9-я книга. Тарат Зурбин - Алекс Карр

Еще одной особенностью этого мира было то, что пути обратной трансформации от наземного существа в представителя водной фауны и затем в гафтарие не было. Но зато мы обратили внимание на то обстоятельство, что трупы этих существ, если они успевали достичь слоя ила, быстро погружались в него и становились добычей гафтарие. Крупные останки трупов доставались более крупным гафтарие, мелкие, – мелким. Процесс пищеварения у этих желеобразных комочков был схож с процессом пищеварения морских звезд.

Гафтарие просто обволакивало собой труп рачка, трилобита или мокрицы, капсулировалось и начинало медленно опускаться на дно. Примерно за полгода гафтарие полностью успевало переварить свой обед. За это время оно увеличивалось в размерах и после этого вело себя уже совсем не так как прежде. Такие гафтарие стремились подняться вверх и это движение было неуклонным, а достигнув водной среды обитания, они превращались, как правило, в самых проворных и опасных хищников, снова попирая законы эволюции.

Мы провели над гафтарие серию экспериментов и вскоре выяснили, что эти желеобразные комки способны не только резко увеличивать объем своего тела, но и усваивать таким образом информацию. Для эксперимента мы отобрали самых крупных и самых сильных псевдотритонов и псевдолягушек, которые достигали в размерах до полутора метров и имели вес до сорока килограмм, умертвили их и скормили гафтарие подходящих размеров. После того, как пищеварительный процесс закончился, мы перенесли этих гафтарие прямиком на сушу и спустя две недели получили популяцию супертритонов и суперлягушек, которые не только были намного сообразительнее своих сухопутных предков, так как обладали гораздо более развитым мозгом, но и вооружились зубами.

Дальше этого мы в своих экспериментах не пошли, так как я понял, что таким образом мы способны выращивать монстров. Компьютерные модели вскоре показали, что мы можем вырастить практически любое существо, возможно даже разумное и на это нам потребуется не более пятисот-шестисот поколений. Теоретизировать на эту тему я мог сколько угодно, но вот заниматься этим практически отказался наотрез.

Слишком велика была опасность того, что эти создания, не отягощенные эволюционным путем развития, окажутся настоящими чудовищами, ведь даже желеобразное гафтарие и то обладало чрезвычайно высокой жизненной силой, что же говорить тогда об этих созданиях? Что произойдет в том случае, если такие существа, по сути биороботы, завладеют тахионным приводом и выйдут на просторы галактики? Тем более, что для животного мира Удинахи белки и протеины, аминокислоты и даже углеводороды не являлись ядом, эти твари пожирали всё: дерево, бумагу, мясо, фрукты и овощи, бензин и нефть, и им от этого ничего не делалось. Разумеется, такая пища не была для них достаточно калорийной, но зато была весьма лакомой.

К тому же им не были страшны самые сильные яды, они не боялись жестких излучений и даже выстрел из бластера их не всегда останавливал, особенно если вы собирались подстрелить какой-нибудь особо крупный экземпляр. Нет их конечно же было не так уж и сложно прикончить, достаточно было нанести сильный и точный удар и все, но что будет если из этого материала вырастить крупную, хорошо защищенную тварь, которая при этом будет иметь хорошо развитый мозг?

Что же, я был только рад тому, что именно интари, которые отличались высокой ответственностью, первыми обнаружили этот мир. Насколько я был осведомлен в галактической политике, некоторые расы были бы вовсе не прочь вырастить для себя на Удинахе целые армии идеальных солдат, сильных, чрезвычайно живучих, практически всеядных и покорных, ведь методики электронного пси-контроля вовсе не были таким уж большим секретом в наше время.

Мы не прекращали исследований в других направлениях и вскоре обнаружили такую популяцию гафтарие, от которой я просто пришел в восторг. В отличии от всех остальных гафтарие, эти обитали неподалеку от южного полюса планеты в огромном метеоритном кратере, который образовался от столкновения с кометой, ядро которой состояло из водяного льда с небольшой примесью аммиака. Здесь, неподалеку от полюса, где вулканическая деятельность была наименьшей и потому было мало изверженных твердых пород, верхний слой планеты был сложен из рыхлых пород и потому ядро кометы, затормозив в атмосфере, не испарилось при взрыве.

Огромная глыба льда воткнулась в твердь планеты и увязла в ней, как камень в тесте. Ледяная глыба, подогреваемая вулканическими газами, стала медленно таять, не контактируя с атмосферой планеты, в которой чистая вода горела, подобно бензину. Поэтому смесь кислот в этом озере оказалась сильно разбавленной водой, а на дне озера все еще оставалась огромная глыба льда, затянутая илом, в котором также кишели гафтарие, но они были несколько иными, менее плотными и могли жить и развиваться в весьма слабом растворе стандартной для этой планеты смеси кислот. При этом они сохранили все свои прежние качества.

В гафтарие меня больше всего интересовала их способность получать и накапливать информацию, так как это сулило массу открытий и мело для меня сугубо практический интерес, так как меня всегда интересовали способы сохранения информации. Не мудрено, что к концу второго года бы перебазировались к этому кратеру и всецело посвятили себя изучению этой популяции гафтарие. Чем больше мы исследовали их, тем больше я убеждался в том, что мы сможем научиться записывать информацию на эти гафтарие.

Работы мы развернули параллельно, на открытом воздухе и в стенах научных лабораторий, в достатке имеющихся на борту "Ксириза". Главный недостаток этих гафтарие заключался в том, что они все-таки были ядовиты, но, действуя целенаправленно и используя генную инженерию, нам удалось вывести такой вид гафтарие, который мог жить в обычных атмосферных условиях Интайра и уже не был убийцей для интари.

В то время я смотрел далеко вперед и мыслил масштабными категориями, мечтая создать такие носители информации, которые помогли бы нам создать самый совершенный из всех типов компьютеров, биокомпьютер и потому назвал этот вид гафтарие, – крулос, что значит помнящий. В то время крулосы были совершенно непригодны к такой сверхзадаче, но я и не торопился объявлять на всю галактику о своем открытии.

Главным было то, что у нас в руках был уникальный исходный материал, а всего остального нам еще только предстояло добиться. Не смотря на то, что мы находились на огромном расстоянии от Интайра и майруми, вроде бы, не должны были знать где мы находимся, я внезапно получил послание от Рифалька, с которым встречался в прошлый раз. Он вызывал меня на встречу, которую он назначил неподалеку от Интайра. Поэтому нам пришлось спешно свернуть экспедицию и стартовать с Удинахи. На этот раз я ни в коем случае не хотел отказываться от встречи с майруми.