(не)хорошая девочка (СИ) - Найт Алекс

— Я не хочу. Не трогай меня, пожалуйста.

— Не хочешь? Разве не ты меня соблазняла минуту назад? — Голос выдавал раздражения, но я не смотрела на него. Просто боялась поднять взгляд.

— Я не соблазняла. Просто интересно стало прикоснуться. — Щеки запылали от смущения. — Я правда не хочу тебя. Ты страшный. — Вскрикнула, когда поняла, что сказала. — Пугающий! Я тебя боюсь! — Исправилась, еще сильнее сжавшись. Не придумала ничего лучше, как накинуть на голову одеяло. В детстве это помогало от монстров, затаившихся под кроватью. Только Адам не был монстром из сказок, он был живым, реальным, злым и возбужденным. Возбужденным мной. Он стащил с меня одеяло, вновь притянул меня к себе. Зубы прикусили кожу шеи, пока руки настойчиво подняли мои топ и итак ничего не скрывающий лифчик. Я вцепилась в его плечи, пытаясь то ли оттолкнуть, то ли, наоборот притянуть к себе. В этот момент я не могла в себе разобраться. Наверное, я бы хотела его поцеловать. Даже потянулась к его губам, но он не позволил. Я лишь мазнула губами по его подбородку, покрытому жесткой щетиной. Адам не собирался тратить время на прелюдии, не ждал моего согласия или отклика. Он просто целенаправленно избавлял меня от одежды, чтобы получить доступ к моему телу. Довольно скоро он стянул с меня леггинсы, прихватив и трусики. Я лежала абсолютно обнаженная, тогда как он все еще был в одежде. Его губы сомкнулись на ореоле соска, жестко огладили языком, тогда как он уже расстегивал ширинку джинс. С мох губ вновь срывались стоны, мысли пребывали в панике, ведь я не могла хотеть его, была уверена, что ненавижу, только тело предавало меня. Когда его широкая ладонь скользнула по животу к лону, я сама раздвинула ноги. Как он говорил, мне останется только послушно раздвинуть ножки, если он захочет со мной переспать? Только мои действия были навеяны не осторожностью, а жаждой тела.

Вест оторвался от меня и поднялся, чтобы извлечь из кармана бумажник, а уже из него квадратик презерватива. Так и лежала, раскинув руки в стороны, завороженно наблюдая, как он натягивает презерватив на возбужденное мужское естество. Я могла вскочить и даже успеть закрыться в ванной, хотя с большим успехом запуталась бы в ногах, но я даже не пыталась сбежать. Просто лежала и ждала, слушая отчаянный стук сердца, отдававшийся в висках. Он подступил к кровати, привстал на нее коленом. От одежды он так и не избавился, кажется, и не собирался. Я не шевелилась, не зная, что делать дальше. Он потянул меня за руку, чтобы я села, а потом мир качнулся перед глазами, когда меня перевернули и поставили на колени. Попыталась развернуться, но Вест удержал меня у основания шеи и надавил на спину между лопатками. Вторая его рука огладила меня между ног, разнося влагу по складочкам и клитору. Он вошел осторожно, лишь потом толкнулся сильнее, когда понял, что не причинил мне боли. Я была так возбуждена, что он вошел легко. Дальше полупустую комнату наполнили приглушенные звуки ударов бедер мужчины о мои ягодицы, мои протяжные стоны и гулкое дыхание Веста за моей спиной. Один раз он назвал меня «Моника», но в этот момент не придала его словам значения. Ведь уже балансировала на грани, но как обычно не могла достигнуть пика. Почти выла от разочарования. Пока рука Веста вновь не скользнула между ног, огладила то самое нужное место, надавила. Именно это стало толчком к прыжку за грань. Вскрикнула, содрогнувшись всем телом, глаза закатились и перед ними переливались цветные пятна. Впервые в жизни достигла оргазма. Он все же существует! Вест кончил почти одновременно со мной. Кажется, сдерживал разрядку, чтобы довести до финала сначала меня. Временами он не такая уж и сволочь. Он обнимал меня со спины, молния его толстовки царапала влажную от пота кожу.

— Мне нравится, как ты меня ненавидишь. — Он хлопнул меня по заднице, возвращая в жестокую реальность. Подтянула к себе одеяло и укуталась в него, не решаясь поднять взгляд на Веста. Его слова и последующий жест испортили все впечатление от близости. Сейчас я ощущала себя грязной, оскверненной. Он ушел, подобрав свой бумажник с пола, больше не произнес и слова. Но он итак достаточно сказал.

