(не)хорошая девочка (СИ) - Найт Алекс

— Нет, ты обещал! — Вест перевел на меня тяжелый взгляд.

— Я ничего не обещал.

— Не убивай его, Адам! — Бросилась к Стасу, намереваясь закрыть его, но Вест перехватил меня раньше.

— Неужели, все еще любишь его? — Он встряхнул меня за плечо, вынуждая принять ровное положение. — Поверила в его очередную сказку.

— Нет! Просто я не хочу больше смертей! — Вест замер, заглядывая в мои наполняющиеся слезами глаза.

— Ладно. Но и ты обещала вести себя хорошо. — Вест вытолкнул меня из кухни в прихожую. — Одевайся. И быстро. — Он уже убрал пистолет. В нем не было смысла, ведь ему я была нужна живой, оба это понимали. Послушно обулась и надела пальто со шляпой. Мы вышли из квартиры, потом покинули и дом. Здесь были сквозные подъезды, Вест вывел меня через наружную часть здания. Там же в паре метров от входа стояла его машина. Он сам подвел меня к машине и посадил, удерживая при себе до боли, сжимая руки. Да и что я могла предпринять? Так поздно никого и не было возле дома. Если кто и засиживал, то во внутреннем дворе. Через пару кварталов мы поменяли машину. Еще через полчаса мы въехали во двор ветхой многоэтажки. — Если надеешься позвать на помощь, забудь. Не вынуждай меня убивать невинных людей.

— Будто тебя это волнует. — Оттолкнула его руку, обняв себя за плечи. Он повел меня под талию к подъезду.

— Меня — нет. Зато тебе не все равно. — Здесь он был прав, я бы не хотела, чтобы из-за меня кто-то пострадал. Мы поднялись на девятый этаж. Вест открыл передо мной двери дальней квартиры, настойчиво подталкивая в нутро темного помещения. Кто меня еще там ждет? Я не хотела видеть ни Диму, ни Викторию, ни, тем более, Быка. Вест закрыл дверь на ключ.

Глава 18

— Ты голодна? Или хочешь в душ? — Душ, еда? Такие обыденные вещи казались глупыми в сложившихся обстоятельствах. Но я послушно прошла на кухню.

— Кто еще здесь? — Прошла к холодильнику, открыла дверцу, слепо осмотрела нутро и закрыла обратно, не сразу поняв, что в моих руках осталось молоко. Отложила его на столешницу гарнитура, не знаю, зачем вообще достала его. Мне сейчас не молоко нужно, а успокоительное. Быстро же человек привыкает к спокойной жизни, я уже и забыла, каково это ощущать дуло пистолета у виска.

— Мы одни. — Вест подошел со спины. Совсем близко. Он настойчиво потянул мое пальто. Я даже не заметила, что не сняла верхнюю одежду, даже обувь не сбросила. Слишком нервничала. Позволила стянуть с себя пальто. Уже сама нагнулась и сняла сапоги. Только, тогда взглянула на мужчину. Одежду он сбросил на стул почти сразу. И смотрел на меня, оглядывал, изучал, словно впервые видел.

— Я часто думал, как поступлю, когда найду тебя.

— Много времени было придумать, — зло выплюнула я. — И что решил?! Давай же не тяни!

— Ты, правда, его любишь?

— Кого? — Раздраженно дернула головой, абсолютно не понимаю, причем здесь Стас. — Стаса? Нет, не люблю.

— Хорошо. — Вест резко подступил ко мне, отчего я отскочила назад, наткнувшись спиной на холодильник. — А ты что планировала?

— В смысле? — отозвалась раздраженным голосом. Совершенно не понимала этих переходов.

— Что ты планировала сделать при нашей встрече?

— Не знаю. Я ничего не планировала. — Почти правда, я не планировала, лишь представляла временами. В моих мыслях он уже давно перестал быть просто бездушным убийцей, разрушившим мою жизнь.

— Тогда чего ты хочешь сейчас, Кристина? — Он вновь приблизился, нависая надо мной. На его губах появилась улыбка. Кажется, я впервые видела его улыбающимся. И вряд ли когда-нибудь забуду эту улыбку. Порочную, предвкушающую. Наверное, также змей улыбался Еве, соблазняя сорвать запретный плод. Чего хочу я?

— Я хочу… — в горле пересохло не то от волнения, не то от предвкушения. Сглотнула, прочистив горло и сама приблизилась к нему. Положила руки на его грудь, подняла лицо, чуть прикрыв глаза. Стоило закрыть глаза, как его губы коснулись моих, зубы почти болезненно оттянули нижнюю губу, всосали ее, а язык с нажимом прошелся по ней, как в наш первый поцелуй. Вест почти сразу отстранился, заставив меня разочарованно простонать. Распахнула глаза, глядя на Веста. Он ждал, ждал моих действий. Встала на цыпочки и тоже прикусила его губу, облизала твердые губы. Его рот раскрылся, позволяя моему языку проникнуть глубже.

