Гонка разоружения - Скотт Риттер

о РСМД с Советами, администрация Рейгана приняла новый стандарт, известный как «эффективная проверка», который учитывал возможности мошенничества, последствия военного значения, и включал подробные обязательства со стороны проверяемых сторон, а также четкие механизмы обеспечения соблюдения.

Чтобы соответствовать этому «эффективному» стандарту, коэффициенты, предназначенные только для NTM, которые вошли в «Р» в «уравнении проверки», должны были измениться. Включив в уравнение инспекцию на местах, значение «Р» можно было бы скорректировать в достаточной степени, чтобы оно соответствовало новому стандарту.

Салли Хорн и Джордж Лук не были поклонниками инспекций на месте — человеческий фактор был слишком изменчив, чтобы его можно было надежно зафиксировать математически, чтобы его можно было включить в «уравнение проверки» в каком-либо значении. Но в то время, как политики консультировали лиц, принимающих решения, на деле они не принимали решений — это делали президент и его кабинет. И к лету 1987 года было принято решение приступить к доработке Договора о РСМД. Протокол проверки Стэна Фрейли дали Салли Хорн и Джорджу Луку, нравилось им это или нет, модификатор проверки на местах, который позволил значению «Р» соответствовать новому стандарту, «эффективно проверяемому».

Так продолжалось до середины ноября 1987 года, когда Советы проинформировали своих американских коллег о сходстве между первой ступенью ракет SS-20 и SS-25. Эта проблема была поднята после встречи между государственным секретарем Джорджем Шульцем и министром иностранных дел Эдуардом Шеварднадзе в Женеве, Швейцария, 22–24 ноября 1987 года. Советское признание того, что первая ступень межконтинентальной баллистической ракеты SS-25 была «внешне похожа» на первую ступень ракеты средней дальности SS-20, которая вскоре будет запрещена, поставило участников переговоров по Договору о РСМД перед сложной проблемой контроля. Ее необходимо было решить до саммита Рейгана с Горбачевым и подписания договора. Церемония должна была состояться в Вашингтоне, через две недели. Теперь требовался пятый тип инспекции на месте — проверка по периметру, или (PPM)[34]. К счастью для участников переговоров, у Стэна Фрейли было готовое решение — демонстрационный комплекс технической инспекции на местах (TOSI).

Демонстрационный комплекс TOSI был создан по инициативе офиса министра обороны в начале 1980-х годов для изучения технических требований, связанных с проверкой соблюдения контроля над вооружениями. Учитывая холодные отношения, существовавшие между США и Советами в отношении переговоров по контролю за вооружениями, которые существовали с 1983 года, исследование, основанное на данных канцелярии Министерства обороны (OSD)[35], было продиктовано теоретическими требованиями. Одной из реализованных инициатив была полная проверка объектов по производству ракет. Начиная с 1986 года концепция проверки по периметру, основанная на идее, что можно «захватить» ракетный завод с помощью технологии, которая позволит контролировать производство с высокой степенью достоверности, была превращена в полномасштабный проект демонстрационного комплекса, известный как Техническая инспекция на местах (TOSI). Демонстрационный комплекс TOSI был завершен 15 декабря 1986 года и включал в себя оборудование нескольких департаментов лаборатории Sandia, в том числе те, которые занимаются ядерными гарантиями в поддержку договора о нераспространении.

В мае 1986 года Советам в Женеве была представлена настольная модель системы проверок по периметру, представляющая собой детальные, интрузивные контрольные проверки, которые потребуются для контроля любых остаточных сил SS-20. Американская цель состояла не в том, чтобы убедить Советы разрешить им развернуть PPM, а, скорее, в том, чтобы заставить Советы согласиться на «абсолютный ноль». Полную ликвидацию систем РСМД, включая SS-20, чтобы устранить необходимость в навязчивых проверках PPM. Таким образом, когда Советы, наконец, согласились ликвидировать все ракеты SS-20, США отказались от своих требований в отношении PPM. Полностью запретив SS-20, задача контроля упростилась — NTM посчитали эффективным просто отличить SS-20 от SS-25. Тот факт, что ракеты SS-25 производились в Воткинске, просто не учитывался в уравнении проверки соблюдения РСМД.

Затем Советы объявили о сходстве между первыми ступенями S5-20 и SS-25.

Внезапно наблюдение за продолжающимся производством ракеты SS-25 на Воткинском заводе стало, по сути, иметь отношение к Договору о РСМД. Теперь Воткинский цех окончательной сборки ракет должен был быть «захвачен» инспекторами PPM, которые следили бы за выездом всех транспортных средств, проверяя любое транспортное средство или объект, достаточно большой по размерам, чтобы транспортировать первую ступень ракеты SS-20, чтобы убедиться, что Советы не использовали производство SS-25 (разрешено в соответствии с договором) в качестве прикрытия для продолжения производства секретных сил SS-20, запрещенных договором).

Но демонстрационный комплекс TOSI был предназначен для обеспечения технологического испытательного стенда для гипотетического проверки периметра условного объекта по производству ракет, а не конкретного цеха по окончательной сборке ракет в Воткинске. В защиту участников по Договору о РСМД можно сказать, что у них было менее трех недель для решения боткинского вопроса в случае подписании договора. Большинство технических вопросов были смазаны в тексте договора, и участники переговоров предпочли доработать их в ходе серии технических переговоров, которые должны были состояться после подписания договора, но прежде его ратификации был подготовлен меморандум о соглашении.

Человеческий фактор был включен в проблему проверки соответствия Договора о РСМД таким образом, что бесстрастные эксперты по политике проверки, как Салли Хорн и Джордж Лук, никогда бы не поддержали, если бы обстоятельства были иными. Однако политики проводили политику, а президент Рейган был привержен Договору о РСМД. Вопрос заключался уже не в том, будет ли инспекция на местах частью какой-либо схемы проверки соблюдения договора, а скорее, в том, как именно будет регулироваться охватываемый ею человеческий фактор.

Генерал

Когда было принято решение относительно того, какая организация возьмет на себя ведущую роль в проверке исполнения на местах положений Договора о РСМД, было замечено, что эта работа с самого начала должна выполняться правильно, иначе она провалится и приведет к срыву многолетних переговоров о контроле за вооружениями.

Задача создать организацию для выполнения положений недавно подписанного Договора о РСМД была простой. 15 января 1988 года президент Рейган подписал директиву о национальной безопасности 296, предписывающую министру обороны создать новое агентство, занимающееся контролем за исполнением договора через инспекции на местах. 26 января 1988 года — через семь дней после того, как президент подписал директиву 296 — заместитель министра обороны Уильям X. Тафт 4-й учредил OSIA в качестве отдельного оперативного учреждения Министерства обороны, ответственного за выполнение Договора о РСМД. Директор отчитывался перед заместителем министра обороны по закупкам, а исполнительный комитет, состоящий из председателя объединенного комитета начальников штабов и заместителей министра обороны по закупкам и политике, обеспечивал надзор и руководство.

Решение возложить ответственность за проведение инспекций на местах на Министерство обороны не было окончательным. Целевая группа из десяти