Изара, книги 1-6. Кассардим, книги 1-3 - Юлия Диппель

От радости Пиппо залился краской.

– Мисс Ари слегка преувеличивает. Для этого я недостаточно силен. Но я много практикуюсь.

– Ай, нужно просто быть находчивым. А тут я за тебя спокойна, – веселясь, вмешалась Лиззи. – А знаешь, что? Совершенно случайно я хорошо знакома с этим роковым Тоби. Может быть, мне удастся его уговорить научить тебя паре-тройке фокусов?

«Роковой Тоби», который в это самое время держал мою подругу за руку, выдал широкую улыбку:

– Это определенно можно устроить.

Пиппо, лишившись дара речи, переводил взгляд с колдуна на Лиззи, потом на меня и на Люциана. При этом глаза у него были распахнуты так широко, что я начала серьезно опасаться, что он впадет в состояние шока.

– Как насчет того, что сейчас ты отведешь этих двоих к Белу, а потом покажешь мне, чему уже научился? – предложил Тоби.

Паренек нетерпеливо закивал.

– Конечно! Было бы классно! – он позвал нас за собой привычным жестом и рванул вперед.

Когда мы уже почти дошли до лестниц, мне еще кое-что пришло в голову.

– Подождите секунду!

Я развернулась и, печатая шаг, направилась к охотнику, который предусмотрительно держался на заднем плане. У меня руки чесались ему всыпать, но, как назло, заклятие Пентаима все еще действовало. Поэтому я ограничилась тем, что сгребла Конрада за воротник.

– Если ты еще раз навредишь кому-нибудь, кого я люблю, – прошипела я, – никакая магия в мире не сможет тебя от меня спасти!

Кажется, Конрад не воспринимал исходящую от меня угрозу, а всего лишь чувствовал свою задетую гордость.

– Я тебе жизнь спас!

В поисках поддержки он повернулся к Гидеону, но предводитель охотников не сказал ничего против.

– Ты ее слышал, – засмеялся Райан. – На твоем месте я бы не стал злить ее еще сильнее.

Я отпустила Конрада и, недовольная, прошагала обратно к Люциану. Рано или поздно Конрад еще свое получит.

По пути вниз Пиппо трещал без умолку. Он болтал про ужин, свою сестру, свой велосипед, свой комикс и картофель, который он любил только в виде картошки фри. И хоть Люциан, чтобы не обижать мальчишку, задавал ему время от времени какой-нибудь вопрос, было заметно, что он продолжал чувствовать себя не в своей тарелке. По пути он запоминал каждую мельчайшую подробность особняка Бела – как будто находился на вражеской территории и непременно должен был просчитывать оборонительные стратегии и пути отступления.

Руководствуясь интуицией, я приоткрыла небольшое окошко в своем барьере и позволила ему почувствовать мою искренность. Было практически невозможно сдерживать внутри всю мою непреодолимую тоску и любовь. Хотела бы я обнять его ими, но боялась еще больше давить на него ожиданиями, чем и так уже надавила.

Люциан ничего не сказал и как ни в чем не бывало продолжал сканировать обстановку. Но серебристое сияние у него в глазах сообщило мне, что мой ход сработал. Это и легкая улыбка у него на губах.

Подойдя к библиотеке, Пиппо постучал, приоткрыл дверь и просунул голову внутрь.

– Пришли мисс Ари и брахион, – объявил он о нашем прибытии. Из глубины помещения послышался тяжкий вздох.

– Пусть входят.

Не успел Пиппо унестись прочь, как по мурашкам на позвоночнике я поняла, что Бел был не один. Энергетическая подпись праймуса была мне отлично знакома, и я не могла не ухмыльнуться про себя. Ну разве это не идеальное время!

Рядом с Белом у стола для переговоров стоял Элиас – в полной экипировке командира гвардии. Его облегчение при виде Люциана можно было буквально пощупать руками. Он тут же устремился к брату и поразил его, обняв. Не коротко и грубо, как это принято у парней, а от всей силы братской любви.

– Мы думали, что ты мертв…

У меня зашлось сердце, когда я увидела, как хорошо Люциан воспринял эту встречу. Элиас был для него не чужой. Его он помнил. И несмотря на то, что в прошлом у них обоих бывали разногласия, казалось, что Люциан доверял своему брату.

– Бел мне все рассказал, – несчастно сказал Элиас. Мне редко доводилось видеть независимого командира таким расстроенным.

– Тогда тебе известно больше, чем мне, – ответил Люциан. Он хмуро взглянул на брата. – У тебя есть какие-то предположения, где сейчас отец?

Черты лица Элиаса окаменели. Он бросил серьезный взгляд на Бела. Даже светловолосый праймус, похоже, потерял свою невозмутимость. Тут разворачивалось что-то, что мне уже не нравилось.

– Немидес гостит в моем подземелье, – просветил нас Бел. При этом скривил такую мину, словно сам считал все происходящее неудачной шуткой.

– Он что?! – Из-за своего недолгого незапланированного плавания я явно кое-что пропустила.

– Это что-то вроде… охранного ареста, – дополнил Бел.

Люциан недоверчиво хмыкнул:

– С чего бы это моему отцу понадобилась именно твоя защита?

Причин для этого была куча. Две из них, например, прямо сейчас присутствовали в этой комнате. Тем не менее был вопрос получше: почему Бел предоставил Немидесу свою защиту?

На этот вопрос ответил Элиас.

– На Патрию напали. – Элиас опустился на стул и устало потер шею. – Это было хорошо продуманное нападение. Тристан быстро вошел и быстро ушел. Никакой шумихи.

Я ошалело уставилась на брата Люциана.

Тристан напал на Патрию?! Да ведь это было попросту невозможно. Патрия – это катакомбы. Создатель устанавливал правила. В случае со столицей мира праймусов их было даже несколько, потому что Патрией управлял Верховный Совет.

Люциан не пошевелился, но я заметила, как он заскрипел челюстями.

– С какой целью? – хрипло спросил он.

Я была не уверена, что хотела услышать ответ. Если Тристан приложил такие усилия, то его маленькая вылазка наверняка будет иметь по-настоящему ужасные последствия.

– Вы должны поклясться, что эта информация не покинет пределов этой комнаты, – потребовал Элиас, пригвоздив нас убедительным взглядом. – Верховный Совет хочет сохранить это в тайне, чтобы избежать массовой паники.

– Верховый Совет может поцеловать меня… – вспыхнула я. Одно упоминание этой шайки интриганов действовало на меня, как красная тряпка на быка. И теперь они еще смели выдвигать претензии?! – Им нужна наша помощь или нет? Поэтому ты здесь. – Я с отвращением помотала головой. – Нет, серьезно? Радовались бы, что я еще не стала причиной для массовой паники.

Мое упрямство ставило Элиаса в затруднительное положение. С одной стороны, он обязан был сохранять верность Верховному Совету, с другой же – на данный момент он сам, видимо, не особо благоволил к своему начальству.

Они с Люцианом обменялись долгими взглядами. Абсолютно точно они сейчас вели мысленный диалог.

– По всей вероятности, потребуется еще один Иуда, – сухо подытожил Бел. – Как здорово, что меня не заткнули клятвой-намордником. Таким образом, наш командир