А отличники сдохли первыми… 3 (СИ) - "R. Renton"

— А щас всё сами увидите. — Морж присмотрелся к ружью Тимура. — Дай посмотреть.

Смуглому пареньку явно не понравился пренебрежительно-равнодушный тон арбалетчика. И татарин вопросительно глянул на меня. В ответ я пожал плечами, показывая, что он сам должен решать. Я знал, что это был один из тех приёмчиков, которыми Шеф проверял своих подопечных на вшивость. И деланное равнодушие Моржа скрывало именно такой мотив. Он пытался выяснить, с кем имеет дело — с воином или овцой, согласной на любое обращение.

— А ты мне корягу свою дай пальнуть тогда. Как тут чё работает? — Тимур выбрал правильный вариант развития событий. И уже через минуту пацаны увлечённо обменивались сведениями о своём оружии, показывая принцип работы и особенности конструкции. И к ним тут же присоединился Канат.

Понаблюдав за их беседой, я кое-что припомнил и показал на своих юных союзников:

— А вот Тим рассказывал, что гостей вы не любите. Чуть что — в петлю и на сук.

— А потому что нормальных гостей тут никогда не было. Как снег растаял, центровые с собаками своими полезли, закладки искать. А наркоманам верить нельзя. — К нашему разговору присоединилась девушка. Одна из тех, кто целился в меня на тропе. — И я слышала, во что они девчонок превращают. Ну нахер таких гостей!

Суровая девчонка приподняла край капеллины и вытерла пот со лба, переложив свой арбалет на другое плечо. Освободив правую руку, она протянула её мне:

— Лань.

— Кир. — Я пожал вспотевшую ладошку боевитой девчонки. — Насчёт центровых не спорю... И что, вы прямо совсем отсюда никого не выпустили? Как вообще удаётся границу на замке держать?

— Ну как никого... Собак отпустили. — Дестрой равнодушно пожал плечами. — А насчёт границ... Шунка и Рой почти всё время по очереди охотятся. Они хоть и дружелюбные, как и все хаски, но если чуют чужаков, то всегда воют. Нас зовут. Лес мы лучше всех знаем. Засады на играх устраивать научились. Хрен кто от нас уйдёт.

— А обо мне тогда как узнали?

— Ну допросы-то никто не отменял. Решили, что грех такое пугало не использовать. Да и Чёрный отряд — прикольное название.

Ещё до того, как солнце начало закатываться за горизонт, в просвете между деревьями стали заметны сторожевые вышки у забора детского лагеря. Деревья у забора были предусмотрительно срублены, чтобы не позволить потенциальным штурмовикам подойти слишком близко под их прикрытием. Шунка снова забежала вперёд, а из-за решётчатого забора ей навстречу высыпал целый выводок щенят, возрастом около двух месяцев. Пара таких же серых и один чёрный. Видимо — в отца.

— И-и-и-и-и-и-и!!! — Слух прорезал ультразвуковой писк Алины, который она немедленно издала при виде собачьего семейства. И уже собиралась ринуться вслед за собакой, но Дестрой остановил её, выставив руку в сторону.

— Секунду, леди... — Вложив в рот два пальца, он резко свистнул три раза. Со стороны вышек немедленно ответили точно также. — Всё, можно идти.

— И-и-и-и-и-и-и!.. — Собака сама подвела щенков к восторженной девчонке и встала в сторонке, внимательно наблюдая за тем, как Алина бросилась тискать её озорной выводок.

После того, как Морж первым делом проводил меня до небольшого, но аккуратного кургана, который дети насыпали над погребением своего погибшего капитана, Лань с гордостью повела нас на небольшую экскурсию по лагерю. Который смекалистые ребята превратили в настоящую средневековую деревню с самодостаточным натуральным хозяйством. Тут и там занимавшиеся повседневными делами дети в средневековых нарядах останавливались и провожали нас удивлёнными взглядами.

Деревенская шпана, вооружённая только топорами да вилами, не могла оказать никакого сопротивления небольшому, но сплочённому строю копейщиков и алебардеров в тяжёлых доспехах. Если вообще успевали приблизиться к ним под обстрелом луков и арбалетов. Поэтому ещё зимой мои одноклубники пригнали с ближайших деревень осиротевшую скотину — несколько коров, коз, овец и свиней. Приютили целый курятник истощавших несушек и отряд петухов. С несушками жил только самый бравый кочет, а остальных рано или поздно ожидала незавидная, но очень питательная для хозяев участь.

