Сокровище Единорога - Нелла Тихомир

Время сильно перевалило за полдень, когда под навесом началось движение: хозяйка накрывала на стол. Воротились остальные разбойники. Фыркая и толкаясь, долго мылись у колодца, потом пошли к столу. Нимве слышала, как стучит посуда. Кто-то, кажется, главарь, проговорил:

- Эх, какой у тебя квас, хозяйка! Знатный квас! А этим там кто-нибудь воды нынче давал?

В ответ раздалось тихое бурчание, и вожак повысил голос:

- А я что приказывал? Вы мне что, уморить их сговорились? - до Нимве донесся звук оплеухи. - Стоять смирно, когда я с тобой говорю! Хозяйка, тащи кружки! Нальешь им квасу, пусть напьются, прежде чем перемерли от жары! А вы ей разнести поможете! А ну, бегом, бегом, бегом!

Выскочив из-под навеса, хозяйка нырнула в сарай, что служил кухней. За ней с недовольным видом поспевали трое. Через пару минут они появились с кружками в руках, разбойники направились к принцам, а хозяйка подошла к Нимве. Одну кружку сунула девушке, а вторую - Мафхору. Молча повернулась и, не глядя по сторонам, ушла. Нимве поднесла кружку к лицу. Сильно пахнуло смородиной и черносливом, квас был темный, с коричневой пеной возле обода. Нимве сделала глоток… Квас оказался терпким и необычайно вкусным, такого даже мама не делает, подумала она. При воспоминании о матери внутри все скрутилось в узел, горло сжала железная ладонь, да так, что не вздохнуть. Нимве, смаргивая слезы, уткнулась лицом в кружку.

Хозяйка еще долго ходила туда-сюда с питьем для пленников, то и дело косясь на навес, где обедали разбойники. Пару раз Нимве поймала ее тревожный взгляд, направленный, похоже, на Мафхора. Хозяин усадьбы не появлялся, и главарь разбойников тщетно орал, призывая его.

Нимве не уловила момента, когда это произошло: привалившись спиной к ограде, она ненадолго задремала. Стук, грохот и отчаянные крики заставили очнуться. Она не сразу осознала, что шум идет из-под навеса. Однако, сидя на ярком свету, на солнце, нельзя было понять, что происходит в тени.

Хозяйка усадьбы застыла посреди двора, будто громом пораженная, а из кухонной пристройки выскочил хозяин. Оглянувшись на Мафхора, Нимве увидала, что маг полулежит, обессилено опираясь спиной о столб. Взгляд широко открытых глаз блуждал, словно маг упорно следил за чем-то, недоступным остальным. Губы двигались, руки бесцельно шарили по земле. Пустая кружка валялась рядом. И, лишь увидев эту кружку, Нимве все поняла. Вскочила и крикнула, ткнув в хозяйку пальцем:

- Она нас всех отравила!

Женщина так резко обернулась, что кувшин вырвался из рук и раскололся, ударившись о землю. Остатки кваса немедленно впитались в пыль. Пленники приподнялись, на лицах застыли тревога и недоумение.

Из-под навеса, шатаясь, выбрался вожак разбойников. Увидав его багровое лицо и налитые кровью глаза, Нимве похолодела. Вожак рванул рубаху на груди, словно та его душила, повернулся к хозяину и что-то прохрипел, но Нимве не сумела разобрать ни слова. На губах разбойника выступила пена. Некоторое время он стоял, качаясь, а потом рухнул ничком, будто срубленный - и замер на земле.

