Артигас - Хесуальдо

Провинция Корриентес, граничащая на севере с Парагваем, географически изолированная, испытывавшая постоянные угрозы со стороны португальцев во время их продвижения к Мисионес, первой откликнулась на борьбу Артигаса еще во время «Великого исхода». Тогда во главе провинции стоял присланный майской Хунтой Элиас Гальван, бывший школьный учитель. Это был человек честолюбивый и недоверчивый.

В 1813 году парагвайский касик Мандуре, поняв, что цели, и которым стремится Артигас, во многом совпадают с его собственными, тоже призвал население поддержать Артигаса. В Курусу-Куатиа он встретился с войсками Буэнос-Айреса и потерпел поражение, но затем взял реванш, победив противника в сражении при Мандисови. Попытки централистов ликвидировать восстание жителей Корриентеса, также как и победить парагвайцев, не увенчались успехом. Солдаты, возвращавшиеся в Буэнос-Айрес с севера, переходили на сторону восставших, как писали сами историки Буэнос-Айреса, на сторону «системы, противоположной нашей идеологии».

В это же время Блас Басуальдо одержал победу над новым губернатором Корриентеса, централистом Домингесом, и назначил Хосе Сильву на пост военачальника этой провинции. 10 марта Хуан Баутиста Мендес, опираясь на поддержку народа, сместил Домингеса и занял его пост. Немедленно Кабильдо обратился к Артигасу с письмом, в котором извещал о присоединении к нему. Не помешала этому даже измена одного из пламенных сторонников Артигаса, молодого корриентинца Хенаро Педро Горриа, который пытался по договоренности с Буэнос-Айресом воспользоваться лозунгами автономии в своих личных интересах. Горриа был разбит Власом Басуальдо, взят в плен и расстрелян. Знамя федерализма, поднятое Хосе Сильвой 13 января 1815 года, продолжало развеваться, и Корриентес вступил в лигу.

Присоединение провинции Энтре-Риос к лозунгам автономии состоялось еще в 1813 году. Тогда в лагерь Артигаса в Айуи прибыли деятели этой провинции, недовольные существующей властью, а также индейцы Мисионеса. Все они вернулись оттуда сторонниками федерализма.

Мы уже упоминали, что после снятия осады с Монтевидео и появления знаменитого декрета Посадаса, Артигас начал готовиться к сражению с войсками Буэнос-Айреса. Чтобы завербовать себе союзников, Артигас послал в Энтре-Риос эмиссаров для разъяснения смысла «Инструкций» и проекта создания Федеральной лиги. Жители сочувственно отнеслись к этой идее. Тогда же несколько местных лидеров — Эусебио Эреньу, Грегорио Саманиенго, Хервасио Корреа — возглавили партизанские действия против армии Буэнос- Айреса, которые почти все окончились их победой.

Имеется множество свидетельств того, что восстания в Энтре-Риосе были всеобщими. Говорили, что все дома там опустели, так как даже женщины покинули их; все, буквально все ушли защищать свою территорию от войск Буэнос-Айреса. С этого момента Энтре-Риос стал предметом такой же заботы Артигаса, как и Восточная провинция, и он никогда не оставлял соседей без помощи. Именно здесь впервые был поднят флаг федерализма. Официально же, как символ лиги, этот флаг был поднят 1 марта 1815 года.

Когда 28 февраля 1815 года авангард войск Артигаса подошел к Арройо- де-ла-Чина, туда прибыли также эмиссары из Кордовы, которые просили его защиты от портеньос. Кордова, расположенная у самого подножия Кордильер, где кончается прибрежная область Литораль, больше других провинций страдала и в экономическом и в политическом отношении от политики Буэнос- Айреса.

В начале марта 1815 года Артигас, выполняя просьбы провинций, двинулся к Паране. Это было время, когда рушилось диктаторское правительство Альвеара, подтачиваемое противоречиями и недовольством его честолюбием. Были приняты срочные меры: правительство через английского посла в Рио-де-Жанейро Стренгфорда обратилось за помощью к Англии, но получило отказ. Миссия Николаса Эрреры к Артигасу тоже потерпела неудачу. Тогда Альвеар послал к нему новых эмиссаров из числа тех, кто был с ним как- то связан ранее, но и это не имело успеха. Вождь Восточной провинции не удовлетворялся больше уступками в вопросах торговли и свободного передвижения, которые ему предлагал Буэнос-Айрес, а требовал политических гарантий для всех провинций, входящих в лигу. Эти предложения Артигаса были последней соломинкой, за которую в отчаянии ухватился Альвеар, пытаясь спасти свою монархическую камарилью. События внутреннего порядка ускорили его падение: в Фонтесуэлас. возник бунт, и аргентинские военные лидеры, возглавляемые Альваресом Томасом, покончили с режимом Альвеара. Это произошло 11 апреля 1815 года. Альвеар нашел убежище на английском фрегате, который отвез его в Рио-де-Жанейро, под крылышко его королевского величества.

Пламя революции охватывало и другие провинции. В Санта-Фе губернатором был централист Эустакио Диас Велес; в начале марта 1815 года, когда Артигас двигался к Ла-Бахаде (Парана) с целью поддержать жителей Санта-Фе и Кордовы, губернатор послал к нему Франсиско Таррагона. Однако результата эта попытка не дала.

Артигас начал снаряжать своего брата Мануэля Франсиско к индейским касикам Кайасты и Сан-Хавьера, а в это же время один из его офицеров, Эреньу, вынудил сдаться Диаса Велеса, который в тот же день (24 марта) отплыл в Буэнос-Айрес, оставив свою столицу в руках артигистов. При таких обстоятельствах провинция Санта-Фе вошла в Федеральную лигу. Два дня спустя Кабильдо назначил губернатором провинции Франсиско Кандиотти и вывесил трехцветное знамя.

Получив приглашение от Кабильдо, Артигас, находившийся в Ла-Бахаде (Парана), переплыл реку и прибыл в столицу Санта-Фе, эскортируемый отрядом в пятьдесят человек. Население города с энтузиазмом приветствовало его. В его привлекательной внешности человека из народа было что-то от патриарха. После окончания торжеств Артигас вернулся в Ла-Бахаду в сопровождении своего кортежа и индейцев. Этим он дал понять, что его миссия «протектора» окончена. 26 апреля он утвердил Кандиотти на пост губернатора.

Как уже говорилось, в начале 1815 года Кордова направила к Артигасу своих эмиссаров, чтобы получить его поддержку в борьбе против гнета портеньос. Борьба между централистами и федералистами внесла такую разруху в эту провинцию, что там все жаждали политической стабильности и восстановления нормальной жизни. Артигас тогда обещал приехать в Кордову, но не раньше, чем он осуществит свою миссию в Санта-Фе. Оттуда он посылал кордовскому Кабильдо свои рекомендации. За это время политическая ситуация в Кордове обострилась до такой степени, что губернатор-централист сам ушел в отставку, уступив свой пост Франсиско Хавьеру Диасу. Таким образом, даже не потребовалось вмешательства Артигаса, достаточно было лишь его морального авторитета.