Воровская сага в 4 частях: Бродяга. От звонка до звонка. Время – вор. Европейская гастроль - Заур Магомедович Зугумов

же бросались в глаза непослушная копна кудрявых волос цвета воронова крыла, черные цыганские глаза, широкий чувственный рот, загорелая кожа и стройная длинноногая фигура. На мизинце у нее был дивный рубин, который казался каплей крови днем, а по вечерам он горел как раскаленный уголь. Выйдя из бездонных глубин социального мрака, она носила на своем челе какую-то странную печать мук и страданий.

Но для меня главным было то, что она была умной напарницей и неподражаемой актрисой. Она очаровывала фраеров с такой скромностью, прелестью, вкрадчивостью и множеством иных очаровательных ужимок, которые могли бы свести с ума самого разумного мужчину и ослепить самого прозорливого.

Мы познакомились с ней в Подмосковье, в мотеле «Солнечный», на дне рождения у Жулика Захара, куда кроме нас было приглашено много достойных людей, в том числе и Урки: Петрик, Роспись, Савоська, Слива, Гога Ереванский. Почти всех нас тогда приняла контора, но после нескольких дней прожарок на «Петрах» меня отпустили, и я тут же разыскал ее.

О многом мы не успели переговорить с ней у Захара — менты помешали, теперь же у нас для этого было время. В общем, с того дня мы стали работать в паре, но сразу оговорюсь, что никакого интима у нас с ней не было. Она любила одного старого домушника Диму Хохла, и, видит Бог, любила по-настоящему и была ему верна. Половину от своей доли она отправляла ему в Краслаг, где он чалился уже больше трех лет, а впереди у него был без малого двушник.

Скорее всего, именно эти обстоятельства и сыграли для меня главную роль в выборе партнерши, а мне нужна была именно женщина. С годами я понял, что верность и преданность — это не тот товар, который вообще можно где-либо купить, даже и за очень большие деньги.

Ко всему прочему Наташа была еще и очень честным человеком, так что мы подходили друг другу по всем параметрам воровского сообщества. После очередной удачно проведенной операции она любила повторять: «Женщина должна быть настолько умной, чтобы казаться дурой».

Но, что характерно, воровкой она никогда не была. В этой связи напрашивается вопрос, зачем же вообще она была мне нужна? Дело в том, что, каким бы я ни был высокопрофессиональным карманником, при специфике моей тонкой работы могли случаться и осечки, и непредвиденные обстоятельства, что-то вроде воровского форс-мажора, а на ошибку я не имел права. Хотя такие моменты и были единичными, но полностью исключать их было нельзя, и тогда в игру вступала Мальвина.

Всякая перемена в человеческой жизни опасна. Тот, кто ни в чем не нуждается, кто не может роптать на настоящее, того только безумие может заставить поменять образ жизни, отказаться от собственных привычек. Быть может, в моем положении и не было ничего завидного, тем не менее оно осталось стабильным, а это давало мне передышку перед неизвестным будущим.

Глава 16

Поезд Москва-Варшава, в котором мы с Мальвиной пересекали границу Белоруссии с Польшей, в Бресте стоял недолго. С некоторых пор пограничники уже приноровились к процедуре таможенного досмотра, да и ехали-то в нем почти всегда одни и те же люди — челночники.

Некогда могучий Советский Союз распался, как карточный домик, и в связи с этим во всех странах «социалистического совражества» грянули большие перемены. Несколько лет тому назад была разрушена Берлинская стена, фактически разделявшая человечество на две части: социализм и весь остальной мир.

Канули в Лету уголовные наказания за спекуляцию. Теперь почти любой вид торговой деятельности назывался бизнесом и был почти абсолютно легальным. Для наших сограждан, пересекавших границы Польши, Германии, Чехии, Турции, Финляндии, Арабских Эмиратов и некоторых других стран, это было единственной возможностью хоть как-то прокормить семью. Народ голодал, несмотря на то что «железный занавес» был разорван и границы были открыты почти нараспашку. Инфляция катастрофически стремилась вверх, и никто ничего не мог с этим поделать.

Со стороны складывалось такое впечатление, что в стране живут одни только воры, бандиты и аферисты. В какой-то мере так и происходило. Власть была почти полностью коррумпирована.

Все в стране продавалось и покупалось с таким размахом, транжирилось и обменивалось с такой наглостью, будто каждый день эти власть имущие преступники ожидали конца света и боялись не успеть потратить награбленное.

Что же оставалась делать простым смертным? Я имею в виду честных людей. Во время одного из своих «рабочих турне» я держал путь в Германию и ехал в одном купе с пожилой женщиной — москвичкой, которая направлялась в Чехию для покупки подержанной машины. Она зарабатывала на хлеб, перепродавая их в России. Так вот, с собою в Чехию она везла две новенькие пластмассовые двадцатилитровые канистры. Меня буквально жгло любопытство: что же в этих канистрах? При расставании я все же не выдержал и поинтересовался у нее содержимым емкостей, и что, вы думаете, там оказалось? Бензин. Да, да, не удивляйтесь, обыкновенный 93-й бензин.

Оказывается, в Чехии покупать горючее было весьма накладно, а нескольких канистр как раз хватало, чтобы доехать до границы с наименьшими затратами. Вот такое было время… Каждая копейка у людей была на счету и попросту не транжирилась.

На этот раз я тоже ехал в купе, но в нем, к сожалению, женщин не было. Мужчина моих лет сопровождал своего племянника на операцию в Варшаву, а четвертым был старый питерский флегматик еврей, который всю дорогу был чем-то недоволен и постоянно бурчал что-то себе под нос.

Наташа следовала в купе рядом. В вагон мы сели порознь и не общались на людях, поэтому никто даже не догадывался, что мы знакомы. С самого начала мы разработали план действий и старались придерживаться его. Так вот, задача перед нами стояла следующая.

Еще в Москве ко мне через одного моего старого кореша обратился очень крутой бизнесмен с просьбой, которую он мне изложил в тот же день в довольно-таки откровенной форме в одном