Тайна радости - Эллен Чейз

— Ну вот, здесь мы и разойдемся в разные стороны, — произнес он, выключив зажигание и одарив Кейси широкой беззаботной улыбкой. — Если ты не передумала.

— Нет, — твердо заверила она и, взяв с заднего сиденья панаму и соломенную корзину, открыла дверцу. — Если ты не возвратишься на стоянку к полуночи, я буду считать, что ты на квартире.

Избегая испытующего взгляда его карих глаз, Кейси приводила себя в порядок, поправляя складки на темноватом платье, распрямляя тонкий пояс и проверяя пуговицы.

— Ну, я отбываю! — сказал Трэвис с явным энтузиазмом. — Желаю удачного дня.

Она неопределенно кивнула головой, перелистывая туристский атлас и притворившись, что внимательно изучает его. Всю дорогу в сорок миль до Акапулько Кейси укрепляла свою броню, маскируя бравадой свои страхи. Вот и теперь она пересиливала желание посмотреть, куда направился Трэвис.

Кейси глубоко вдохнула бодрящий соленый воздух, расправила плечи и отправилась изучать гедонистическую[14] жизнь Акапулько, благодаря которой он сделался знаменит. Она проводила часы, рассматривая ремесленные изделия, разложенные на сбившихся в кучу маленьких прилавках в прибрежном парке и возле пристройки волнореза. Продавцы были предупредительны и любезны, но Кейси интересовал только кожаный бумажник ручной выделки, который ей хотелось подарить Мэтту.

Она избегала городских видов транспорта, чтобы прокатиться в живописном экипаже к большому собору, который находился в центре города. Богато украшенный храм Святой Марии с тяжеловесными куполами в окружении бесчисленных резных башенок произвел на нее ошеломляющее впечатление.

После посещения еще двух церквей Кейси жадно набросилась на разноцветные открытые лотки и отделы для женщин, пока мостовая не загорелась у нее под сандалиями. Звук ее шагов слился с клокотанием голодного желудка. Она устало опустилась в кресло в одном из многочисленных ресторанчиков под соломенной крышей на Парадайз-Бич. С приподнятого патио Кейси могла видеть соревнования серфингистов, проходившие позади вздымавшихся отелей и зеленых холмов.

Заказав салат из свежей зелени и креветку с чесноком, Кейси расслабилась в мягком кресле, наблюдая за разноцветными дельтапланами, парившими в небе, водными лыжниками, выписывающими зигзаги вокруг рыбацких яхт и прогулочных катеров, пришвартованных в гавани.

— Сеньорита, — коренастый усатый официант появился возле ее локтя с высоким блестящим бокалом.

Кейси удивленно приподняла брови. Она не заказывала белого вина.

— Постойте, стюард. Это, наверное, не для меня.

Официант широко улыбнулся, обнажив золотые зубы, и поставил бокал перед ней.

— Бокал белого вина от господина. Кейси не знала никого, кто мог бы прислать ей привет.

— Не понимаю.

Официант, просияв улыбкой, указал на столик в дальнем углу. Темноволосый интересный мужчина приподнял свой бокал. Кейси сделала глоток и оглянулась.

— Грасиас… — промямлила она, протянув руку за завернутым в целлофан пакетом с крекерами.

Кейси, исподволь взглянув в сторону незнакомца, увидела, что тот не сводит с нее глаз. Их взгляды пересеклись и, смущенно покраснев, она отвела глаза. В ее сознании постоянно возникал его образ с точеным подбородком и глазами, сверкавшими подобно топазам.

Доев третий кусочек креветки с чесноком, мужчина встал и направился к столу Кейси. Она видела, как он пробирался, лавируя между столиками под соломенными зонтиками. Его высокая крепкая фигура в белой рубашке и плотно облегающих белых брюках придавала ему вид победителя.

Он остановился рядом с ней и, наклонив голову, произнес по-испански:

— Добрый день, сеньорита. — Голос его звучал в ее ушах хриплой мелодией. — Здесь свободно? — Он положил руку на спинку пустого кресла напротив нее.

Кейси вытерла губы красной льняной салфеткой, застенчиво улыбнулась ему и молчаливо кивнула, разрешая присоединиться к ней. Она долго смотрела в его самоуверенное мужественное лицо.

— У вас ужасный акцент, — сухо произнесла Кейси.

— Теперь всю ночь, лежа в кровати, я буду совершенствовать произношение… — Он жестом подозвал официанта. — Я следил за тобою все утро. Ты решила меня подразнить?

— Трэвис, — упрекнула его Кейси раздраженно, — ты же не собирался ходить за мной по пятам! — Она взглянула на него, внезапно ослабев от его торжествующей улыбки.

— Ты предложила мне найти женщину интересную и привлекательную, я последовал твоему совету, и вот я здесь! — Трэвис вдруг перестал улыбаться, выражение его лица стало серьезным. Он взял ее руку, поднял ладонь и медленно перецеловал каждый палец. — Ты и в самом деле хочешь, чтобы я нашел другую женщину?

Кейси не могла оторваться от его магнетического взгляда. Нежная твердость кончиков его пальцев, гладивших ей кожу, разжигала угли страсти, которую она с таким трудом старалась погасить. Эти тлеющие угли превращались в пламя, начиная терзать ее плоть.

Кейси закрыла глаза, как бы сбегая от настойчивого взгляда Трэвиса, и наконец с болью прошептала:

— Нет-нет, не надо больше никого искать.

Ресницы ее дрожали, а в изумрудных глазах сверкали слезы. Кейси поняла, что сейчас ее оборона окончательно рухнет.

— Когда мы расстались, мир померк передо мной. Я старалась отвлечься, метаясь по городу, но ничего не вышло. Я боялась, что ты найдешь другую женщину, и я никогда больше не почувствую прикосновений твоих рук, вкус твоих губ. Меня охватил ужас при мысли, что между нами все может кончиться!

Хитрое лицо Трэвиса осветилось нежной улыбкой.

— Судьба привела меня к тебе и дала мне терпение. А я не сторонник искушать судьбу. — Он снова поднес ее руку к своим губам.

Его желание передалось ей. Лицо Кейси горело.

— Трэвис, в моей жизни не было настоящей любви, — с трудом призналась Кейси. — Если честно, ты пугаешь меня. Ты слишком напористый…

— И ты до сих пор не уверена в своих чувствах?

Она глубоко вздохнула.

— Ты знаешь, я никогда не была так счастлива, как в эти недели, проведенные с тобой. Я знаю, что никогда не буду так доверять кому-то, делиться и спорить с кем-нибудь так же свободно, как с тобой. Сознаюсь, что такой симпатии я ни к кому раньше не испытывала. — Кейси сделала паузу, испугавшись собственного откровения.

Но чувства уже переполнили чашу и вырвались наружу.

— Твое появление перевернуло меня. Ты принес мне новую радость жизни, и я научилась получать удовольствие от нее. Я теперь острее чувствую и яснее вижу… Я знаю: что бы ни случилось в будущем, я никогда не буду счастливей, чем сейчас.