Идеальная иллюзия - Клаудиа Тан

это был не самый простой этап моей жизни. Но я получил огромное удовольствие от пребывания там. – От столь загадочного ответа ее брови дергаются вверх в смятении. Она открывает рот, чтобы расспросить о ситуации, но Дэниел быстро добавляет: – Но все в прошлом. Я встретил девушку. – Его голос смягчается, когда он говорит это. – И она… необыкновенная.

Я качаю головой и тихо смеюсь. Я представляю, как Дэниел сглатывает желчь, подступающую к горлу, после этих слов.

Стоящий рядом со мной продюсер шикает на меня, и я захлопываю рот.

– Думаю, нам нужно знать больше! – взволнованно говорит Шарлиз, активно жестикулируя руками. – Скажи нам, кто она?

Я закатываю глаза. Ей прекрасно известно, кто я такая и что мы с Дэниелом помолвлены. Я уверена, что продюсер приказал ей поиграть на камеру.

– Ну… – Дэниел делает паузу. – Ее зовут Александрия. Она действительно замечательная. Никогда не встречал человека, похожего на нее. Она веселая, умная и совершенно потрясающая.

Он смотрит в камеру с мечтательным, остекленевшим выражением лица, как будто его на мгновение отвлекли мысли обо мне.

Все смотрят на него с благоговением.

А меня тошнит.

– Боже, боже, она, должно быть, действительно необыкновенная, раз ей удалось удержать твое внимание дольше, чем на одну ночь. – Шарлиз ухмыляется Дэниелу.

– Шарлиз, Алекс меняет меня в лучшую сторону. – Он мягко смеется. – И за это я навеки у нее в долгу.

«О-о-о-о-о-оу», – восхищается аудитория.

Следующие несколько минут Шарлиз и Дэниел беседуют обо мне в непринужденной манере. Он рассказывает ей, что состоит в серьезных отношениях со мной и невероятно счастлив. Затем она шутит, что ему необходимо надеть мне кольцо на палец, пока не стало слишком поздно.

– Вообще-то… – В его голосе проскальзывают озорные нотки. – Я уже надел. Не смог удержаться.

Вздох!

– Господи боже! – бурно реагирует она, немного переигрывая. – Ну, тогда, думаю, всем хочется увидеть ее! Я слышала, что она приехала с тобой! Я скажу своей команде, чтобы они привели ее прямо сейчас. Давайте же познакомимся с твоей невестой!

О черт. Моя очередь.

Я делаю глубокий вдох и поднимаюсь на сцену, чтобы встретиться с Шарлиз. Огромные прожекторы почти ослепляют меня, когда я ступаю на возведенный помост. Из зала доносятся взбудораженные выкрики, и я борюсь с желанием зажать уши руками. Все камеры направлены на меня, пока я нервно подхожу к Дэниелу. Он встает со своего места и встречает меня с распростертыми объятиями.

Я бросаюсь в его объятия, которые, что удивительно, кажутся естественными и странно успокаивающими. Может быть потому, что мы оба играем главную роль своей жизни, а мои страдания настолько хорошо резонируют с его, что мне становится легче находиться в этой проклятой яме не одной. Я бросаю взгляд на зрителей и тяжело сглатываю, заметив в первом ряду Гарри Кэррингтона, пристально наблюдающего за нами. Он что-то произносит мне губами, и еще один всплеск нервов сжимает мое тело и горло, когда я осознаю его слова: «Не облажайся».

Мне кажется, что кто-то кричит, требуя нашего поцелуя, и когда я смотрю на Дэниела, всерьез задумываюсь о том, что он собирается исполнить приказ зрителей. Он не отрываясь пялится на мои губы, в то время как мое сердце готовится вот-вот выпрыгнуть из груди. К счастью, он этого не делает. Вместо этого он едва задевает своими губами мою щеку, но я все равно чувствую, как лицо становится красным, как дорожный знак.

В оцепенении я занимаю свое место рядом с ним. Проходит некоторое время, прежде чем зрители успокаиваются.

Когда в зале в конце концов становится тихо, Шарлиз поворачивается лицом ко мне.

– Итак, это девушка, которая околдовала печально известного Дэниела Кэррингтона. Я впечатлена, – говорит она, внимательно разглядывая меня.

Нервный смешок срывается с моих губ.

– Александрия, верно?

Я киваю, когда она произносит мое имя.

– Зовите меня Алекс.

– Итак, Алекс. – Она поджимает губы, а затем переплетает руки и опускает их на колени. – Каково это – быть помолвленной с Дэниелом?

«Это чертов ад».

– Как сбывшаяся мечта, – восторженно заявляю я.

– Я действительно завидую тебе, – с благоговением говорит Шарлиз. – Вы отлично смотритесь вместе.

– Спасибо, Шарлиз, – отвечает Дэниел.

– Расскажите, как это, – она проводит рукой между нами обоими, – случилось? Думаю, все хотят знать.

Запаниковав, я бросаю взгляд на Дэниела.

– Алекс – хороший рассказчик, – вмешивается он. – Она с удовольствием поведает вам эту историю.

Не могу поверить, что после всей той ереси о том, что я не верю в него и его планы, он перекладывает проблему на мои плечи! Он так просто от этого не отвертится.

Я прищуриваюсь, глазами метая молнии.

– Нет, нет, я думаю, Дэниел должен рассказать нашу историю.

– Милая, ты справишься с этим гораздо лучше. Ты должна рассказать ее.

– Нет, ты.

– Лучше ты.

Шарлиз раздраженно дергается.

–Малыш. – Я инстинктивно хватаю его руку и целую. Мои губы жжет от подобного жеста. – Давай ты. Мне так нравится слушать, как ты рассказываешь нашу историю.

Шарлиз с нескрываемым интересом распахивает глаза.

– Да, Дэниел. Почему бы тебе не рассказать, как ты встретил Алекс?

Толпа ревет в предвкушении. Дэниел нервно сглатывает.

– Итак, кхм… мы встретились в ресторане.

Я поддакиваю его словам:

– О, да. Именно.

– В местечке под названием «Бэйзил Китчен». Год назад, – продолжает он. – Я частенько заглядывал туда, особенно по выходным. Я и не знал, что она работала там официанткой.

Это вышибает весь воздух из моих легких.

Неужели он рассказывает о том, о чем я думаю?

Он собирается поведать миру нашу историю ненависти?

– Как вы знаете, я люблю женщин. – Дэниел наклоняется вперед и упирается руками в колени. – Иногда я приводил женщин в ресторан на свидания. Вы знаете, как это бывает: я приглашаю их на шикарный ужин, где мы болтаем, пьем шампанское и, ну, сами знаете, что происходит дальше.

Зрители заливаются смехом.

– Я впервые заметил Алекс, когда вошел в ресторан под руку с другой девушкой. – Он смущенно проводит пальцами по волосам. – Как сейчас помню, как Алекс выглядела. Ее пепельно-каштановые волосы были немного растрепаны, несколько прядей спадали на лицо… ласковые и добрые глаза. Она меня заинтриговала. С того вечера я с немалой долей восхищения наблюдал за ней; она всегда была так дружелюбна, буквально сочилась теплотой, общаясь с клиентами, допускала милые вольности, лишь бы гости превосходно проводили время. Она была искренней и добросердечной. И я знал, что не заслуживаю ее.

Какой бред.

И все же какая-то часть меня ему верит. Может ли это быть правдой? То, что он говорит прямо сейчас?

Дэниел продолжает:

– Я заводил интрижки с разными