Заговор - Май Цзя

Человек, которого я нашел, в каком-то смысле становился частью меня. Ее успехи в будущем будут частью моего успеха, ее плохое поведение тоже станет частью моего образа. Исходя из своей извечной осторожности и плюс к этому из опасений за нестандартные высказывания и действия Хуан Ии, я, вернувшись в подразделение, не стал расписывать начальнику ее волшебные таланты и различные предпосылки для успешного взлома кода. Например, я умолчал о том, что она была помощницей Неймана, жила в Москве, рассказал только в общих чертах, что она – математик, очень свободная по характеру, даже немного своенравная и, должно быть, подойдет для работы по дешифровке кодов.

В этом был мой замысел: не надо, чтобы у людей было много завышенных ожиданий, следует быть сдержаннее, вести себя тише, и тогда в случае положительных результатов проявится эффект неожиданности, будет ощущение удивительной победы.

Но сотрудники подразделения 701, казалось, не могли больше ждать. На следующий день после моего прибытия начальница Ло созвала всех посвященных на встречу со мной. Среди пришедших был заместитель начальницы и по совместительству глава отдела дешифровки Чэнь Эрху, начальник отдела математических вычислений Цзян, начальник аналитического отдела Цзинь и другие – в общем, все они были профессионалами. Собрание только называлось «встречей», на самом деле это была мобилизация. Мы не только прямо там принесли присягу, поставили свои подписи и вскрыли таинственный железный ящик (внутри находился шифровальный аппарат, разработанный Скинской, три монографии Скинской по теории чисел, а также черный кожаный чемоданчик со списками всех офицеров трех видов войск Гоминьдана и всех служащих отделов безопасности и полиции на местах), но и объявили о создании особой группы, главой которой назначили меня. В помощь мне выделили десять первоклассных специалистов по математическим расчетам и пять аналитиков. Начальники Цзян и Цзинь сами вызвались вступить в ряды особой группы, что я, естественно, горячо приветствовал. Я также пригласил и заместителя Чэня, но тот не хотел участвовать, а я не стал настаивать. Он в общих чертах рассказал мне обо всех сотрудниках своего отдела дешифровки, предложил мне встретиться с ними и познакомиться, и если мне кто-то понравится, то он его сразу же отпустит. Я согласился. И тут без спросу встряла Хуан Ии:

– А если нам понравитесь вы?

Чэнь холодно ответил:

– Как начальство решит.

Собрание продолжалось, но я явственно ощущал некоторую неприязнь Чэня к Хуан Ии. Я чувствовал, что проблема именно в ней, не следовало ей сразу же разговаривать в таком тоне, тем более с Чэнем, надо было быть скромнее и осторожнее, он ведь не только начальник, но и один из лучших мастеров дешифровки. По меньшей мере он был до ее приезда и будет после ее отъезда абсолютным авторитетом в области дешифрования нашего подразделения. Но в словаре Хуан Ии, скорее всего, не было слова «скромность». И в этом была ее проблема.

После собрания я собирался отвести Хуан Ии в отделы математических вычислений и дешифровки, а также в аналитический отдел, так сказать, для ознакомления. Но она выглядела слегка утомленной, ей не хотелось никуда идти, она лишь попросила меня прогуляться с ней во дворе. Мне пришлось бродить с ней повсюду, можно считать, что я показал ей обстановку. Я обнаружил, что, куда бы мы ни пришли, везде нас встречали любопытные взгляды. Нас рассматривали словно диковинку, как будто окружающие узнали какую-то тайну. У нее было прекрасное настроение, то туда посмотрит, то об этом спросит, увидит красивый цветок – сорвет, заметит маленькую птичку – побежит за ней. Так мы вышли за пределы строго охраняемой территории в жилой район и в итоге дошли до дворика отдела охраны. Посреди двора росла огромная магнолия, усыпанная еще не раскрывшимися бутонами белых цветов. Увидев эти бутоны и цветы, Хуан Ии взволнованно вскрикнула. Под деревом располагался цементный стол для пинг-понга, на котором в тот момент играли в китайские шахматы солдаты. При виде нас они все подняли головы и уставились на Хуан Ии. Начальник охраны Юань заметил, что ей понравилась магнолия, и приказал одному из солдат залезть на дерево и сорвать для нее один цветок. Солдат уже было собрался лезть вверх, но Хуан Ии остановила его. Глядя на эндшпиль на шахматной доске, она спросила, кто из них играет лучше всех. Все указали на секретаря Сяо Чжана. Хуан Ии произнесла, обращаясь к начальнику Юаню:

– Я не хочу получать награду, не заслужив ее. Давайте я сыграю партию с вашим лучшим игроком. Если он проиграет, тогда вы пошлете кого-нибудь сорвать цветок для меня, хорошо? А если проиграю я, то придется самой лезть.

