Идеальная иллюзия - Клаудиа Тан

– Не беспокойся об этом. – Он машет на меня рукой, как будто я доставляю неудобства ему. – У меня есть немного времени перед следующей лекцией. И я подумал, что мы могли бы заявиться туда вместе. На случай, если кто-то решит подкараулить нас и сделать фото.

Я расцепляю ноги, после чего скрещиваю вновь, прикрывая колени руками и корча ему рожицу.

– Не знаю, как до тебя лучше донести, но ты явно переоцениваешь свою славу. Сомневаюсь, что кому-то есть до нас дело.

– Говори за себя. Я звезда первого эшелона, детка. – Дэниел щелкает языком и лукаво подмигивает мне. – По крайней мере моя внешность это подтверждает.

– Почему бы тебе не потешить свое эго где-то в другом месте, Кэррингтон. Я тут немного занята, – бормочу я, возвращая свое внимание к Каре.

– Ты просто отдыхаешь и пьешь кофе. Занятой ты точно не выглядишь, – вставляет он. – Кстати, говоря о работе, взгляни, что сегодня напечатали.

Он немного приподнимается и лезет в карман, чтобы вытащить сложенный лист газеты. Развернув его, он передает страницу мне.

– О боже, – с трепетом восклицаю я, просматривая содержимое страницы. – Это объявление о нашей помолвке.

Гарри упоминал, что статья выйдет со дня на день, учитывая постоянное освещение предстоящей помолвки. Несколько дней назад по просьбе пиар-команды нам пришлось провести профессиональную съемку в студии, потому что им надоело фотошопить нас рядом друг с другом для пресс-релизов.

– О-о-о… – Кара смотрит на объявление и морщится. – Стойте, почему вы оба выглядите так, будто бы вас шантажом заставили сделать это?

– Потому что так и было, – язвительно замечаю я.

– Алекс, ты выглядишь мило… – комментирует она, указывая на выражение моего лица. – Как жуткий ребенок, сбежавший из фильма ужасов.

– Ну ничего себе, спасибо.

Дэниел кладет руки на подлокотник рядом со мной.

– Я обязательно попрошу пиарщиков использовать эту фотографию и для остальных статей, в которых мы будет фигурировать. «Нью-Йорк Таймс» хочет получить фотографии для своего блога.

– Ты шутишь? Вы не можете это использовать в «Нью-Йорк Таймс», – ужаснувшись, говорит Кара и, наклонившись, выхватывает газету из моих рук, чтобы поближе рассмотреть фотографию. – Ребята, вы выглядите слишком скованно. Знаете что? Дэниел, поменяйся со мной местами. Давайте-ка лучше я сделаю ваше фото.

Она отшвыривает газету на край дивана и достает телефон.

Я безучастно смотрю на нее.

– Подожди, ты серьезно?

– Да. У нас есть немного времени. А фон позади вас будто бы создан для «Инстаграма», – воркует она, вскакивая с дивана и подталкивая Дэниела сесть ближе ко мне. Он подчиняется, устраиваясь рядом со мной поудобнее. В отличие от Кары, его присутствие кажется таким осязаемым и всеобъемлющим, что у меня перехватывает дыхание. – Просто сидите рядом друг с другом, – инструктирует Кара. – Дэниел, положи руку на ее плечо. Притяни ближе к себе… Алекс, прижмись к нему. А теперь улыбнитесь, ребята. Готовы?

Она несколько раз тыкает на экран, и из телефона раздаются щелчки затвора, как у фотоаппарата.

– Хорошо. А теперь посмотрите друг на друга.

Я нехотя поворачиваю голову в сторону Дэниела, чувствуя нервную дрожь от необходимости смотреть ему в глаза в течение длительного времени. Кара опускает телефон, сверля меня взглядом.

– Алекс, перестань смотреть на Дэниела так, будто он только что убил твою семью.

– Ничего не могу с этом поделать.

– Да ладно тебе, ты суперски справилась на «Шоу с Шарлиз Мэтсон». И сможешь сделать это и сейчас.

– Эй, Алекс, – заговаривает Дэниел, слегка поглаживая пальцами тыльную сторону моей ладони, чтобы немного успокоить мои нервы. Если он пытается заставить меня почувствовать себя непринужденно, то у него все получается с точностью до наоборот. Но это не мешает ему пытаться. – Помнишь, как ты саботировала мои свидания в «Бэйзил Китчен» в прошлом году?

– Как я могу забыть? – фыркаю я. – Из-за тебя меня уволили.

– Скорее, из-за твоей любви выливать на меня шампанское, – сухо замечает он.

Я закатываю глаза, пытаясь побороть усмешку.

Думаю, в этом он был прав. Впрочем, я ни капельки не жалею о содеянном.

– Должен признаться, что ты меня очень удивила, Алекс. Я и не предполагал, что тебе хватит духу отчитать меня. – Он замолкает на мгновение, прикрывая веки, а затем снова медленно распахивая их и глазами блуждая по моему лицу. Выражение его лица изменилось, черты смягчились, когда он продолжает искренним тоном: – Ты превратила мою жизнь в ад. Но на краткий миг встречи с тобой прошлым летом… заставили меня хоть что-то почувствовать впервые за долгое время.

Я потрясена его откровенностью. Это первый раз, когда я слышу нечто подобное от Дэниела. Моя улыбка исчезает, но я не отрываю взгляда от него, пораженная искренностью, которая отражается на его лице. Слова словно парализуют меня, лишая дара речи. Он действительно имеет в виду то, что сказал?

Глубоко вздохнув, я сглатываю.

– Может, это потому, что ты мазохист, – бурчу я.

– Может, это потому, что я не так сильно ненавижу тебя, как ты думаешь, – поправляет он.

Дрожь пробегает по телу, когда Дэниел снова переводит взгляд на мое лицо. Я вздергиваю брови от любопытства и уже собираюсь открыть рот, намереваясь узнать, что именно он имел в виду, но не успеваю. Кара довольно хмыкает.

– Кажется, готово! – весело сообщает она и переворачивает телефон, чтобы показать нам фото.

Я забираю у нее телефон и пролистываю десятки снимков. Кара проделала отличную работу: каждая из этих фотографий в разы лучше тех, что мы сделали для объявления о помолвке. Мы смотрим друг на друга так, как будто заглядываем в самые глубины души, улыбка на лице Дэниела словно продолжение моей. Фото кажутся слишком интимными – сокровенный момент влюбленной пары.

Они идеальны.

– Рад, что все получилось. – Дэниел с облегчением вздыхает и откидывается на спинку дивана, возвращаясь к своему привычному поведению.

Я ненавижу чувство разочарования, подступающего к горлу от осознания того, что он наговорил все это, только чтобы расслабить меня ради нескольких снимков. Возможно, я хотела, чтобы его слова хоть раз оказались правдивы. Но я проглатываю свои чувства, зная, что никогда не прощу себя, если покажу Дэниелу, что его поведение влияет на меня так же сильно, как раньше. Существуют гораздо более важные вещи, о которых нужно беспокоиться, нежели его привязанность ко мне.

– Хорошо. Убедись, что пиарщики это получат, – говорю я, пихая телефон Дэниелу в грудь даже не глядя. – Я собираюсь прийти на лекцию пораньше.

Он бросает на меня растерянный взгляд, наблюдая, как я встаю и собираю свои вещи.

– Занятия начнутся через сорок минут. И мы должны пойти вместе…

– Увидимся, ребята, – выпаливаю я