Автобус славы - Ричард Карл Лаймон

- Вау, - сказала Ники.

Лорен просто кивнула. Затем она повернулась к Ники.

- Видишь? Это не совсем чушь собачья. Если бы не Шарп и его миссия, Памела сейчас была бы пищей для канюков. Вместо этого она собирается отведать "Питсбургер Делюкс".

- Ну, - сказал Ники. - Я знаю. Просто это сводит с ума, вот и все.

- Заметно, - сказала Лорен.

Ники покачала головой в сторону Памелы.

- Я не то чтобы не рада, что он спас тебе жизнь. Это здорово. Но он просто одержим, а тут бедная Лорен, которая любит его как сумасшедшая, но он все равно уходит, как будто ему наплевать на все, если ты понимаешь, о чем я, и в один прекрасный день он, наверное, погибнет....

- Перестань, - сказала ей Лорен.

- Ну, это просто сводит с ума.

- Разве у тебя нет других клиентов, которых ты могла бы побеспокоить, Николь?

Ники закатила глаза вверх.

- Ну, конечно.

Лорен протянула руку и сжала ее предплечье.

- Убирайся отсюда, ладно?

- Кто-нибудь должен вразумить этого болвана, вот и все.

- Иди.

- Ухожу, ухожу, - Ники отступила назад с пустым подносом. - Я просто говорю, что, для разнообразия, он должен подумать и о тебе, и бросить...

- Эй!

- Хорошо, хорошо. - Ники пожала плечами в сторону Памелы, улыбнулась обеим женщинам, затем повернулась и поспешила прочь.

Лорен была следующей, кто пожал плечами, глядя на Памелу.

- Налетай, - сказала она. – Со всеми этими разговорами, наша еда остынет.

- Да.

- Ешь.

Памела посмотрела на свою тарелку. Питсбургер Делюкс и картофель фри с сыром чили.

Картошка была полностью скрыта под толстым одеялом перца чили и расплавленным желтым сыром. От блюда шел такой пар, что Памела поняла, что рискует обжечься, если не подождет несколько минут, прежде чем попробовать. Она обратила внимание на Питсбургер.

Булочка была почти такой же большой, как тарелка. Ее верх был коричневым, блестящим и полосатым от темных следов гриля. Листья салата и завитки лука торчали из-под булочки, но только кое-где, не настолько, чтобы скрыть хрустящие края котлеты.

Края, с которых капал сыр.

- Выглядит неплохо, - сказала Памела, и ей пришлось быстро закрыть рот, чтобы не потекла слюна.

- Погоди, вот сейчас вонзишь зубы... - сказала Лорен. - Между прочим, котлета - это частично колбаса. Мой рецепт. Смесь говяжьего фарша и колбасы.

- Ах. Звучит здорово.

Памеле понадобились обе руки, чтобы взять свой "Питсбургер Делюкс". Булочка оказалась скользкой и хрустящей под ее пальцами. Боясь выронить, она крепче сжала ее, прежде чем укусить. Теплый сок и сыр потекли по ее ладоням и запястьям.

Она широко раскрыла рот и откусила первый кусочек. Ее зубы с хрустом вонзились в булочку, салат и лук, затем погрузились в мясо. Чудесное сочетание сладких и острых вкусов наполнил ее рот.

Застонав от удовольствия, Памела принялась жевать.

Глава 13

Когда Бутс откусила свой гамбургер, красный сок потек по ее подбородку.

- Ты уверена, что эта штука съедобна? - спросил Норман.

Жуя, она развернула свой гамбургер и показала ему. Внутренняя часть котлеты выглядела как кровоточащая рана. Вид этого вызвал у Нормана отвращение.

- Надо было сказать им, чтоб еще пожарили, - сказал он. - Ты можешь подхватить какую-нибудь болезнь или что-то типа того.

- Это как раз то, что мне нравится, - сказала Бутс приглушенным голосом. Она широко раскрыла рот. Он был полон кашицеобразного, частично пережеванного гамбургера.

Норман отвел взгляд.

Бутс рассмеялась.

- Ты такой смешной, - сказала она. - Она провела тыльной стороной ладони по подбородку, чтобы остановить текущие капли. Когда она опустила руку, ее подбородок блестел.

"Она такая отвратительная, - подумал Норман. - Точно. Но, тем не менее, я здесь".

Вернувшись на пляжную стоянку, несколько часов назад и в пятидесяти милях к северу от того места, где они сейчас сидели за ужином, у него был прекрасный шанс сбежать от нее и Дюка. Он мог бы уехать и больше никогда их не видеть. Но что он сделал? Он заглушил мотор, подошел к багажнику "Чероки" и принялся рыться в своем багаже, пока не нашел плавки.

На заднем сиденье, где Бутс переоделась в ее крошечное вязаное бикини, он снял шорты и нижнее белье и надел плавки. Затем поспешил туда, где Бутс и Дюк сидели на своих пляжных полотенцах.

- Я уж думал, ты решил от нас отделаться, - сказал Дюк, улыбаясь.

- Это приходило мне в голову. Но я просто не мог уехать и бросить вас двоих. Подумал, что это будет грязный трюк.

- Как будто мы не знаем, почему ты вернулся, - сказал Бутс. Высунув язык между губ, она каким – то образом заставила свои груди подпрыгивать и дрожать внутри тонкого бикини, не двигая при этом остальными частями тела.

- Не поэтому.

- Как бы не так.

- Рад, что ты вернулся, приятель, - сказал Дюк. - Не важно, почему ты застрял, важно только то, что ты поступил правильно.

"Правильно, куда уж там".

Единственное, в чем Норман был уверен, когда сел на полотенце и взял свое пиво, так это в том, что оставаться с этими двумя было неправильным решением. Наверное, это был самый неправильный поступок в его жизни. Ему следовало уехать.

Он вернулся к ним только из-за Бутс, из-за ее вязаного бикини, из-за того, что он смог увидеть через его хитрые дырочки.

И потому, что он хотел быть рядом, когда придет время втирать масло для загара в ее нагретую солнцем кожу.

Сидя сейчас напротив нее в закусочной, Норман неловко заерзал, вспоминая.

Вскоре после его возвращения на пляж Бутс брызнула кокосовым маслом себе на ладонь и намазала его на переднюю часть тела. У него был сильный, сладкий запах. Ее рука скользнула под бикини – и сверху, и снизу, – и Норман смог наблюдать за ней сквозь сетку черной пряжи. Смотреть, как она натирает кожу блестящим маслом. Наблюдать, как она задерживается внутри бикини, кончики пальцев блуждают и поглаживают, когда она переводит взгляд с Нормана на Дюка своими ленивыми, пустыми глазами.

Закончив, она растянулась на спине. Ноги врозь. Руки сложены под головой.

Сверкая на солнце от лица до ног. Он был уверен, что видит ее...

- Что? - спросила Бутс,