Автобус славы - Ричард Карл Лаймон

То, что она увидела, было придорожными строениями, состоящими из обветшалой бензоколонки и небольшого кафе, окруженного огромной парковкой, которая, казалось, была одновременно и свалкой. Сзади было разбросано несколько старых передвижных домов. Между заправочной станцией и кафе, но чуть дальше, была огороженная территория, похожая на кладбище. На возвышении за кладбищем стоял викторианский дом, выглядевший так, будто его выкорчевали с заднего двора киностудии, где он, возможно, использовался десятилетия назад как декорация для фильмов с привидениями.

"Это, должно быть, Дворец", - подумала Памела.

- Ну и помойка, - сказала она.

- Дом, милый дом, - сказал Шарп.

- Я думала, вы живете в своем автобусе.

- Так и есть. - Он притормозил, затем свернул с асфальта. Когда он катил к бензоколонке, какой-то старикан возле насосов заметил его и помахал рукой. Шарп нажал на клаксон. Через мгновение из офиса заправочной станции выбежала женщина в белом платье.

Шарп проехал мимо насосов, затем свернул направо и въехал в пустое пространство, которое, казалось, было точно размером с автобус.

- Добро пожаловать в Питс, население шесть человек, - сказал он, оглянувшись через плечо, и взялся за хромированную дверную ручку. Главная дверь автобуса со шипением открылась, и Памела наклонилась вперед, готовая встать.

Но она осталась на своем месте, когда женщина вскочила в дверной проем и взбежала по ступенькам. Шарп выбрался из-за руля. Женщина бросила быстрый взгляд на Памелу и бросилась в объятия Шарпа. Они стояли в передней части автобуса, обнявшись. Шарп, казалось, отвечал на объятия довольно формально – нежно, но без особой страсти, насколько могла судить Памела.

"Он должен быть немного более восторженным, - подумала она, - когда девушка прижимается к нему, как к давно потерянному возлюбленному, только что вернувшемуся с войны".

Пока он просто стоял, обняв ее за спину, женщина стонала, целовала его снова и снова в губы, щеки и шею, водила руками вверх и вниз по его спине, ласкала его лицо и гладила волосы, все время извиваясь и тершись о него.

Покраснев и немного запыхавшись, она поправила платье и повернулась к Памеле.

- Привет, - сказала она.

- Привет.

- Прошу прощения. Обычно я не... Я давно его не видела.

- Без проблем.

Шарп все еще держал руку на спине женщины. Он сжал ее плечо и сказал:

- Это Лорен. Лорен, познакомься с Памелой.

- Приятно познакомиться, - сказала Лорен.

- И мне.

"Очень приятно", - подумала она.

Несмотря на то, что Шарп спас Памеле жизнь и ни в коей мере не оскорбил ее, он определенно был странным. Наедине с ним ей было не по себе. Так что само присутствие Лорен приносило облегчение.

И было очень приятно узнать, что в жизни Шарпа была женщина.

"В конце концов, он не охотился за моим телом. Все эти беспокойства были напрасны".

- Добро пожаловать в Питс, - сказала Лорен.

При ее приближении Памела встала. Они пожали друг другу руки. У Лорен была сильная хватка. Она выглядела крепкой, но в то же время хрупкой: высокая и широкоплечая, хотя и чрезвычайно худая; густые волосы цвета соломы, удивительные глаза цвета лесной зелени. Ее лицо, костлявое и с впалыми щеками, не выглядело мертвенно-бледным из-за смуглого свечения кожи. Цвет лица делал ее больше похожей на спортсменку, чем на труп.

Памела решила, что Лорен не больше тридцати. И, судя по ее старомодному платью, вероятно, была потомком хиппи. Белое платье с короткими рукавами, бесформенное и свободное, было застегнуто спереди почти до горла и было таким длинным, что доходило почти до лодыжек. Не доставало только цветка в волосах.

"Прекрати, - приказала себе Памела. - Наверное, она носит такое платье, потому что оно красивое и легкое. Как раз то, что нужно для жизни посреди пустыни. То же самое касается и ее сандалий. По крайней мере, она не босиком".

Пристально глядя на Памелу своими глубокими зелеными глазами, Лорен сказала:

- Ты пережила тяжелые времена.

- Это точно.

- Теперь все будет хорошо. - Лорен улыбнулась. – Ты спасена.

Глава 11

- Я покажу тебе все вокруг, - сказала Лорен, - а потом...

- Лучше сначала накормить ее, - вмешался Шарп. - Отведи ее в кафе, а я скоро приду.

Улыбаясь, Лорен сказала. - Пойдем.

Памела последовала за ней вниз по лестнице. Когда она ступила на землю, боль пронзила ее ноги. Она с шипением втянула воздух.

- Что с ногами? - спросила Лорен, нахмурившись.

- Они немного побиты. Но со мной все в порядке.

- Я знаю, что нужно. Подожди здесь. - Лорен поспешила прочь.

- Все в порядке, - запротестовала Памела. - Мне ничего не нужно.

- Нет. Это как раз то, что нужно. - Мгновение спустя Лорен исчезла за углом офиса автозаправочной станции. Памела, смущенная, желая сказать ей, чтобы она не беспокоилась о том, что задумала, хромала за ней.

И чуть не столкнулась со стариком, которого она видела раньше у колонок...

Когда она вышла из тени автобуса, он появился из-за угла...

Она ахнула и резко остановилась.

- Привет, - Он широко улыбнулся ей. Из его десен торчало несколько коричневых кривых зубов.

- Привет, - сказала Памела.

"Боже мой, - подумала она. - Что это за пугало?" На ум тут же пришло несколько терминов. "Старожил. Старатель. Скорняк. Пустынная крыса. Змеелов. Песчаный бандит". Единственное, что выглядело хуже, чем состояние его зубов, - это его ковбойская шляпа.

Древняя, грязная шляпа криво сидела на его голове, ее поля были загнуты вперед. Возможно, это была хорошая шляпа примерно во время падения Аламо[19]. С тех пор ее, очевидно, резали, расстреливали, топтали, пинали ногами, жгли ... и тысячи раз обливали потом старого болвана – или еще чем похуже. Она была украшена таким количеством пятен, что Памела даже не могла догадаться о ее первоначальном цвете. Она представила себе, что попади эта жалкая старая шляпа под ливень, с нее стекала бы вода желтого цвета.

Лица старика почти не было видно. Большая часть его была скрыта за растрепанными седыми волосами, кустистыми бровями, густыми усами и бородой. Но его глаза были видны. Прищуренные, с голубыми радужками и налитыми кровью белками. Нос был похож на клубнику, брошенную и растоптанную на пыльной дороге. Его нижняя губа потрескалась и шелушилась.

"Этот парень - ходячая развалина", -