Алый почерк искушения - Лея Кейн

брошенной одежды, молча целуясь и не думая ни о чем. Пока прохладный вечерний ветерок не стал лизать нашу кожу, приводя в чувство.

— Миледи, я не знаю, что сказать, — улыбнулся принц, отдышавшись.

Глядя мне в глаза и поглаживая мои растрепанные волосы, он все еще пытался поверить в произошедшее.

— Если вы задаетесь вопросом, хорошо ли мне было, — в ответ улыбнулась я, — то поверьте, я бы с удовольствием это повторила, ваше высочество. К несчастью, близится закат. Вам лучше успеть в замок. Ваш брат, наверное, уже в подземелье, готовится к ночи.

Его улыбка померкла. Я озвучила суровую правду, от которой было горько нам обоим.

Мы встали, разобрали одежду, и принц помог мне надеть платье. Пока он застегивал свои брюки и рубашку, я пальцами причесала волосы и принялась заплетать их в косу. Меньше всего мне хотелось расспросов от Аники, откуда я прибежала лохматая.

— Миледи, скажите, откуда у вас синяки? — вдруг спросил Айварис.

Я на секунду замерла, бросила на него воровской взгляд и продолжила плести быстрее.

— Пустяки. Упала.

— Вы будто кубарем летели с вершины горы, — его голос становился настойчивее.

— Ваше высочество, вряд ли я успею сегодня рассказать вам о себе…

— Успеете. У нас ведь уговор.

— Это долгая история.

— Не волнуйтесь, солнце еще не село, я не обращусь.

Я обвязала косу ленточкой, робко повернулась к Айварису и подняла лицо. Передо мной стоял все тот же мужчина, который посвятил меня в свои сокровенные тайны, носил меня на руках и подарил чудные ощущения. Но мои недомолвки и попытки уйти от разговора начинали его нервировать.

Поглубже вздохнув, я разомкнула губы и негромко ответила:

— Я знаю Рах-Сеима.

— Я догадывался. Вы легко восприняли мое признание, явно имея опыт общения с оборотнями. И вы знакомы с Поли Ру. Ее я не допрашивал, чтобы не вмешиваться в их любовные отношения с Хельвардом. Но если вы продолжите вести двойную жизнь, то я буду вынужден призвать к ответу ее.

Я на секунду зависла где-то на любовных отношениях подруги с Хельвардом. Что ж, за нее можно было только порадоваться. Тот мужчина казался надежным. Именно такой был нужен Поли.

— Нет, пожалуйста, не пытайте ее. Поли замечательный человек, и она не виновата, что я влипла во всю эту историю, — попросила я.

— Тогда я жду признания от вас.

Мне пришлось еще раз вздохнуть. Еще глубже.

— Я… наложница Ашера — сына Конри, убитого от руки вашего отца старшего сына Рах-Сеима.

По лицу принца пронеслась тень. Стиснув зубы, он заиграл желваками, и его очарованный мной взгляд вдруг начал обретать краски пренебрежения.

— Повтори, — потребовал он как можно сдержаннее.

Я застыла от ужаса, не узнавая Айвариса. Его словно подменили по щелчку пальцев.

— Вы не ослышались, ваше высочество, — сказала я дрогнувшим голосом. — Я любовница Ашера вот уже полтора года.

Мышцы его лица подернулись. Скрипнув зубами, он больно схватил меня за локоть и потянул на выход.

— Что вы делаете? — запаниковала я.

Айварис дернул меня на себя и показал того самого Грозного принца. Глядя на меня с неприкрытым омерзением, он прошипел:

— Веду тебя к Рах-Сеиму.

Глава 17. Судьба быть несчастной

Айварис прекрасно помнил, что если он не отправится в заточение до заката, то может на кого-то напасть в лесу и навсегда остаться оборотнем. Убьет или обратит — неважно. Проклятие в любом случае уже никогда не будет снято. Поэтому для начала он определил меня в клетку в одной из глухих башен. Я плохо разбиралась в схемах замков, но предполагала, что это сооружение относилось к типу укреплений. Значит, сбежать отсюда было невозможно. А утром Грозный принц собственноручно передаст меня самому смертоносному Альфе Армароса.

Затолкав меня в клетку, Айварис захлопнул скрипучую решетку и повесил на нее массивный замок.

Сказать, что я была опечалена его решением после всего, что между нами было, это ничего не сказать. Даже его взгляд стал брезгливым, словно он смотрел не на свою миледи, а на шлюху.

— Если тебе удастся сбежать, то желаю удачи, — фыркнул он на прощание и, развернувшись, зашагал на выход.

Я обеими руками вцепилась в прутья решетки и крикнула ему вслед:

— Полтора года назад я прибыла в Армарос из того же мира, откуда Поли и ваша невестка Янесса! — Он остановился, и я продолжила: — Я сразу же попала в лапы разбойников. Они хотели изнасиловать меня, но появился Ашер. Не ты, черт тебя подери, а он! Хоть на секунду представь себя на моем месте. Напуганную, разбитую, не понимающую ни слова на вашем языке. Что, по-твоему, я должна была делать?! Куда бежать? Где искать спасение? Да, я продала собственное тело за еду, кровь и защиту. А ты продал совесть за месть! Грош тебе цена, лицемер и циник!

Мои слова его задели. Медленно обернувшись, Айварис сжал ключ в кулаке и двинулся обратно к клетке.

— Как ты смеешь разговаривать со мной в таком тоне, волчья подстилка?

— Я еще и в задницу послать могу, — огрызнулась я, перестав дрожать перед ним.

Теперь уже не имело значения, что будет завтра. Айварис показал мне свое истинное лицо. Открыл глаза.

— Да, ты не из нашего мира. Но сумела здесь прижиться. Пожалуй, был опыт выживания путем развратной платы за блага.

— Могла бы я дотянуться, врезала бы тебе по другой щеке, мерзавец!

— Больше не «ваше высочество»?

— Я же больше не «миледи».

Принц подошел к решетке и, накрыв меня своей тенью, оперся рукой о железный прут.

— У тебя пять минут убедить меня передумать. Иначе на рассвете я отдам тебя стае Рах-Сеима.

— Ждешь, что я буду молить о пощаде? — усмехнулась я. — Унижаться? Ты сорвал маску не с меня, а с себя. Так что ты последний человек в этом мире, кому бы я доверилась. Хорошо, что я спасла от участи стать твоей женой хотя бы Жозетту. С сыном менялы она будет куда счастливее, чем с безжалостным монстром.

В дверях появился Хельвард, вмиг обомлев при виде меня в клетке.

— Ваше высочество, — вымолвил он после недолгого замешательства и откланялся. — Прошу простить за вторжение. Вы не утвердили письма королеве. Посыльный ждет почту.

Обведя меня осуждающим взглядом, Айварис зашагал на