Свет, который не гаснет - Дарья Волкова

два обнаженных тела, жадные руки, горящие от поцелуев губы, жар, шепот, стоны, обжигающая волна наслаждения, теплая невесомость в теле после.

И двое, тесно сплетенных на постели, засыпающих в объятьях друг друга.

В квартиру Артура потихоньку переезжали вещи Светланы. Свою уходовую и декоративную косметику она разместила в шкафчике ванной — чтобы она не мешалась на полочке, где в определенном порядке стояли туалетные принадлежности Артура. Света неожиданно быстро привыкла к тому, что его вещи должны быть строго на своих местах и тщательно за этим следила. Но по утрам ей все равно приходилось собирать ему одежду, разбросанную накануне. А потом шла готовить ему завтрак. И целовала перед уходом из дома.

Она как-то стремительно привыкала жить с Артуром.

Со слепым инвалидом.

С наследником огромного агрокомплекса «Балашовский».

В этом сериале сценаристы над сюжетом поработали как следует. И что будет в день «Х» и после него — не знает никто.

* * *

В квартире звучали голоса. Света замерла в прихожей у входной двери. Один голос — Артура, другой — незнакомый, очень низкий и с резкими интонациями. Совершенно Светлане не знакомый. У Артура гости?

В прихожей не было чужой обуви. Оказывается, Артур мерил шагами беговую дорожку и разговаривал по громкой связи. Услышав Светлану, повернул лицо, кивнул ей. И продолжил беседу. Это был явно деловой разговор, и Света уже собиралась закрыть дверь, когда низкий голос, звучащий из колонки, произнес:

— Артур, если ты мне доверяешь — сделать нужно именно так. Я все просчитал.

Она почти закрыла дверь, когда услышала ответ Артура.

— Доверяю, Марат. Но объясни мне, как мы…

Дверь закрылась.

Так вот кому принадлежит этот голос. Накрывая на стол, Света думала о том, что этот низкий, с резкими интонациями голос как раз может принадлежать человеку, который отвечает за безопасность крупного бизнеса.

Сзади ее обняли руки, Светлана вздрогнула. Вот ей никогда не удается подойти к Артуру неслышно. А он к ней — регулярно. Мужские губы прижались к женской шее.

— Я соскучился.

Света с наслаждением прижалась спиной к его груди.

— Ужинать будем после?

Артур крепче сжал руки — и со вздохом разжал.

— Увы. Скоро приедет Милана. Сегодняшней ночью я вряд ли усну. — И, прежде чем совсем отстраниться, потерся щекой о ее щеку. — И тебе не дам, имей в виду.

Раздался дверной звонок. Милана. А завтра — день «Х».

* * *

Милана засиделась у них допоздна, и Света пошла ее провожать до машины, несмотря на протесты Артура. «Я быстро. Пожалуйста, не волнуйся», — шепнула Света на ухо Артуру. Ей надо было кое-что спросить у Миланы.

— Милан, что завтра для вас с Артуром представляет самую большую угрозу?

Этот вопрос «в лоб» Света задала, едва они вышли из квартиры. Милана посмотрела на нее, усмехнулась и покачала чему-то головой, то ли удивляясь, то ли еще что. Но промолчала. И в лифте они ехали тоже молча, а говорить Милана начала, уже когда они вышли из подъезда.

— У деда Бори — и у Артура теперь, соответственно — контрольный пакет акций. Отец будет напирать на слепоту Артура, на то, что он не способен занимать высокий пост в компании из-за своей ущербности. И… и у него есть все шансы убедить в этом совет директоров. Это и в самом деле непросто и странно, и только упорство Арчи и его безумные идеи… — Милана махнула рукой. — Скорее всего, отец будет припоминать старые грешки Арчи — и наркотики, и аварию, и много чего другого.

— Да как он может такое… публично… о своем сыне… — Светлана даже зажмурилась. Антон Балашов теперь был для нее какой-то неопознанной сущностью. В понимании Светы Полянской люди так поступать не могли. Амеба какая-то. Инфузория… Или кто там был на самом старте эволюции? — Как он может так, Милана?!

— Не знаю, — пожала та плечами. — Я давно перестала задавать себе такие вопросы.

— А вы? Что можете противопоставить вы?

— На нашей стороне завещание Бориса Петровича Балашова — ясное и недвусмысленное. Там написано не только то, что контрольный пакет акций достается Артуру, но и то, что дед хочет видеть внука во главе своего бизнеса. Но этот пункт как раз можно оспорить, что отец и попытается сделать. А еще на нашей стороне компромат, который нарыл… Марат. У него к отцу нашему… старые счеты. Самсонов тоже на нашей стороне — они с Маратом даже друзья, наверное. Если такие крокодилы умеют дружить, конечно, — Милана фыркнула. — Несколько ключевых сотрудников приняли нашу сторону: Павлик — финансовый директор, Маргарита — заместитель главного бухгалтера. Ну, понятное дело, Захар с нами, но Захар — это отдельная песня, от него в таких разборках толку нет. А может, и есть — с Захаром никогда ни в чем нельзя быть уверенной, он личность непредсказуемая — ну для меня, по крайней мере, точно. В общем, я не знаю, Свет, — Милана вздохнула. — Завтра может произойти все, что угодно.

* * *

В этот день ее трясло. С самого утра. Света совершенно не могла понять, как Артур, которого это касается большего всего — да что там касается, для которого этот день — день принципиального решения для всей его дальнейшей жизни — как он может сохранять такое удивительное спокойствие. Его волнение выдавала только бессонница — ночью, после жаркой близости, Артур ушел в кабинет работать. А Светка бессовестным образом заснула — что такое бессонница, она отродясь не знала. Еще волнение у Артура проявилось отсутствием аппетита — позавтракал он только чашкой кофе. Света отсутствием аппетита тоже никогда не страдала.

— Как я выгляжу?

Светлана сглотнула тяжелый комок в горле. Провела пальцами по щеке Артура — выбрит идеально. Стрижка ее стараниями тоже безупречна. Коснулась руками узла галстука — и тут Артур справился сам, и справился прекрасно — Светка ни разу в своей жизни не завязывала галстука.

Прекрасно сидящий серый костюм, белоснежная рубашка, галстук. Идеально выбритое лицо: острые скулы, упрямо сжатая челюсть. Аккуратная стрижка.

И черные очки.

— Ты выглядишь, как победитель. Нет, — поспешно исправилась Светлана. — Без «как». Ты выглядишь победителем.

У него лишь приподнялся угол рта. Подал голос дверной звонок. За братом приехала Милана. Такая же собранная, как и Артур, в строгом темном брючном костюме и гладко убранными в низкий хвост волосами.

— Марат уже на месте, у него все готово.

— Хорошо, — едва слышно вздохнула Милана. — Поехали, братишка.

У Светланы не нашлось никаких напутственных слов. И она на прощание лишь крепко обняла и Артура, и