Оцепенение, сковавшее пленников, исчезло, многие вскочили на ноги. Однако Нимве уже поняла, что никто из них, кроме Мафхора, похоже, не пострадал, сама она ничего плохого не чувствовала. Пленники стояли, натянув цепи, таращились на хозяев и на навес. Оттуда неслись стоны, звуки рвоты. Шум настолько приковал общее внимание, что никто не заметил чужака, появившегося будто из ниоткуда. Нимве, вспомнив свой сон, где волки возникали из стен, замерла. Чужак тем временем осмотрелся, подошел к навесу, заглянул внутрь…

Некоторое время он стоял, не двигаясь. Потом тихонько свистнул - и из-за сараев выскочили темные фигуры. Их было много, очень много, гораздо больше, чем разбойников. Один тащил лохматого парнишку лет четырнадцати, оборванного и тощего.

- Сынок! - всплеснув руками, крикнула хозяйка.

Сорвавшись с места, мальчишка рванулся к ней. Женщина схватила его, притиснула к себе, подбежал хозяин… Они же сказали, что живут вдвоем, подумала Нимве, разве они не говорили, что…

Из-за сараев вышел высокий человек в черном плаще, с накинутым на голову капюшоном. Он выделялся из общей массы горделивой осанкой. Когда он появился, остальные почтительно расступились. Человек заглянул под навес, обернулся и что-то повелительно бросил одному из пришельцев. Тот, коротко поклонившись, исчез в тени.

Человек в капюшоне оглядел пленников, а потом направился в сторону Нимве. Она отшатнулась к забору, но чужак на нее даже не взглянул. Приблизившись к Мафхору, носком сапога потыкал мага в бедро. Тот безвольно соскользнул на землю. Он, похоже, бредил, не замечал, что происходит вокруг. Незнакомец постоял, разглядывая мага, отвернулся и не торопясь пошел вдоль ряда пленников. Остановившись в паре шагов от принцев, стащил с головы капюшон. И, лишь взглянув на его холодное, замкнуто-строгое, высокомерное лицо, Нимве тихо ахнула. Она узнала того самого вельможу, в доме которого говорила с королевой. Спутники, кажется, разделяли ее изумление, потому что на миг повисла тишина.

Принц Инис первый пришел в себя.

- Дядя?! - выговорил он. - Как ты сюда… Как ты узнал, где мы?

Человек, которого принц назвал дядей, сухо усмехнулся:

- В этом не было ничего сложного, уверяю.

- Слава Творцу, что ты нас нашел, - сказал Инис. - А то неизвестно, сколько бы эти типы нас тут продержали!

- Тебя - недолго, - отозвался вельможа. Инис промолчал, явно сбитый с толку.

- Господин герцог, - позвали от навеса. - Ваше сиятельство, извольте взглянуть!

Герцог повернулся и ушел. Инис посмотрел на брата, но тот лишь повел плечом. Инис что-то тихо спросил, более настойчиво, и Сэтнар сердито отозвался, только Нимве, стоявшая далеко, не поняла ни слова.

- Что, черт побери, за дела? - пробормотал Ларра, но никто не ответил.

Герцог воротился через пару минут. Ленивым жестом стянул черные замшевые перчатки. Инис проговорил:

- Прикажи своим людям нас освободить.

Герцог молча смотрел на племянника.

- Дядя, пусть нас освободят, - повторил Инис.

Помедлив, герцог ответил:

- Чтобы не было неясностей, объясню сразу: я не собираюсь вас освобождать.

На миг повисло молчание. Потом Инис недоверчиво сказал:

- Что? Как это ты не собираешься нас…

- Вот так, - перебил герцог, пожав плечами. - Эти люди сделали за нас грязную работу. А вы… вы мне нужны не на свободе.

- Я всегда говорил, что он предатель, - с ненавистью процедил Сэтнар. - Проклятый бастард! Да ты…

Герцог подался к нему и резко ударил по лицу. Сэтнар отшатнулся, вытер губы…

- Следите за языком, ваше высочество, - холодно промолвил герцог. - Спешу заверить, что моя кровь не грязнее вашей. И моя мать никогда не была таким жалким ничтожеством, как ваш отец. Но я здесь не для того, чтобы меряться родословными. Вы все поедете со мной.