Ленин. Спаситель и создатель - Сергей Кремлев

В конце октября (начале ноября) 1917 года Керенский решил пойти ва-банк – он попытался закрыть большевистские газеты „Солдат“ и „Рабочий путь“ и даже арестовать руководителей Петросовета во главе с Троцким… На 22 октября (4 ноября) 1917 года в Петрограде был назначен казачий „крестный ход“ – фактически, демонстрация готовности властей использовать силу и, в то же время, – смотр этой силы.

Петроградский Совет обратился к казакам с воззванием, большевистские делегаты появились в казачьих казармах… Представители казачьих полков были приглашены в Смольный на совещание полковых комитетов, проводившееся Петроградским Советом 21 октября(3 ноября). На совещании казаки заявили, что они против рабочих и солдат не пойдут, и в ночь накануне „хода“ Временное правительство казачий „ход“ отменило – чтобы не осрамиться окончательно.

Ленин в письме Свердлову писал: „Отмена демонстрации казаков есть гигантская победа. Ура! Наступать изо всех сил и мы победим вполне в несколько дней! Лучшие приветы. Ваш“[875].

Письмо из конспиративных соображений Владимир Ильич подписал просто „Ваш“, однако все эти „соображения“ он через два-три дня пошлёт к чёрту – уже навсегда!

Увы, о тех днях в советское (точнее – в хрущёвско-брежневское) время было написано настолько не всё, что сегодня проходимцы, или глупцы, или гешефтмахеры от истории, манипулируя цифрами и фактами, пытаются доказать недоказуемое, то есть, во-первых, политическую недобросовестность Ленина и, во-вторых, не его ведущую, решающую роль в событиях…

Не буду много останавливаться на разборе всех этих глупостей или лжей различных авторов, а приведу лишь один пример, и им ограничусь… Всё тот же, не раз уже поминавшийся, Сергей Шрамко утверждал в 2007 году в журнале „Сибирские огни“:

„Когда в сентябре 1917 года Ленин, обращаясь к членам своего ЦК, пишет: „За нами большинство класса, авангарда революции, авангарда народа, способного увлечь массы. За нами большинство народа… За нами верная победа…“8, – вряд ли стоит его слова воспринимать всерьёз. Истинная стратегия большевиков в те дни (жирный курсив везде мой. – С.К.) выражена иной фразой вождя: „Прежде всего мы должны убедить, а потом принудить. Мы должны во что бы то ни стало убедить, а потом принудить“9. Вот такую простенькую задачу ставит перед единомышленниками Ленин: сначала – любой ценой (пусть даже ценой обмана) убедить. Придём к власти – сможем принуждать…“

Неискушённый читатель, у которого под рукой нет первоисточника приведённых Шрамко цитат, из контекста заявления Шрамко сделает однозначный вывод о том, что обе ленинские цитаты относятся к периоду до взятия власти большевиками и по времени близко соседствуют.

Но это – не так, да и ещё как не так!

Первая цитата, обозначенная у Шрамко сноской „8“ (8Ленин В. И. ПСС. 5 изд., т. 34, с. 244), взята из ленинского письма в ЦК „Марксизм и восстание“, написанного в Гельсингфорсе 13–14 (26–27) сентября 1917 года, а вторая цитата, обозначенная сноской „9“ (9Ленин В. И. ПСС. Т.43, с.54) – это слова из речи о профессиональных союзах, произнесённой Лениным 14 марта 1921 года на Х съезде РКП(б) – через три с половиной года после взятия власти!

При этом Шрамко последнюю цитату выдрал из ленинской речи просто-таки „с мясом“! Ленин тогда разбирал конкретные текущие ошибки большевиков по отношению к профсоюзам и говорил:

– Для того, чтобы установить взаимопонимание, взаимодоверие между авангардом рабочего класса и рабочей массой, надо было, если Цектран сделал ошибку, – каждому случается увлекаться, – надо было её исправить… Но когда эту ошибку начинают защищать, то это делается источником политической опасности… Прежде всего мы должны убедить, а потом принудить. Мы должны во что бы то ни стало убедить, а потом принудить. Мы не сумели убедить широкие массы и нарушили правильное соотношение авангарда с массами…[876]

Где здесь обман?

Это называется сознательной дисциплиной: вначале людям разъясняют необходимость дисциплины, убеждают в её необходимости, потом разъясняют их задачи, и тем получают право в дальнейшем требовать, приказывать, а при не выполнении приказов – да! и принуждать к их исполнению. Причём в 1921 году ленинские мысли касались конкретных текущих дел государственной советской работы.

У Шрамко же всё передёрнуто! Между прочим, и с первой цитатой он смошенничал, поскольку привёл лишь часть ленинского анализа Июльских событий 1917 года в сопоставлении с ситуацией осени 1917 года…

И чтобы уж покончить в этой книге с инсинуациями Шрамко, скажу следующее…

Выдвигая на роль „творца Октября“ фигуру Абрама Иоффе – зато задвигая на второй и третий план Свердлова, Дзержинского, Сталина и даже Ленина („Тут пора спросить: а был ли Ленин вообще причастен к организации, планированию и проведению переворота?“), Шрамко обнаруживает или крайнюю уж, застилающую глаза, злобу к идеям социализма, или уподобляется фантастическому „дипломированному“ разбойнику Мордону из „Семи путешествий Трурля и Клапауция“ Станислава Лема…

Мордон требовал от двух роботов-конструкторов Трурля и Клапауция аутентичных „бесценных тайн“ и „доподлинных истин“, а получил от них кучу информационного „спама“ в виде „вполне правдивой и во всех отношениях осмысленной информации“ о „размерах ночных туфель с помпонами на континенте Гондвана, толщине волос, которые растут на медном лбу мялколела бадейного…“, и прочем подобном.

Очень мне напоминают „историки“ типа Сергея Шрамко этого высокоучёного дипломированного разбойника Мордона… Они выуживают из архивов гуры формально правдивой информации, но совершенно не в состоянии честно и верно осмыслить её, отделив существенное от несущественного, второстепенного…

Впрочем, в русской литературе „синдром Шрамко“ тоже описан – Иваном Андреевичем Крыловым в его басне „Любопытный“… Там некто после похода в Кунсткамеру, перечислил всех „бабочек, букашек, козявок, мушек, таракашек, а на вопрос: „А видел ли слона?“ ответил: „Слона-то я и не приметил“…

Вот так и Сергей Шрамко с его „открытиями велосипеда“ насчёт того, что большевистский Военно-революционный комитет был лишь частью ВРК при Петросовете, что Сталин то и дело „писал передовицы“…

Всё это – правда, но – лишь часть правды, причём – не самая существенная её часть. Что же до того, что организовывали „переворот“ – по Шрамко – якобы „забытые“ герои, а вовсе не Ленин и созданная Лениным партия, то с точки зрения перечисления имён Шрамко не наврал…