Сах. Мастер руны - Михаил Владимирович Баковец

— Полегче, — осадил я его. — Не со своим слугой беседуешь.

— Да ты знаешь, кто стоит перед тобой?! — закипел он от моих слов.

— А ты?

Тот озадачено примолк, растерявшись после моего вопроса, и стал внимательно меня разглядывать. Тут ему было о чём подумать. Себе одежду я покупал перед путешествием не только прочную и функциональную, но также дорогую и с намёками на высокий статус. Этим я рассчитывал отваживать от меня блюстителей порядка и снобов дворян, любящих самоутвердиться за счёт кого-то ниже по положению. За время путешествия и ночёвок в лесу она помялась, чуть запачкалась, но всё равно сохранила некоторый лоск. Так же я был увешан оружием, а за плечами висел огромный рюкзак. Смотрел я на щёголя прямо, без страха и преклонения, даже не как на равного, а кого-то ниже своего достоинства.

— Кто ты? Что делаешь в лесу? — вновь поинтересовался он уже несколько тише.

— Прохожий. Нравится мне путешествовать по лесу, слушать птичек, смотреть на бабочек, — сказал я. В этот момент между нами как раз пролетела крупная оранжевая с чёрными и фиолетовыми разводами бабочка, на пару секунд приковав наше внимание к себе.

— А вдруг ты разбойник, который убил благородного человека и забрал его вещи? Что у тебя в мешке?

— Сударь, езжай куда ехал, — посоветовал я ему. — От многих знаний многие печали. Ясно? — потом посмотрел на его лицо, потемневшее от прилившей крови, и про себя вздохнул. — «Блин, я явно не умею разговаривать со всеми этими благородными пацанчиками».

— Я тебя сейчас научу вежливости, свинопас, — пообещал мне щёголь и спрыгнул на землю. В одно мгновение у него в руке оказался клинок.

— От свинопаса слышу.

Левый и Правый, будто сами легли мне в руки, а мешок и саадак с дротиками упали в траву под ноги.

Мы с щёголем замерли друг напротив друга. Несколько секунд смотрели глаза в глаза, а потом он сделал первый пробный выпад. Левый звонко отбил в сторону более длинный вражеский клинок, а Правый змеёй выстрелил в лицо «мушкетёру». Убить его у меня цели не было, так, лишь припугнуть. Мало ли кто он в кортеже, мне не хватало ещё на хвосте армии телохранителей и каких-нибудь охотников за головами. У меня проблем и с храмовниками — выше головы.

— А-аргх! — зарычал он, отклонив корпус и стремительно отшагнув назад.

— Разойдёмся каждый своей дорогой? — сделал я попытку примирения.

Тот вроде как задумался, но тут на поляну выскочили ещё два всадника. Экипированы они были похоже, но выглядели беднее, чем щёголь. Его телохранители? Наконец-то, разосланные охраной кортежа патрули?

Мой противник бросил быстрый взгляд на двух всадников и недобро улыбнулся.

«Понятно, это его люди. Видать, следовали немного позади, чтобы не мешать забавам своего господина с дамочкой в красном костюме, — понял я всё по этой улыбке. — М-да, опять придётся руки пачкать кровью».

К счастью, смертоубийство не произошло.

Новые действующие лица едва успели соскочить с лошадей и обнажить свои мечи, когда на поляну вернулась дама в красном.

— Ах, милорд, как вам не стыдно! — воскликнула она, подъехав к нам и остановившись меньше чем в десяти метрах. — Втроём на одного молодого человека, который вам ничего не сделал!

Щёголь покраснел опять, но на этот раз явно от смущения, а не злости.

— Что вы, миледи, вы совсем не так нас поняли. Помните, вы мне посоветовали нанять побольше телохранителей? — сказал он, улыбнувшись девушке.

— Хм, что-то такое припоминаю.

— Вот я и решил этим советом воспользоваться. Я предложил молодому человеку службу рядом со мной, но сначала захотел проверить его мастерство.

Девушка захлопала глазами и приложила ладошку к губам:

— Ой, простите меня, пожалуйста. Я со стороны всё неправильно поняла.

— Это я прошу простить меня, — слегка поклонился он ей, после чего вновь повернулся ко мне. — Сударь, продолжим?

— Продолжим, сударь, — усмехнулся я, едва сдерживаясь, чтобы не рассмеяться от этого концерта. А ещё мне очень понравилась идея попасть в состав кортежа на законных основаниях. Осталось дело за малым: достойно показать себя и не позволить моему возможному нанимателю ударить лицом в грязь.

Тот вновь атаковал по прямой, целя мне в левый бок.

Блок Левым клинка щёголя, блок Правым от удара мечом первого телохранителя, шаг назад и в сторону, ложный замах Левым в голову второму телохранителю и тут же быстрый выпад вперёд, опустившись на одно колено и далеко выставив второе, чтобы уколоть его в живот правым.

— Уноси готовенького, — сообщил я ему, вернувшись назад после атаки, и посмотрел на оставшуюся пару. — Продолжим, судари!

— Сударь, — щёголь отсалютовал мне оружием и сделал несколько быстрых ударов в верхней плоскости, завершив режущим по внешней стороне бедра. Мне пришлось сделать всё, чтобы… нет, не избежать его атак, а показать, что ему не хватило совсем чуть-чуть, чтобы достать меня, и заодно показать, что я сам не промах и практически не уступаю ему. На последнем ударе «мушкетёра» к нему присоединился телохранитель, который успел взять в левую руку длинный кинжал.

Удар. Блок. Уклон. Удар. Блок.

Несколько секунд я вертелся на одном месте, отражая удары и избегая оружия соперников. Пока не подгадал момент, чтобы не ударить по плечу телохранителя плоскостью Правого.

— На скамейку запасных, сударь, — сообщил я охнувшему от резкой боли мужчине, у которого от моего удара даже выпал меч из руки.

Ну вот, остался только щёголь. Я принялся искать возможность подыграть ему так, чтобы не обидеть его поддавками и не разозлить проигрышем. Его проигрышем, разумеется. И тут вмешалась красавица на белой лошади.

— Милорд, а вы умеете разбираться в людях. Только подумать — в лесу встретить незнакомца и понять, что он отличный боец, почти не уступающий в мастерстве вам, — громко произнесла она, когда мы со щёголем застыли друг перед другом. — Вы просто обязаны нанять его. Или уступите мне его, — она посмотрела на меня. — Сударь, если милорд Остевант позволит, то вы пойдёте ко мне на службу?

— С удовольствием, леди, — наклонил я голову.

— Разумеется, леди Эднира. Это самое малое, что могу для вас сделать. У меня хватает бойцов и охранников. Даже подумываю прогнать пару бездельников, что наели себе пузо, которое в кольчугу уже не влезает, — сказал он и быстрым движением загнал клинок в ножны. Внимания на меня с этой секунды он обращал не больше, чем на свою лошадь. Вру, даже ещё меньше.

— Благодарю, милорд, вы настоящий рыцарь! — с жаром произнесла она и следом крикнула.