Сокровище Единорога - Нелла Тихомир

Смех перешел в ржание, а вожак, улыбаясь, покачал головой:

- Дерзкая… Люблю дерзких. Так ты, стало быть, порядочная?

- А кто спрашивает? - фыркнула Нимве, и разбойники покатились со смеху. Вожак улыбнулся еще шире, показывая зубы.

- Не боишься мне дерзить? - осведомился он. Нимве прикусила губы. Она боялась, да еще как, но - его тон, и взгляд, которым он ее ощупывал, и смех остальных приводили в бешенство, и она не могла, не желала позволять этому нахалу издеваться. Пальцы сами собой сжались в кулаки, и Нимве сказала:

- А что ты сделаешь? Велишь и мне рот заткнуть? Кляпом?

В ответ раздался хохот, а вожак заметил:

- Тебе бы на ярмарке выступать - разбогатела бы, - он придвинулся, наклонился так, что Нимве ощутила запах табака. Она едва дышла, но глаз не отвела. Вожак промолвил тихо:

- Но я могу тебе с этим помочь. В смысле, разбогатеть.

- Что, ты умеешь клады указывать? - выпалила Нимве. Вожак взял ее за подбородок. Нимве разглядела вертикальные морщины на щеках, седину в темной шевелюре… Попыталась отстраниться, но его рука не пустила.

- Хорошенькая, - почти шепотом вымолвил он. - И пахнешь хорошо. На потаскуху и правда не похожа, - и прежде, чем Нимве успела ответить, поцеловал в губы, крепко, сжимая в ладонях лицо. Задохнувшись, Нимве стала вырваться, а вожак сказал:

- Сладкая. Даже жаль тебя такую продавать. - Он выпрямился, встал и отошел. Нимве показалось, что ее облили горячей водой. Яростно вытерев рукавом губы, она низко опустила голову, прижимая ладони к пылающим щекам. На пальцы капнула слеза, и Нимве сердито смахнула ее. Только слезы и не думали униматься, текли и текли, и оставалось, кусая губы, вытирать мокрое лицо.

Глава 9

Нимве очнулась на рассвете. Она лежала на земле, свернувшись клубком, будто кошка. Разбудил ее холод, а еще приглушенные голоса поблизости. Нимве зябко обхватила себя руками - и услышала:

- А я вам повторяю: довольно. - Нимве узнала голос Мафхора, тихий, еле слышный, в нем почудились незнакомые прежде сердитые нотки. Глухо звякнула цепь, кто-то хрипло отозвался:

- Это была шутка. Чего вы так завелись? - Нимве почудилось, что это голос вожака разбойников, но уверенности не было, а голову повернуть она боялась, чтобы не заметили. Мафхор сказал:

- Вы не мальчик. Вам трудно держать себя в руках?

- Но она действительно хорошенькая, разве нет? - это определенно был вожак разбойников. Но почему они…

Вожак тем временем продолжал:

- Какого черта этот придурок так завязал вашу цепь, невозможно отпутать. Кстати, а кто она? О ней речи не было.

- Какая вам разница?

- Может, никакой. А может…

- И вот что, - перебил маг, - советую вам быть повежливее с принцем.

- С которым же из них? - вожак хмыкнул, раздались тихие железные щелчки.

- Сами знаете.

Шорох, осторожные шаги, мужчины прошли мимо. Через опущенные ресницы Нимве следила за ними, но различала только две размытые фигуры. Чуть погодя клацнула щеколда, и настала тишина. Не в силах больше лежать на холодной земле, Нимве села, прислонясь к забору, ее колотило от холода, зубы стучали, и руки прыгали. Так вот почему он не сопротивлялся, подумала Нимве, он с ними заодно! Это он все подстроил! Как и боялась королева… Она догадывалась… а я не поверила! Тот тип сказал: "продать". Это работорговцы? Король решил… Они решили продать принца Сэтнара работорговцам?! Нет, не может быть… А нас они тоже продадут?!

Из-под навеса шаркающей походкой, босиком появился один из разбойников. В расстегнутой рубахе, из-под которой выглядывала волосатая грудь, он остановился и отчаянно зевнул, потянувшись руками и выгибая спину. Это был молодой, возраста Ларры, лохматый мужчина. Опустив руки, разбойник взглядом наткнулся на Нимве, ухмыльнулся и подмигнул, а Нимве осторожно покосилась на него. Он сделал шаг, огляделся… Нимве замерла, но он не подошел, а направился вдоль сараев, обогнул их - и исчез из виду.

Постепенно просыпались остальные пленники. Агасти зябко скорчился на земле, справа от него поднялась темная вихрастая голова, и Нимве узнала Чика. Она обрадовалась ему, будто родственнику - но ей действительно сделалось легче оттого, что он оказался рядом. Чик, повозившись, сел, зевнул и огляделся. Он словно похудел за ночь, под глазами лежали тени. По взгляду Нимве поняла, что и сама выглядит не лучше. Юноша попытался ободряюще улыбнуться, но вышло неудачно. Рубаха на груди была разорвана, и Нимве подумала, что он, наверное, дрался с разбойниками.

Совсем рассвело. Воротился вожак с Мафхором. Все молча наблюдали, как разбойник провел мага мимо пленников к столбу. Нимве кусала губы. Маг сел на землю, и вожак примотал цепь. Нимве в упор глядела на Мафхора, ее душили страх и ярость. Маг поднял глаза. Лицо у него было равнодушное, будто ему наплевать, что тут происходит. Конечно, ему наплевать, задыхаясь от ненависти, подумала она, с ним же ничего не случится, его-то в рабство не продадут! Вожак тем временем исчез под навесом, оттуда раздался его зычный голос, будивший остальных. Двор сразу наполнился народом, разбойников оказалось много, человек двадцать пять. Они вели себя свободно, расхаживая без оружия, точно хозяева.

Чуть погодя двое подошли к пленникам с противоположного от Нимве конца, начали отмыкать чью-то цепь. Нимве видела, как шевелятся их губы, но слов разобрать не могла. Принц Сэтнар встал, и эти двое куда-то его повели, за цепь, будто собаку. У Нимве похолодело в животе. Куда они его, подумала она, но когда те свернули за сараи, вдруг сообразила: у хозяев там была уборная. Остальные пленники остались на местах, никто не обращал на них внимания. Хозяева шмыгали по двору, стараясь не встречаться с захваченными взглядом.

- Эх, жалко, вы меня остановили, ваша милость, - с горечью, громко сказал Ларра, его рыжая встрепанная голова появилась справа от Чика. - Надо все-таки было в них стрельнуть!

Хозяин дома, проходивший мимо, втянул голову в плечи и ускорил шаг.

Так минуло не меньше часа. Когда выглянуло солнце, разбойники собрались под навесом - завтракать, а пленникам раздали еду в мисках. На подворье воцарилась тишина, только ложки звякали. Нимве ела, даже не разбирая, что ест, и лихорадочно соображала, как сообщить остальным, что Мафхор предатель, а сами они попали в руки работорговцев. Время от времени Нимве кидала на Мафхора ненавидящие взгляды, но тот сидел, уткнувшись в миску, и сосредоточенно жевал.

После завтрака несколько похитителей куда-то ушли, а оставшиеся сели под навес - играть в карты. Хозяева усадьбы занимались своими делами, и каждый раз, когда проходили мимо, Ларра провожал их такой бранью, что разбойники разражались хохотом. Хозяева не отвечали, не останавливались и выглядели как загнанные крысы.