Наверное, этот момент стал отправной точкой, переключателем, отключившим здравый смысл. Мы почти одновременно подались друг к другу, сокращая крохи расстояния, что осталось между нашими телами. Его тело, горячее, твердое, вжало меня в стенку холодильника за моей спиной. Ладони рывком подняли подол платья, и он уже беспорядочно оглаживал, мял, стискивал мои ягодицы, иногда грудь. Водила ладонями по его гладкой груди, наслаждаясь жаром кожи и игрой твердых мышц под ней. Губы Адама не выпускали мои, покусывали, всасывали, сминали. Он вдруг ускользнул, мне показалось исчез. — Адам. — Он присел передо мной, чтобы одним движением опустить колготки с трусиками. Как называется тот синдром, когда жертва влюбляется в маньяка? Не могла вспомнить, но, наверное, что-то вроде «бабская тупость». Как еще назвать то, чем я сейчас занимаюсь с человеком, который меня погубит? С человеком, из-за которого я умру. Умру прямо сейчас, если он вновь меня не поцелует. Переступила через мешающие предметы гардероба. Адам вновь оказался в моих объятиях. Сама притянула его ближе, закинула ногу на его бедро, избавляясь от мешающего платья. Адам искал что-то по карманам, пытаясь уделить время и моим губам, и открывшейся из-за лифчика груди. Он выхватил бумажник. Мелькнул квадратик фольги, который он бездарно выронил. Он дернулся к потере, потом с рыком махнул рукой и вновь прижал меня до хруста в ребрах, до тихого стона, до помутнения в глазах. Запрокинула голову, подставляя шею нетерпеливым поцелуям. Вжикнула молния, после чего наступил главный момент. Он толкнулся в меня одним резким движением, и я закричала, обняла его за шею, почти не видя ничего перед собой от нахлынувшего удовольствия. Готова была рухнуть вниз, но меня не отпустили. Вновь толчок, потом еще и еще. Губы пересохли, но я вновь прильнула к жадному рту Адама. Целовала его, стонала, кричала, и двигалась. Яростно, быстро, все ускоряя заданный мужчиной темп, пока меня вновь не накрыло уже под общий стон удовольствия.

Я собирала себя по осколкам, по частицам, по капелькам пота, скользящего по взмокшему телу. Адам все еще был в моих объятиях. Мы не устояли на ногах и сейчас сидели прямо на полу, обнявшись и тяжело дыша. Только что произошел лучший секс в моей жизни. Не с любимым, почти с незнакомцем. Как оказалось, я не только плохо разбираюсь в людях, я не могу разобраться даже в себе. Адам в этот момент вновь обнял меня, обжег поцелуем мое плечо, потом предплечье. Это уже были другие поцелуи, нежные, ласковые, даже трепетные. Глупое сердце дрогнуло, забилось еще чаще.

— Когда ты меня продашь? Сколько у меня времени? — Его глаза чуть расширились. Наверное, он меньше меня хотел выныривать из туманной неги в суровую действительность.

— Завтра. — Его глаза потускнели. Наверное, решил, что ночь проведет в одиночестве. Мне стало страшно. Завтра состоится смена хозяев моей жизни. Новая веха моей жизни.

— Пожалуй, я голодна. И приняла бы душ. — Улыбнулась, ведь с этого он начал разговор. Адам вновь прижал меня к себе и поцеловал. Ответила на поцелуй его твердых губ. Отлично он целовался, не было у него никаких комплексов.

Позже я приняла душ, пока он для меня разогревал поздний ужин. Надо сказать Вест у плиты в одних боксерах — зрелище завораживающее. Даже жаль, что у меня нет при себе телефона. Ели в молчании, не знали, как себя вести после произошедшего. Я снова в мыслях называла его по фамилии, не хотела признавать, что он стал мне близок. Это просто отчаяние и неудовлетворение, ничего больше, но все равно было не по себе и даже грустно. Когда он не угрожает, не стреляет и не пытается сломать мне пальцы, он не так уж и плох. Вон, ест макароны и похож на человека. Правда, готовит он ужасно. Судя по хмурому лицу, он и сам это знает. После ужина Вест ушел в душ. Проверка уверила меня в бессмысленности побега, так что я помыла посуду и отправилась в спальню. Всего одна кровать и диван. Несколько мгновения я мучительно размышляла, как поступить. Потом прошла к кровати, сбросила платье, следом лифчик, еще немного подумала, сняла и трусики. Вест, ложась в кровать, долго не размышлял. Сразу снял всю одежду. Он притянул меня ближе, обнял, ткнувшись лицом в мои волосы. За окном гремели салюты, кричали люди. Вот так я встречала Новый год.