Начальник, конечно же, согласился.

После этого Хуан Ии подошла к столу, высокомерно отложила в сторону ладью, коня и пушку, да еще и предложила Сяо Чжану ходить первому. Солдаты ошеломленно смотрели на нее, но больше всего их изумило то, что играла она быстро, так проворно переставляя на доске фигуры, что рябило в глазах, казалось, что она действует без раздумий, и в два счета обыграла Сяо Чжана. И только тогда один из солдат залез на дерево и сорвал для нее большой цветок магнолии.

С цветком в руках Хуан Ии вместе со мной радостно покинула отдел охраны, всю дорогу на нее смотрели: разглядывали и цветок, и девушку, напоминавшую цветок. На полдороге Хуан Ии увидела человека с пиалой в руках, остановилась и спросила, закончил ли я работу и могу ли с ней вместе поесть. Я посмотрел на нее – ну как в таком виде идти в столовую? Я предложил сначала отнести цветок домой и переодеться. Однако, когда она, переодевшись, вернулась и пришла в столовую, обжигающие взгляды устремились к ней. В чем дело? Оказалось, она надела свитер с очень глубоким вырезом, на ней не было пальто, на белой блузке две верхние пуговицы не были застегнуты, оголяя ее белоснежную кожу, и даже была немного видна ложбинка на груди. И губы она накрасила ярко-красной помадой. Я-то отправлял ее переодеться, думая, что она наденет что-нибудь попроще, поскромнее, кто же знал, что она… оденется, словно шпионка. Когда она появилась среди людей, все были ошарашены. Все взгляды были прикованы к ней и, естественно, ко мне. В них отчетливо читалось: кого ты привез?! И если большинство задавали этот вопрос лишь глазами, заместитель Чэнь позднее задал мне этот вопрос в лицо.

Я встретился с ним в его кабинете. Кроме кабинета, у заместителя Чэня была еще специальная комната для дешифровки – она примыкала к кабинету с южной стороны. Мы с Хуан Ии сначала пришли в кабинет, но, так как там никого не было, мы зашли в комнату дешифровки. Чэнь вышел, услышав стук, увидел Хуан Ии и, словно столкнувшись с демоном, захлопнул дверь и провел нас в кабинет. Я слышал, что он суеверен и никогда не позволяет женщинам входить в его комнату дешифровки. На самом деле у дешифровщиков есть множество труднообъяснимых примет, потому что в этой работе кроме необходимых знаний, опыта, мудрости и таланта требуется также удача, которая находится далеко за звездами. Удача – это что-то мистическое и чудесное, и, чтобы ухватить ее, нам тоже надо было поверить в мистику.

Войдя в кабинет, Чэнь сразу напрямую спросил меня:

– Вы пришли за сотрудниками?

Хуан Ии опередила меня:

– Можно и так сказать.

Заместителю Чэню совершенно явно не понравилось, что «шумный гость заглушает хозяина», с легкой антипатией он достал список имен и передал его ей:

– Здесь все сотрудники, смотрите сами, может выбрать в помощники кого угодно – одного или двух человек.

Хуан Ии полистала список и произнесла:

– Список ни о чем не говорит, тут одни имена.

– А что вам еще нужно? Может, вы хотите, чтобы я позвал всех сотрудников, чтобы вы их выбирали по одному?

– Не нужно.

Она подошла к столу Чэня и внимательно посмотрела на общую фотографию под стеклом:

– Здесь все ваши сотрудники?

– Почти.

Хуан Ии тщательно изучила фотографию, затем указала на пожилого человека в очках:

– Кто он? Дешифровщик?

– Этот человек вам не нужен.

Хуан Ии с любопытством спросила:

– Почему?

Заместитель Чэнь дал мне знак, чтобы я ответил. Я сказал, что этот товарищ сейчас плохо себя чувствует, поэтому не может нормально работать. На самом же деле у него была шизофрения, он сошел с ума.

Кто мог знать, что Хуан Ии сразу все поймет.

– Он что, сошел с ума?

Я спросил:

– Откуда вы знаете?

– Догадалась. Вы посмотрите на его взгляд – такой меланхоличный, такие люди всегда стоят в одном шаге от безумия.

– Раньше он был одним из самых выдающихся дешифровальщиков в нашем подразделении.

– Такие люди также стоят и в одном шаге от гениальности.

– Он сошел с ума во время проведения дешифровки, слишком напрягал мозг, и он не выдержал и порвался, словно натянутая струна.

– Прямо как Нэш.

– Как кто?

– Известный математик, работавший в области теории игр, – Джон Нэш. Он тоже сошел с ума из-за кодов41.