Жемчужина Нила - Джоан Уайлдер

Джоан подошла к двери и выглянула. Все шестеро охранников вытянулись по стойке «смирно». Она быстро закрыла дверь. Хорошо бы изучить обстановку, но она уже потерпела неудачу, пытаясь избавиться от опеки охраны.

Искать следовало в другом направлении. Она взяла фотоаппарат, надела его на шею, выбралась через окно на карниз и встала, прижавшись спиной к стене. До земли было значительно дальше, чем это казалось из комнаты. Она осторожно двинулась по карнизу и, шаг за шагом, добралась до другого окна. Голоса, доносившиеся оттуда, принадлежали Омару и Рашиду. Они смеялись.

Джоан заглянула в комнату, которая оказалась вдвое больше ее собственной. Стены были увешаны фотографиями Омара; в углу на мраморном постаменте стоял его бронзовый бюст, подсвеченный снизу. Не комната, а храм.

Мебель была китайской: повсюду стояли черные, покрытые лаком комоды, столы и шкафчики. Кровать смотрелась как настоящее чудовище, возвышавшееся над полом на целых десять футов, и тоже была явно восточного происхождения. На противоположной стене висела большая карта Судана и долины Нила: некоторые места вверх и вниз по течению реки были отмечены флажками.

Омар сидел за столом и рассматривал фотографии, лежавшие перед ним в трех пачках, но Джоан не было видно, что на них изображено. Рашид заглянул Омару через плечо.

— Красиво, — сказал Омар, переворачивая снимок. — Красиво. — Он взял следующее фото. — А вот — моя любимая. Если бы ты не сказал, что это Рашид бен Амар, я бы его никогда не узнал, — добавил он с довольным видом.

Рашид засмеялся вслед за хозяином.

Омар встал и со снимком в руках подошел к стене. Джоан заметила, что там висят не только изображения Омара. Присмотревшись, она зажала рот рукой, чтобы не закричать.

Рядом с другими черно-белыми глянцевыми снимками Омар прикрепил фотографию повешенного человека. Зрелище было страшным.

Дальше висела фотография горящей машины, затем — обугленного тела. Омар был не только инициатором политических убийств, но еще и любил запечатлевать свои злодеяния. Это был не чудак, а сумасшедший, олицетворяющий собой зло и порок.

— Рашид, наших врагов больше не существует. Поэтому пора начать действовать и заняться душами людей.

Раздался стук в дверь, и Омар приказал войти; появился охранник.

— У американцев все готово? — спросил Омар и в ответ получил утвердительный кивок.

— Я сейчас приду.

Когда охранник ушел, Омар еще раз посмотрел на свою страшную галерею.

— И все-таки эта мне нравится больше всего, — сказал он Рашиду.

Затем оба вышли из комнаты.

Джоан переждала некоторое время, и, убедившись, что никого нет, забралась в комнату и подошла к карте. Города, помеченные флажками, должны были что-то означать. Вблизи фотографии выглядели еще страшнее, чем издали. Ее чуть не стошнило, но, подавив приступ, она сняла крышку с объектива и сфотографировала как можно больше участков карты и фрагментов фотогалереи, затем выглянула из дверей и, убедившись, что охраны нет, прошла через холл.

Повернув за угол, Джоан вошла в большую комнату. Омара нигде не было видно. Она почти пересекла ее, когда с противоположной стороны послышались голоса.

Джоан быстро юркнула за колонну, и в этот момент в комнату вошли, звонко смеясь, около двенадцати женщин в красивых шифоновых и атласных одеждах.

Джоан была уверена, что ее присутствия не заметили. Одна из женщин, одетая особенно ярко, подбежала к дальней стене и дернула за шнур. Длинные струящиеся занавеси раздвинулись, обнаружив стену, сплошь покрытую зеркалами. Женщины начали раздеваться. Их платья падали вниз, образуя у ног разноцветную гору ткани. Под экзотическими одеяниями скрывались колготки и трико — костюм, предназначенный для репетиций и разминки, — явно американского происхождения. Женщина в колготках цвета фуксии и сером трико открыла внушительный деревянный шкаф.

Она нажала на кнопку, и оттуда выкатился огромный телеэкран. Выбрав кассету, женщина вставила ее в видеомагнитофон и включила систему.

Суперкинозвезда Джейн Фонда целиком заполнила непомерно большой экран. Зазвучала музыка, перекрываемая голосом актрисы, проводящей занятия со своими ученицами.

Джоан подождала, пока женщины разогреются и перейдут к энергичным упражнениям, после чего решила выбираться отсюда. Когда женщины с головой ушли в разминку, Джоан перебежала к другой колонне, потом к третьей и так до тех пор, пока не выскользнула из комнаты.

Выбравшись из репетиционного зала, Джоан осторожно, чтобы ее никто не заметил, пересекла двор. Стояла мертвая тишина, и нигде не было видно ни Омара, ни Рашида. Джоан осмотрелась: вокруг ни души. В этот момент из высокой башни снова донеслась странная мелодия, исполняемая на флейте, которую она слышала накануне ночью.

Сгорая от любопытства, она пошла по направлению к башне. Поначалу Джоан думала, что все это не связано с Омаром — просто грустная мелодия манила ее. Однако в следующее мгновение она решила, что башня все же имеет прямое отношение к нему.

Она не сделала и пяти шагов, как услышала очень странное жужжание, доносившееся откуда-то снизу. Она свернула за угол и пошла вдоль стены. Гудение становилось громче по мере того, как она приближалась к решетке, расположенной на уровне цокольного этажа. Опустившись на колени, она увидела подвал. Теперь жужжание было просто оглушительным. Джоан заглянула через решетку.

В поле ее зрения попала часть какой-то хитроумной машины. В этой причудливой конструкции вращались диски, колеса, вспыхивали лампы, торчали провода. Куда шли эти провода, не было видно, но их были сотни. Красные, синие, зеленые и фиолетовые лампочки вспыхивали и гасли. Джоан осмотрела комнату: она была в три раза больше репетиционного зала дворца.

Над этим чудовищем трудились трое американских техников. Двоих она узнала: это были те, из джипа, а третьего они звали Коулт. Он возился с проводами. Сняв бейсбольную шапочку, американец надел наушники и продолжал колдовать над черными и красными проводами.

Человек, которого Джоан знала как Дж.Т., держал в руках пульт дистанционного управления.

— Как вы себя чувствуете, господин Омар? Вам удобно?

Джоан обвела взглядом комнату, но не увидела Омара, хотя голос его слышала.

— Машина очень гудит, — пожаловался Омар.

— При всеобщем ликовании и веселье ее не будет слышно, — успокоил Коулт Омара.

— Ну что ж, мне кажется, все в полной боевой готовности, — сказал Рой, третий американец.

— Вы должны полностью доверять нам, господин Омар. Мы готовили аналогичные эффекты для нескольких художественных фильмов. Например, Стив Маккуин не мог бы работать без нас, — при этих словах Коулт гордо выпрямил грудь.