Огни юга - Мэри Бакстер

– Я знаю, черт возьми, что тебе кажется. – Янси сжал кулаки. – Возможно, это не самый замечательный из моих поступков, но я думал совершенно о другом: мне надо было срочно вернуться в больницу и работать.

– Хорошо, но я снова повторяю: денег там не было.

– Значит, кто-то их взял! – Янси уставился на Германа.

– А что ты думаешь насчет секретаря? – спросил Лестер с явным отчаянием в голосе. – Она может подтвердить, Янси?

– Ее тоже не было. Я подумал, что она вышла в туалет. – Янси махнул рукой, рассекая воздух. – Я считаю, все это на совести Германа!

Герман подскочил на стуле, его глаза сузились.

– Минутку!

– Перестаньте! – потребовала Вида Лу. – Оба немедленно успокойтесь. Никто никого не обвиняет. – Она встала перед Германом. – Должно быть найдено объяснение. Видимо, кто-то в твоем офисе взял деньги. Это возможно?

– Конечно, кто угодно. Вот одна из причин, почему я ничего не сообщил комитету. – Герман посмотрел на Янси: – Послушай, приятель, ты мой друг, и я уверен, что ты клал деньги в ящик. Но поскольку их там не оказалось, то я решил провести собственное расследование, я подумал, что, может быть, они куда-нибудь завалились, поэтому я не придал этому особого значения.

– Ну и что, ты выяснил что-нибудь? – хмуро спросила Элис.

Герман покачал головой:

– Нет еще.

– Бред, – пробормотал Янси, его лицо пылало.

Вида Лу теряла контроль над аудиторией. Всеобщий гнев приближался к точке кипения. Все хотели знать правду, и больше всех Янси. А если он взорвется, то это будет сущий ад. Она никому не позволит выйти отсюда до тех пор, пока они снова не станут единой командой по сбору денег.

Вида Лу не сомневалась, что существует логическое объяснение пропажи денег. Она верила Янси. Ему совершенно незачем утаивать их. У него много недостатков – высокомерие, эгоизм, упрямство, но он, конечно, не вор. Кроме того, создание больницы для него все. Он никогда не совершил бы ничего, что хоть как-то могло подвергнуть опасности этот проект.

Она верила и Герману Грину. Он священник местной баптистской церкви и никогда не брал взяток. Виде Лу хотелось рассмеяться от возникшего в голове образа. Черт, она может держать пари, что ему едва хватает духу взять свою собственную жену.

Но денег нет. А это может подорвать всю работу комитета.

– Пока этот вопрос не уладим, ни единого слова не должно просочиться за дверь этой комнаты, – сказала Вида Лу. – Ясно?

Все посмотрели друг на друга. А Янси сказал, глядя в упор на Германа:

– Пошли квитанцию Теду. Сегодня же. Я сам положу деньги в чертов ящик.

– Не надо, – сказал Герман. – Они отыщутся. Если нет, мы распрощаемся с тем офисом.

– И все же Вида Лу права, – сказала Элис. – Это очень серьезно. Подумайте, как такой случай может сказаться на вашей репутации, Янси… – Ее голос замер, не закончив фразу.

– Это моя забота, Элис, – ответил он, – Тед должен получить квитанцию – или мы пропали. Горожане подумают, что они отдают деньги шайке воров!

– Правильно. – На верхней губе Лестера выступил пот, как только он скрестил пухлые руки на животе. – Люди должны верить, что мы не крадем их деньги.

– Янси, тебя никто не обвиняет, – сказал Картер. – Ты прекрасно знаешь. Но мы не осуждаем и Германа.

– Ничего страшного пока не случилось, это не конец света и не конец нашего комитета, – сказала Вида Лу. – Просто небольшое препятствие на нашем пути. – На мгновение она задержала взгляд на Янси, который все еще выглядел так, будто у него чесались руки с кем-нибудь схватиться. – Я повторяю: мы все держим рот на замке. Согласны?

Все закивали, отодвигая стулья и устремляясь к выходу.

– Янси.

Он остановился и обернулся.

Вида Лу ждала, когда они останутся одни.

– Я хочу поговорить с тобой.

– Не сейчас, хорошо?

– Нет, сейчас. Я думаю, что ты понимаешь, насколько это серьезно.

Вены на шее Янси набухли.

– Ты хочешь мне сказать, что я та сволочь, которая стащила деньги?

– Нет, да ты и сам это знаешь. Никто и не думает, что ты припрятал их.

Он шагнул к ней. Когда он посмотрел на нее сверху вниз, она отступила и судорожно проглотила слюну. В таком настроении он возбуждал и пугал ее одновременно.

– Но они уверены, что и Герман их не присвоил.

– Естественно.

– Хорошо, но ведь к чьим-то пальцам они прилипли? И я хотел бы знать к чьим.

– Я уверена, что мы выясним это со временем.

– Займись этим, пожалуйста. Мы все зависим от того, сможешь ли ты это утрясти. Нельзя совершить ошибку.

Вида Лу побледнела, только губы остались безвкусного красного цвета.

– Ты хочешь сказать, что это моя ошибка?

– Нет. Я только хочу сказать, что только ты своим волшебным прикосновением способна вычистить дерьмо прежде, чем оно начнет вонять.

– Ты же знаешь, я сделаю все, что смогу. – Она уверенно улыбнулась. – После того как Герман пошлет квитанцию, я не сомневаюсь, что позорный случай умрет естественной смертью.

– Будем надеяться.

Янси стоял уже на пороге, когда Вида Лу остановила его снова.

– А как насчет ее?

– Кого?

– Репортерши, Даны Бивенс. Кажется, так ее зовут.

Янси дразняще улыбнулся.

– Черт побери, ты хорошо запомнила ее имя.

Вида Лу не планировала снова увидеть свою дочь, но это было не в ее власти. Она не хотела, чтобы Янси говорил с ней. А если учесть еще и случай с деньгами, то тем более присутствие Даны совершенно ни к чему.

– Ты разрешишь ей подготовить статью о тебе?

– Возможно. – Он пожал плечами. – А возможно, и нет.

– Понятно.

Янси расхохотался.

– Ага, тебе это не нравится.

– Я этого не сказала.

– Но это так. – И он вышел из комнаты.

Вида Лу впилась острыми ногтями себе в ладони и прикусила нижнюю губу, чтобы не закричать от крушения надежд.

И все же она взяла себя в руки и мысленно произнесла: «Терпение, вот самое главное, оно – ключ ко всем успехам».

Глава 14

Янси никогда не любил Ричмонд. Он ничем не отличался от любого другого большого города, в котором Янси когда-либо бывал. Хотя часть Ричмонда сохранила некоторый шарм Юга, где были старые дома во всем блеске архитектурного изящества, но в то же время город был средоточием преступлений и бродяг.

Возможно, столь неприятная встреча разозлила его. Ему пришлось выкроить два дня для этой поездки, плотно сжав график операций и приема больных. Если возникнет что-нибудь экстраординарное, то больными должны будут заняться его помощники и другие хирурги.

Выбора у него не было. Руни Тримейн настоял на встрече по поводу судебного разбирательства именно в этом городе. Поэтому Янси Грейнджер ехал вниз по широкой улице Ричмонда – одной из самых прекрасных, – а его настроение все больше портилось. Ветер бросал в ветровое стекло пригоршни дождя, мешая различать дорогу.