Некронавт - Маргарита Блинова

В комнате повисла сосредоточенная тишина. Кира кусала губы и хмурила брови. Дейман сидел с таким каменным выражением на лице, словно пародировал статую имени самого себя. Мел смотрел на меня желтыми, чуть фосфоресцирующими глазами хищника, которому нужна помощь человека, чтобы выбраться из капкана.

Поддавшись общему настроению, я поболтала ногами, ища ниточки, за которые можно было потянуть этот запутанный клубок пряжи, и совершенно неожиданно обнаружила одну такую.

– Мел, а ты знал имя связного?

– Да, – кивнул тот. – Его звали Хейнер Нэш.

– Папа?!

Вот уж кого не ожидала увидеть в этой истории.

Порывисто спрыгнув с подоконника, я обвела собравшихся в комнате взглядом и в ультимативной форме потребовала:

– Мы летим в Фаору на поиски моего отца и Таины.

Спорить с такой решительной мной дураков не нашлось.

* * *

Стоило только заикнуться о полете в Фаору, как погода, не иначе как подслушивавшая под откосом, радостно хлопнула в ладони громом, поднатужилась и опрокинула на землю столько воды, что армариусы всерьез испугались потопа.

За окнами резвилась не просто гроза, а настоящая буря. Ветер хлестал по башенкам Твердыни с таким азартом, что гудели многочисленные щели в старинной кладке, на все лады и тональности завывали воздуховоды и истерично позвякивали стекла в окнах.

Лететь куда бы то ни было в такую жуткую жуть желающих не нашлось.

– Завтра. Мы летим завтра, – внесла я в план поправку, и все с облегчением выдохнули.

Кира вспомнила про обязанности. Извинилась, выглянула в коридор и убедилась, что там ее не поджидает Ося с очередной очень перспективной идеей о том, как самую чуточку подзаработать на всякой мелочи, а после убежала по делам.

На Мела очень удачно напала ностальгия, и он решил прогуляться по месту, которое некогда служило ему домом. Деймана никто на эту прогулку не звал, но он увязался следом. Я же тоскливо глянула на бушующую за окном стихию, собралась и пошла к Мяснику.

Мокрый и крайне этим фактом недовольный звездокрыл обнаружился под навесом пристройки, где хранились материалы, необходимые воинствующим библиотекарям для ремонта Твердыни. Огромный завр не мог с комфортом поместиться вместе с ними, поэтому часть мешков была аккуратно сдвинута в сторону гибким черным хвостом, а пирамидка ящиков с банками краски так вообще выдворена под дождь.

Сразу стало понятно, что армариусы не раз и не два сталкивались с заврами в целом и этим звездокрылом в частности. С Мясника сняли седло и заботливо прикрыли то брезентом, а еще притащили здоровенную бочку с водой и детскую ванночку, доверху наполненную провизией.

Все это спасло звездокрыла от голода и дождя, но не от дурного настроения.

– Привет, ворчун! – крикнула я, забегая под навес и торопливо стряхивая с костюма капли.

– Ра! – Завр возмущенно щелкнул гибким кончиком хвоста.

– Да, мне тоже мокро и мерзко, но обижаться на природу так же глупо, как на ваши с Бестией выкрутасы.

– У-у-у… – прокряхтел Мясник и решил пожаловаться на маленьких вредителей.

Меня самым бесцеремонным образом подцепили передней лапой. Подтянули к себе под теплое крылышко и плюхнули на колени кончик хвоста. Хвоста, на котором не хватало… трех черных чешуек.

– Ричи! – ахнула я, мигом раскрыв преступление.

Достала из рюкзака набор скорой помощи для завров, выдавила из тюбика зеленую пасту с приятным мятным запахом и принялась смазывать оставшуюся ранку.

Ну Ричи и дает…

И когда только успел? Неужели пока мы разговаривали с тиграем?

Ладно, демоны, с этим «когда». Меня больше интересует КАК? Как у него это получилось?!

Мясник, судя по перекошенной от недовольства роже, терзался похожими риторическими вопросами и строил грандиозные планы отмщения за поруганный хвост.

– Ворчун, – тихо позвала я, пряча тюбик обратно, – ты ведь знал, что Эрика Магни сказка, да? Что все они сказки, поэтому отказывался становиться частью семьи звездокрылов?

Завр опустил морду и тихо-тихо вздохнул.

– И ты знал, что она прилетела сюда умирать… – шепотом закончила я, и напряжение, копившееся весь этот долгий, полный потрясений день, вырвалось наружу.

Я разрыдалась.

Разрыдалась так горько, как, наверное, взрослые умеют плакать только в детстве, когда прежде такой безопасный мир наносит первую и самую глубокую душевную рану.

Звездокрыл недовольно рыкнул, явственно намекая на то, что вокруг и так слишком сыро, чтобы устраивать еще один водопад из соплей. Понял, что этот поток уже не остановить, и… смирился с неизбежностью.

Опустив голову, он прижался ко мне влажным носом, трагически сопя, и накрыл нас двоих крылом. Мол, все, Риана, мы в домике. Плачь.

Благодарно прижавшись к утешителю, я позволяла слезам бежать по щекам и капать с подбородка, задыхалась, икала и говорила. Я вываливала на Мясника все: тайны ордена воинствующих библиотекарей и Эрики Магни, свою собственную боль от потери кумира и чувство глубокой беспомощности, связанное с тем, что я понятия не имела, как быть дальше.

Завр стойко делил со мной все. И горе, и тревогу, и жуткий страх сделать что-то неверно. И да, грязную женскую истерику тоже.

В общем, проявлял мужество все то время, которое мне требовалось, чтобы справиться с пережитым стрессом, хорошенечко выплакаться и с помощью слез перезагрузить нервную систему.

– Мясник, ты лучший, – тихо призналась я, когда буря внутри миновала. Еще разок всхлипнула и обняла звездокрыла руками.

– Ы-ы-ы… – как-то придушенно протянул звездокрыл, настороженно дернул ухом и резко поднял голову.

Под навес забежала глава ордена воинствующих библиотекарей.

– Не помешаю?

Мясник изобразил клыкастую ухмылку, демонстрируя ряд белоснежных зубов. От этой «улыбочки» у неподготовленного человека могло с легкостью остановиться сердце, но Кира даже бровью не повела.

– Не скалься, я просто хотела переговорить с Рианой с глазу на глаз до того, как вы покинете Твердыню, – добавила возмутительно сухая глава ордена.

То ли воспользовалась запредельной скоростью армариусов, чтобы перебежать двор, то ли в ордене существовала еще и руна непромокаемости. Торопливо вытерев слезы рукавом, я встала и поползла через свернувшегося завра к девушке.

– Что-то случилось? – уже привычно встревожилась я, быстро утирая следы истерики и выползая из-под крылышка завра.

– Да. То есть нет. В общем…

Кира села на первую попавшуюся поверхность. Вытянула уставшие за день ноги и уставилась на косую стену дождя задумчивым взглядом.

– Даже не знаю, как тебе об этом сказать… Короче, Таина Знающая погибла.

– Как?! Когда?! – ахнула я, присаживаясь напротив главы ордена.

– Да почти два месяцев назад, – чуть смущенно отозвалась Кира. – Девушку нашли русалки в одном из водоемов долины Семи Озер. Поговаривали, она приехала вместе с братом и его девушкой, ушла купаться одна, попала в омут и захлебнулась.

О боги!