С кормами проблем тоже не возникло — деревенских запасов сена и силоса вполне хватило до всхода первых трав.

С первым весенним теплом юные мастера «Железного копья» оборудовали теплицу, сконструировав её из оконных рам незанятых жилых корпусов лагеря. Сквозь стёкла я разглядел примерно такой же набор культур, как и в подземной ферме Славы Гробышевского.

— Как потеплее станет, картошку посадим. И злаки какие-нибудь. Чтобы хлеб потом печь, когда галеты кончатся. — Авторитетно заявила Лань, заметив мой интерес к теплице.

Я уважительно покивал и принюхался:

— Это что... Никак шашлыком пахнет?

— Ага. Сегодня же Бельтейн. Мы его всегда в клубе праздновали. — Девушка показала рукой в сторону кострища, над которым несколько девчонок и пацанов колдовали с жаровнями. А рядом уже были расставлены столы и длинные скамьи.

— Точно... Это мы удачно зашли! А жоры же набегут, не боитесь?

— Мы уже жарили и не раз. В лесу их мало совсем. И ветер через чащу запах не сильно разносит. А набегут — так и хорошо. Мы на них тренируемся. И удобрение из жор — что надо.

— Ох, ловкачи... А с медициной у вас тут как?

После этого вопроса Лань помрачнела:

— С этим, конечно, похуже. Кое-какие таблетки тут были в медпункте. И в деревнях в аптеках насобирали. Стараемся чистоту соблюдать. Но если что серьёзное случится — даже и не знаю, что будем делать. Это мы ещё думаем.

— Ну, может у меня найдётся решение. Про кадетов слышали?

— Их вроде центровые давно дёрнули. Когда те в Дзержинку полезли.

— О-о-о... Совсем вы тут от жизни в своём лесу отстали. Всё наоборот. Так что есть у меня для вас хорошие новости. Будет вам какая-никакая медицина, если подружитесь. Замолвлю словечко.

Лань помолчала, глядя на пасущихся кур в загончике, и нерешительно поинтересовалась:

— А... А Болту там тоже смогут помочь?

— А что с ним случилось?

— Да вот... — Девушка показала на самый дальний домик из тех, в которых раньше жили постояльцы детского лагеря.

Подойдя поближе следом за ней, я заглянул в тёмное помещение через окно, заколоченное крепкими досками. Из темноты к нам тут же шагнул худощавый молодой паренёк с длинными тёмными волосами до плеч. Половину лица у него закрывала чёрная газовая маска.

Остановившись у окна, парень равнодушно уставился на меня расфокусированным взглядом карих глаз. Взглядом жоры.

Глава 13. Рассвет придёт

— И давно он такой? — Меня не покидало ощущение того, что в том, что я вижу сейчас перед собой, было что-то глубоко неправильное и противоестественное. Даже после всех ужасов Мясокомбината и мерзостей подземелий СЭПО. После всех тех бесчисленных вариантов заражённых, что я видел — сутулых мужчин, тощих женщин, измождённых стариков и старух — наблюдать перед собой молодого крепкого парня с этими пустыми глазами...Это было не то что бы мерзко. Это было... Досадно, что ли? Примерно такое чувство испытываешь, когда наблюдаешь свадьбу юной сочной красотки и сморщенного, покрытого бородавками старикашки с отвисшим брюхом. Или видишь уничтожение вполне свежих кулинарных изделий, которые так и не удалось продать до закрытия продуктового магазина.

— Пару недель примерно. — Лань тоже приблизилась к окну и с жалостью всмотрелась в темноту сквозь щели в досках. — Мы все ужинали. Болт первым свою порцию прикончил. И тут же к Моржу в тарелку полез. Тот офигел, обматерил его, а Болту ваще пофиг. Морж ему — в ухо! Тот со скамейки упал и сразу начал прямо с земли макароны рассыпанные доедать. Тут все и поняли, чё с ним... Связали и заперли. Но он как хавку потом почуял, так аж плечо себе вывихнул, когда развязаться пытался. Тогда нашли ему эту маску с запасом фильтров. В ней вроде бы ничего не чует.

— А сколько ему лет?