёд на столе присутствовал.

К чаю и кофею предполагались пирожки с разными ягодами, всякие плюшки, колдуны, бабки и прочие печёности, но на них мало у кого хватило сил.

Объелись все знатно, зато необычная кухня дала повод поболтать на тему «а у вас — а у нас». Мои гарнизонные холостяки лихо подкручивали усы, девушки строили глазки, а мамы снисходительно посматривали на приемлемых кандидатов в женихи.

Степан был измерен взглядами и признан достойной партией. Он, конечно, моложе необходимых для женитьбы 23 лет, однако сын князя.

Рядом с Рысей сидит Фабиан, вернувшийся из поездки в Большой Лес, а скорее со смотрин от папы лучшей подруги Шарлоты, а может даже своего будущего тестя. Офицер показывал все признаки безоговорочной капитуляции перед иноземной красавицей, вместе с явственными приметами будущего подкаблучника. Например, он даже отказался от блюда, стоило девушке заявить:

— Фаби, не бери раков! Они противные. Лучше съешь кусочек лосося — я его обожаю!

Жена уже успела пошептаться с подругой и предупредила:

— Рыська хочет тебя кое о чём попросить. Стахушка, миленький, не откажи! Ладно? Ведь нам так сладко было на её постели! Охапка из шести сороков зимних чернобурок!

Я, конечно, согласился, и не из-за мехов. Просто есть такой обычай — исполнять после первой ночи просьбу жены, а лучше и просьбы любых людей в этот день — примета такая. Луну с неба доставать не надо, бешеные деньги дарить тоже, но если есть возможность, то лучше помочь. То есть, сегодня стоит поберечься от лишних разговоров. Рыся, она через жену спросила разрешения, а кое-кто может пойти напролом.

Моя что-то молвила на ушко просительнице, и та сразу попросила:

— Стах, только от тебя зависит моё счастье. — Все девочки за столом разом умолкли и навострили любопытные ушки. — Фабиан поговорил с папой обо мне… о нас… Отцу Фаби понравился, тем более в нашей родовой рати совсем нет огненных волшебников. Батюшка согласен отдать меня в жёны, но только если муж пойдёт служить под его руку. Стах, ты сам любишь и любим — отпусти моего милого в отставку.

Все женщины и большая часть мужчин перевели внимание на меня. Хмурюсь и интересуюсь у жениха:

— А ты сам-то как? Хочешь?

— Так точно, ваше превосходительство! — вскочил и встал во фрунт офицер.

— Как семью содержать будешь?

Про приданое не упоминаю, оно женино.

— Папа договорился! Фаби дадут чин стряпчего мажеского строя