Влюбленный мститель - Кейт Уолкер

— Какого дьявола ты обещала своей матери?

— Что…

Надежды больше нет, пора говорить правду.

Его не обманешь. У нее не было сомнений, что он и так все уже знал, прочтя это в ее глазах.

— Что впервые отдамся только достойному мужчине и лишь по любви.

Если бы она дала Джейку сильную пощечину, он даже тогда не был бы таким потрясенным. Его глаза вдруг заволокло туманом, их острый пристальный взгляд сделался неясным, будто она в самом деле ударила его. Потом нарочито медленно Джейк покачал головой.

— Нет… — сказал он резко, находясь на грани раздражения. — Нет.

Он ужаснулся при мысли, что она могла полюбить его?

Мерседес взяла себя в руки и заставила посмотреть ему в лицо. Ей даже удалось на краткий миг нервно и совсем бессмысленно улыбнуться.

— А я не выполнила этого обещания, да и что могло быть между нами? Любовь же не подходит к нашим отношениям?

— Нет, совсем нет, — ответил Джейк. Он все еще казался ошеломленным, будто встретился лицом к лицу с чем-то ужасным, неизвестным. Словно заглянул за опасную высокую скалу и увидел реальность — высокий водопад. , А что она ждала от него? Он ведь сказал, что хочет сделать ее любовницей, а не возлюбленной.

И уж тем более не имел намерения жениться на ней. Он желал ее, мог даже беспокоиться за нее по-своему, но не любил.

У их отношений не было будущего. Она никогда не станет для него больше, чем любовница, и пора признать это.

— Так что теперь ты понимаешь, почему я не хочу, чтобы ты покупал мне кольцо? Это будет просто непростительное расточительство.

— У меня есть для этого деньги.

Она искушает меня? — задался вопросом Джейк. Он подумал, что увидел свет в ее глазах, но потом она моргнула и осталась только странная унылая пустота.

— Не трать их на меня.

— Разве это расточительство — дарить красивой женщине красивые украшения?

— Но это не просто украшение. Почему я должна ознаменовывать кольцом краткий период жизни? То, что обязательно подойдет к концу? Это не продолжится долго.

— Все-таки у тебя останется кольцо.

— Нет! Кольцо — это обман! Я не хочу обмана!

Если я когда-то позволю кому-то надеть мне кольцо, то для этого будет причина! Я хочу, чтобы его надел мужчина, который любит меня и которого люблю я. Чтобы я никогда не захотела снимать его и расставаться с этим мужчиной.

Да, Мерседес объяснилась более чем ясно.

Это была всего лишь временная связь, без будущего. Мерседес не связана с ним обещанием, она ищет любовь всей жизни. Сегодня у нее есть он — приятное развлечение, ничего более.

Ну и прекрасно! Он же жил так до сегодняшнего дня, разве нет?

Пока все хорошо, ее все устраивает.

Но Джейку почему-то не понравились свои же собственные выводы.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Месяц почти подошел к концу.

Мерседес не заметила, как ушло время. Четыре недели, которые Джейк провел в Испании, почти закончились. Рамон и Эстрелла через три дня должны вернуться из медового месяца, и тогда Джейк уедет домой в Англию и оставит Мерседес.

Проблема состояла в том, что она не знала, будет ли его отъезд временным или возвращение ее брата означает окончание их отношений.

Для Джейка это был бы отличный повод прекратить с ней связь. Возможно, он выберет и другой вариант: объявит, что будет звонить ей, а потом просто позволит их отношениям сойти на нет.

Вероятно, так сделал бы прежний Джейк. Он был не из тех мужчин, которые уклоняются от проблем, а предпочитал встречать их лоб в лоб и улаживать дела на месте.

Мерседес вспомнила, как он говорил о разрыве с Карен. Что ж, ее ожидает то же самое, когда придет ее время.

Джейк так похож в этом на ее брата Хоакина, который никогда не состоял в любовной связи больше года, пока не встретил Кэсси. Именно Кэсси пробралась в его бережно охраняемое сердце и осталась там. И теперь она — жена Хоакина, бывшего холостяка, а ныне счастливейшего из женатых мужчин и будущих отцов.

Мерседес резко вздрогнула при этой мысли. За последние несколько дней небольшое волнение переросло в обеспокоенность.

Она могла забеременеть от Джейка!

Она пыталась сказать себе, что слишком рано беспокоится из-за задержки. И все-таки… Неужели она ждет ребенка от Джейка? В таком случае она знает точно, когда этот ребенок зачат.

Это было в первый раз, когда она и Джейк занимались любовью, не предохраняясь. Она проснулась тогда в квартире Рамона, открыла глаза, посмотрела на Джейка и поняла, что любит. И не сдержалась…

— Мерседес?

Она вздрогнула, услышав голос позади, повернулась спиной к окну, у которого стояла. Это был отец.

— Я только что получил известие от Рамона. Он и Эстрелла возвращаются завтра.

— Так скоро?

Мерседес почувствовала, что бледнеет. А она-то надеялась, что останется с Джейком еще немного.

— Ты не выглядишь такой уж счастливой от этого сообщения, — дразнил ее отец. — Не хочешь снова увидеть брата?

— Дело не в этом…

Мерседес умолкла, не в силах продолжать, но отец понял ее.

— Если твой брат вернется, твой жених уедет домой в Лондон, так? — спросил он сочувствующе.

— Я боюсь…

Она не смогла закончить, рассказать о своих страхах. Но ее отец понимающе кивнул головой.

— Ты боишься, что, если он уедет, все изменится. Что он забудет тебя.

— С глаз долой — из сердца вон, — пробормотала Мерседес.

— Если он в самом деле любит тебя, то этого не произойдет.

Мерседес закрыла глаза, почувствовав боль от этих слов. В этих важных словах, произнесенных ее отцом, была суть всей проблемы.

«Если он в самом деле любит тебя».

— Ты сомневаешься в себе? — тихо спросил Хуан Алколар.

— О, нет! — невольно сорвалось с ее губ. — Нет, совсем нет! Я люблю его. Я думаю, что полюбила с первого взгляда.

— Ты похожа на свою мать, — мрачно сказал Хуан. — Она всегда говорила, что полюбила меня с первого взгляда, но я никогда не ценил ее по достоинству. Наш брак был сделкой.

— Я знаю, мама рассказывала мне. Она говорила, что обожает тебя и должна подождать, когда ты полюбишь ее.

Ее отец вздохнул, а Мерседес подумала о Хоакине. Ее старший брат и отец имели похожие проблемы в прошлом, вероятно, оттого они были так похожи. Но теперь с каждым днем они становились все ближе.

— Я был глуп и слеп. Я так любил Маргариту…

— Мать Рамона?

— Да. И когда она умерла, вскоре после рождения Рамона, я выбился из колеи. Конечно, семья Маргариты обвиняла меня в ее смерти, они так и не простили меня. Ее сестра ненавидела меня и поклялась, что отомстит. Я чувствовал себя ужасно. Стал много пить, не контролировал себя… Я совершал очень много глупостей…