— Вы меня вызывали? — Стас вошел в кабинет Валерия Павловича. По такому случаю он облачился в строгий костюм. И даже снял перевязь с раненой руки. Оттого каждое движение отдавалось болью в заживающей ране. Наверное, в тот день он должен был умереть. Но похитители слишком торопились забрать Кристину и скрыться. Оставили в живых и его и водителя. Андрею не повезло, он погиб во время перестрелки.

— Да. Проходи. — Валерий Павлович заседал за массивным дубовым столом в черном кожаном кресле. Представительный мужчина с породистым лицом и появляющейся проседью в темных волосах. Стас прошел к столу, с трудом сдерживая нервный мандраж. Во власти Валерия Павловича было сейчас же лишить его жизни. Если Андрей курировал проекты, то Валерию Павловичу принадлежала вся база и еще несколько таких же по всей России. И это помимо высокой должности в политических кругах. Мужчина поднялся и протянул Стасу руку. Стас пожал протянутую ладонь, еще не совсем понимая, чем обязан такой чести. — Поздравляю с повышением, Станислав.

— Повышение? — Стас попытался придать голосу хотя бы подобие спокойствия. После такого грандиозного провала он мог рассчитывать только на возможность выжить.

— Да. Заберешь себе все проекты Андрея. Ты направил мне предупреждение о безрассудстве Андрея, жаль я не успел среагировать вовремя. — Так и есть, Стас отправил информацию, как только Андрей высказал ему свой план относительно Кристины и способа ее расшевелить. Андрей следовал плану, даже не смотря на предупреждения Стаса о Весте. У Стаса почти не было сомнений, что на базе у Веста есть «крот», иначе тот бы не ставил Стасу так успешно палки в колеса.

— Спасибо за доверие. Я не подведу.

— В твоих же интересах не подводить меня. — Стас внутренне поежился от колючего взгляда начальника.

Кабинет покидал воодушевленным. Он примет дела и не допустит ошибок Андрея. Но главное, сейчас только он будет решать судьбу Кристины, когда она вновь попадет в его руки.

Глава 15

Похмелье — это плохо, ужасно, паршиво и тошно в одном флаконе. Мне с трудом удалось поднять голову с подушки, но пить хотелось больше. Боже, во рту разверзлась пустыня, в голове настоящая песчаная буря. Шатаясь добралась до ванной, пила прямо из под крана, пока вода не забулькала где-то в районе горла. Оглядела свое позеленевшее лицо, нагнулась к унитазу и меня вырвало. И так два круга. К себе вернулась опустошенная, уставшая, с головной болью. Сейчас я жалела о том, что вытащила вчера пиво из холодильника, как жалела и о каждой затяжке сигаретой и травкой. Я готова была провалиться на месте, ведь вчера трогала губы Веста, называла его по имени, а потом мы… Кажется, я умру не в застенках неизвестной лаборатории, а сегодня от стыда и похмелья. Но и это не страшно. Ведь я влезла в комп Димы и отправила свое фото для изготовления фальшивых документов. Что со мной будет, когда они узнают? Когда Вест узнает… Он переломает мне все пальцы. И не только пальцы. Растерла по щекам хлынувшие слезы. Какая же я дура!

Подняться вновь удалось не скоро. Я намеревалась поговорить с Димой, объяснить, что вчера натворила и лишь надеяться, что он меня прикроет. Но Димы не было, может тоже лежал с похмельем. Зато Вест был здесь.

— Доброе утро, Кристина. — Он развернулся на диване и оглядывал меня внимательным взглядом. После произошедшего в этом взгляде мне виделось нечто двусмысленное, и я не выдержала, опустила глаза к сцепленным рукам.

— Доброе утро. — Как же глухо звучал мой голос. После утреннего очищения желудка есть хотелось нереально, потому прошла на кухню, так и не подняв взгляда на Веста.

— Как ты себя чувствуешь? — Надо же, какой заботливый. Раскрыла холодильник. Со вчерашнего дня осталось несколько кусочков пиццы и бутылка водки, мы успели выпить всего пару рюмок. От вида алкоголя мне сразу стало не очень хорошо. Не скажу, что мы вчера много выпили, но для меня непривыкшей к алкоголю это была убойная доза. Точнее для моего организма. Соображала я вчера неплохо, раз взломала ноут Димы и переслала от его имени письмо. Да и близость с Вестом я запомнила до последней детали, хотя и хотелось сбросить произошедшее на алкоголь. Но алкоголь скорее придал смелости, ну и море глупости заодно.