Огни юга - Мэри Бакстер

Итак, Руни Тримейн сбит с ног прелестной журналисткой. Янси почувствовал, как внутри заныло.

– Прежде чем вы уедете, я хотел бы записать имена свидетелей, которые могли бы выступить в вашу защиту.

– В тот вечер я был в дурном расположении духа, – признался Янси, – я не уверен, что сказал кому-нибудь хотя бы пять слов.

– Вам надо подумать, кому вы могли сказать эти пять слов.

Янси с возмущением посмотрел на адвоката.

Руни перекладывал бумаги, поглядывая на Янси проницательным взглядом.

– Скажите, доктор, вам когда-нибудь раньше предъявляли иск?

– Нет.

К тому времени когда Янси добрался до своей квартиры в Шарлотсвилле, у него было одно-единственное желание: выжать себя. Кондиционер в машине стоял на максимуме, Янси вспотел, правда, скорее всего от внутреннего жара.

Ему необходимо взять себя в руки, от него зависит жизнь людей. Его пальцы не должны дрожать, подумал он, а сердце должно успокоиться.

Он был не в форме и знал об этом. При одной мысли о судебном разбирательстве у него стыла кровь, поскольку и карьера, и репутация его оказывались под серьезной угрозой. Он не мог спокойно думать и о пропаже денег, ему было жаль их. Не мог он забыть и о сильном, хотя и двойственном чувстве к Дане Бивенс.

– Черт побери!

С огромным облегчением он наконец вырулил на улицу, ведущую к его дому. Хватит этих параноидальных мыслей. Он должен встать под горячий душ, а потом нырнуть под чистые легкие простыни. Никогда прежде он не чувствовал себя таким истощенным физически и морально, как сейчас.

Он отпер дверь и сразу понял, что в доме кто-то есть. А когда догадался, кто именно, то взбесился. Больше всего на себя – как он мог не заметить ее машину? Да, судя по всему, у него вместо головы теперь задница. А может, она нарочно припарковалась так, чтобы ему не было видно?

Вида Лу.

Крепкие духи выдавали ее своим назойливым ароматом, похожим на смесь жимолости и розы. Все существо Янси Грейнджера возмутилось.

Он повернулся, и ее губы оказались в дюйме от него.

– Привет, дорогой, – хрипло прошептала Вида Лу, обнимая его за шею.

Он успел увернуться, когда ее влажные красные губы были буквально в дюйме от него. Полоса красной помады напоминала кровь. Он отделался от одного кошмара, чтобы с головой ухнуть в другой.

– Как ты вошла сюда? – спросил он задыхаясь.

Она улыбнулась и придвинулась к нему, глаза блестели.

– О, я могу быть весьма настойчива, когда я чего-то очень хочу. Дорогой, я не могла дождаться, чтобы сообщить тебе хорошие новости.

– Нашлось объяснение насчет пропажи денег?

– К сожалению, нет, – ответила Вида Лу, высовывая кончик языка.

– Тогда что ты хочешь сообщить мне?

– Я сняла тебя с крючка, вот что. Я дала Герману деньги и велела ему послать квитанцию, чтобы больше никто не заикался об этом случае.

– Что ты сделала? – Его тон был жесткий, но он контролировал себя.

Она положила руку ему на грудь.

– Ну, я думала, что ты обрадуешься.

– Я ценю твой жест, но это мое дело. – Янси взял ее за руку и повел к двери. Только после того как она оказалась за порогом, Янси со вздохом сказал: – Сегодня у меня был адский день. Давай потом поговорим.

Вида Лу посмотрела на него так, как будто хотела возразить, но вместо этого она улыбнулась и быстро царапнула острым ногтем по его щеке сверху вниз.

Глава 15

Дану ожидало насыщенное утро. Она собиралась работать без остановки. Она рано проснулась, но, одеваясь, считала каждую минуту. Сейчас для нее самое главное – время, и она не может позволить себе тратить его попусту. Ей надо быстро закончить сбор материала и уехать из города.

Она думала, что способна справиться со своим прошлым, а при случае может вернуться туда, где родилась, и даже проехать по шоссе, где произошел с ней несчастный случай. Может, она бы и на самом деле справилась с ним без боли и напряжения, если бы не столкнулась с матерью.

Теперь каждый раз, выходя из комнаты, Дана боялась, не ждет ли ее мать за углом. В душе поселилась паника, и Дана успокаивалась только тогда, когда видела, что Виды Лу нет поблизости. По крайней мере сейчас.

Теперь, закончив одеваться, Дана прокрутила в голове разговор, подслушанный за дверью комитета.

Она уверяла себя, что это не ее дело, но ведь для ее работы ей важны любые детали, любые подробности.

Пропажа денег. Такого поворота Дана никак не ожидала. Конечно, она и мысли не допускала, что Янси Грейнджер мог взять деньги, сданные на строительство больницы. Но ведь кто-то взял. Кто-то из офиса Германа Грина? Это наиболее вероятно, но не обязательно. Дана не знала почему, но ей казалось, истина лежит в другом месте и существует определенный сценарий, в который вписывается и судебный иск миссис Джефферис.

Она собиралась проверить оба случая, поскольку была уверена, что Янси не виновен ни в том, ни в другом.

Но она давно поняла, что и на солнце есть пятна. Безусловно, за дерзким фасадом прячется немало тайн, и следует учитывать взрывной характер доктора.

Дана вспомнила неожиданное столкновение с Янси в холле. Животный магнетизм– вот первое, что пришло ей на ум. От него просто несло мужчиной, и это должно было бы остановить ее. А вместо этого она тянулась к нему, беспрестанно думала о нем.

«Ты спятила», – сказала она себе.

Ну что ж, что есть, то есть, призналась себе Дана и вернулась мыслями к предстоящим делам.

Сначала надо поговорить с барменом в клубе, который обвиняет Янси в том, что тот пил алкогольный коктейль накануне операции. Затем надо отправиться в университетскую больницу и побеседовать с его сотрудниками, докторами и медсестрами.

Едва Дана допила кофе, как зазвонил телефон. Это оказался Билли Барнс, репортер и ее друг из округа Колумбия.

– Привет, детка, – сказал он. Кажется, Билли был в прекрасном настроении, как всегда. – Как идут дела?

– Медленно, но я сама виновата.

– Верится с трудом. Ты никогда не позволяла раньше путаться у себя под ногами никому и ничему. Разве не так?

Дана засмеялась.

– Да брось, Билли. – Она помолчала. – Билли, тебе когда-нибудь приходилось так работать – шаг вперед, два шага назад?

– Дерьмовое это занятие, а не работа.

– Вот так я сейчас и работаю, собирая материал про Янси Грейнджера.

– Слушай, что касается доктора и конгрессмена Кроуфорда – вот тебе кое-что для упражнения мозгов. Его жена, Глория, хочет и пытается заиметь ребенка. По моим источникам, эта пара была в Шарлотсвилле, и не раз. Так что интересующий тебя доктор скорее всего и есть твой Янси Грейнджер.

– А это значит, что, если он им поможет осуществить задуманное, он будет в выигрыше!