Оружие юга (ЛП) - Гарри Норман Тертлдав

"Спасибо, майор. Пусть он заходит."

Руди пробрался в палатку. С его ростом и широкими плечами, он, казалось, заполнил все пространство. Ли поднялся ему навстречу и пожал протянутую руку. "Присаживайтесь, мистер Руди. Не хотите налить себе немного ежевичного вина? Бутылка вот она, рядом с вами."

"Если вместе с вами, я был бы не против, спасибо."

"Там я поставил два стакана. Не затруднит ли вас налить, сэр? Ах, спасибо. Ваше здоровье." Ли отпил небольшой глоток. Он с удовлетворением увидел, как Руди выпил половину бокала одним глотком; вино могло помочь развязать язык. Он сказал: "Судя по тому, что генерал Юэлл рассказал мне, Конфедерация оказалась в долгу перед вами еще раз. Без вашего своевременного предупреждения, прорыв Килпатрика мог навредить нам намного хуже, чем произошло на самом деле."

"Это уж точно." Руди докончил свое вино. "В любом случае, я рад, что смог помочь. Налить вам еще, генерал?"

"Нет, спасибо, пока не надо, но про себя не забывайте." Ли сделал еще один глоток, чтобы показать, что он не отстает от Руди. Он незаметно кивнул сам себе, когда этот великан налил себе еще, как рыбак, когда его приманка срабатывает. Ли сказал: "Интересно, как вы узнали о планах Килпатрика, когда внимание всей нашей армии было привлечено к маневрам Мида на нашем левом фланге?"

Руди самодовольно взглянул на него. "У нас есть свои способы, генерал Ли."

"И они удивительно хороши. Как и винтовки, те вообще опережают все достигнутое в этой области. Но откуда все эти знания, мистер Руди? Позвольте вас уверить в моем самом дружеском к вам расположении, однако моя главная забота - это сформировать суждение о вашей надежности, о том, как далеко я могу рассчитывать на вас в кризисах, которые, безусловно, ждут нас впереди."

"Я уже говорил вам однажды, что я и мои друзья могут узнать обо всем, что мы считаем важным." Да, Руди был полон самодовольства.

Ли сказал: "Это вряд ли вызывает сомнения, сэр, после ваших автоматов, ваших консервов - хотя мне и хотелось бы, чтобы вы могли бы найти способ, чтобы обеспечить нас большим количеством последних - а теперь и вашей способности выведывать планы федералов, но я не спрашивал, что вы могли бы сделать; я спросил, как вы сделали это - разница вроде невелика, но для меня это важно"…

"Я понимаю вас." Лицо Руди Андриса вдруг превратилось в вежливую маску, за которой невозможно было прочитать никаких мыслей. Увидев ее, Ли понял, что глупо было надеяться ослабить язык этого человека парой бокалов домашнего вина. После небольшого, но заметного перерыва, великан со странным акцентом сказал: "Даже если я отвечу вам, боюсь, что вы мне не поверите и скорее всего примете меня за сумасшедшего или лжеца."

"Безумцы могут болтать о замечательном оружии, но они не производят его, и уж, конечно, не вагонными партиями," - сказал Ли. - "Что касается того, говорите ли вы правду - ну, скажите, что можете сказать, и позвольте мне самому судить об этом."

Лицо Руди, как у профессионального игрока в покер, скрывало все расчеты, что шли за ним. Наконец, он сказал: "Ладно, генерал Ли. Мои друзья и я - все, кто принадлежит к организации "Америка будет разбита" - пришли из будущего, отстоящего на сто пятьдесят лет от вас." Он скрестил руки на широкой груди и ждал, что теперь Ли станет делать.

Ли открыл рот, чтобы ответить, но тут же закрыл его, погрузившись в размышления. Он не знал, что именно скажет Руди, но в спокойном утверждение этого великана не было ничего, что он себе мог предположить. Он внимательно изучал лицо Руди, в надежде, что тот пошутил. Но его лицо не выражало ничего. Тогда Ли сказал: "Если это так, обратите внимание, я говорю, если - тогда зачем вы пришли?"

"Я сказал вам это в тот день, когда встретил вас: чтобы помочь Конфедерация выиграть эту войну и получить независимость."

"Есть ли у вас какие-либо доказательства того, что вы утверждаете?" - спросил Ли.

Теперь Руди улыбнулся довольно холодно: "Генерал Ли, если вы сможете найти что-то похожее на АК-47 в любом месте в 1864 году, тогда можете считать меня самым большим лжецом, таким как Анания."

Ли дернул себя за бороду. Он сам задумывался о превосходстве оборудования у Руди, но не допускал мысли, что очень высокое качество может быть свидетельством того, что все это было из другого времени. Теперь он начал понимать. Что бы подумал Наполеон о локомотивах для перевозки целой армии дальше, чем на сто миль в течение дня, о паровых броненосцах, о нарезной артиллерии, в винтовочных мушкетах со сменными частями и таких легких для ношения? А Наполеон умер всего пятьдесят лет назад, когда Ли был маленьким мальчиком. Кто бы мог предсказать, что принесет прогресс через полтора столетия? Андрис Руди мог. К своему собственному удивлению, Ли понял, что он давно уже считал, что у этого великана слишком странностей, способных соотноситься с девятнадцатым веком.

"Если бы вы хотели увидеть Конфедерацию Штатов независимой, мистер Руди, вы принесли бы больше пользы, если бы вы посетили нас раньше", сказал Ли, молчаливо признавая замечание Руди.

"Да, знаю, генерал Ли. Мне тоже жаль, что мы не пришли раньше, поверьте мне. Но наша машина времени передвигается назад и вперед только точно на сто пятьдесят лет, ни больше, ни меньше. Нам удалось заполучить ее, то есть украсть, не стесняясь в выражениях, всего лишь несколько месяцев назад, то есть в 2013 году. Тем не менее, не все потеряно, это далеко не так. Вот еще полтора года, и было бы уже поздно".

Эти несколько предложений содержали столько информации, что Ли понадобилось еще немного времени, чтобы переварить это. Сама по себе идея путешествия во времени уже была таковой, что ошеломила его. Он также должен был вступить в борьбу с принятием концепции двух станций времени - в своем мысленным взоре, он видел их, как железнодорожную станцию, с возможностью пересадки на другой поезд, каждый из которых движется вперед, но всегда отдаленных друга от друга на так много лет, как Ричмонд и Оранж Корт Хаус отдалены друг от друга на много миль.

Так и не справившись до конца с этими представлениями, он вернулся к самому важному для него. "Скажите мне," - медленно сказал Ли, - "раз вы вмешались, значит, Соединенным Штатам удалось завоевать нас?"

"Генерал Ли, я боюсь это говорить, но должен подтвердить. Вы удивлены, услышав это?"

"Нет," - признался Ли со вздохом. - "Опечален, да, но не поражен. Враг всегда представлялся мне человеком с крепким телом, но слабо управляемым мозгом. Наше, южное тело слабо, но наша голова, сэр, наша голова ясна как никогда. Тем не менее, они могут обрести мудрость, а у нас все большие трудности в поддержании силы. Но они все лезут и лезут на нас, тогда как мы хотим лишь, чтобы нас оставили жить в покое и мире "