День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

Полковник Джим Гленн резко отдал ручку управления двигателем, и спаренные турбины «Дженерал Электрик», выйдя на максимальную тягу, легко оторвали его двухместный F/A-18F «Супер Хорнит» от земли, утягивая в подернутое облачной дымкой небо. Истребитель был послушен каждому движению руки опытного пилота, выполнив идеальный разворот и направившись в сторону океанского побережья. Полковник покосился влево, убедившись, что его ведомый держится крыло в крыло.

— Внимание, — произнес полковник, щелкнув переключателем бортовой рации. — Набрать высоту десять тысяч, скорость пятьсот узлов. Держись как можно ближе!

— Роджер, командир! — донеслось в ответ по волнам радиоэфира, и одноместный F/A-18E ведомого придвинулся еще ближе, так, что, казалось, самолеты сейчас зацепятся плоскостями.

Командир эскадрильи Морской пехоты США лично отправился в этот вылет, во-первых, потому что должен был подать пример своим летчикам, во-вторых, потому что был из них самым опытным. Остальные, конечно, тоже не мальчишки, но Гленн выполнял боевые задачи еще в иракском небе в две тысячи третьем, бомбил талибов, и даже успел записать на свой счет русский «Фланкер». Правда, боя, по сути, не было, русский истребитель едва успел оторваться от земли, когда Гленн вогнал ему в заднюю полусферу «Сайдлвиндер» с расстояния в полторы мили, но большинство пилотов, и не только из его эскадрильи, вообще видели вражеские самолеты лишь на земле, горящими после бомбового удара.

Пара «Супер Хорнитов» быстро достигла береговой линии, и вскоре под крыльями раскинулась серая поверхность моря. Шли налегке, каждая машина несли лишь по паре ракет воздушного боя AIM-9 на законцовках крыльев, а под плоскостями обеих машин вместо бомб были подвешены контейнеры TARS с разведывательной аппаратурой. Каждая гондола длиной восемнадцать футов несла целую батарею фотокамер, работавших как в видимом, так и в инфракрасном диапазоне, а также систему записи информации, позволявшую «сбрасывать» данные на наземный пункт обработки в режиме близком к реальному времени.

Звено находилось над Татарским проливом в тот миг, когда в кабинах обеих машин пронзительно зазвучал зуммер бортовой системы предупреждения об облучении. Сенсоры комплекса РТР[15] AN/ALR-67(V)3 уловили направленные на истребители импульсы чужого радара, извещая об этом пилотов.

— Я в захвате! — сообщил немного взволнованным голосом ведомый.

— Это японский АВАКС, висит над Хоккайдо, — успокоил напарника полковник Гленн. — Не думаю, что они посмеют нам мешать! Меняем курс на ноль-один-пять, летим к Южно-Сахалинску! Снизиться до ста футов!

Истребители нырнули к водной поверхности, исчезнув с экрана японского «летающего радара» и продолжая путь к намеченной цели. Но об их приближении на земле уже знали.

Командир зенитно-ракетного комплекса «Тип 81» Tan-SAM был готов к появлению противника задолго до того, как отметки недружественных целей возникли на экране радиолокатора. Самолет дальнего радиолокационного обнаружения Е-767, нарезавший круги над центральной частью острова Хоккайдо, передал координаты и направлении движения «гостей», и боевой расчет был готов к работе уже несколько минут.

— Контакт! — сообщил оператор, когда испущенный вращающейся антенной решеткой импульсно-доплеровского радара луч вернулся на приемник, отразившись от возникших в воздухе посторонних объектов. — Две цели по пеленгу сто, дальность двадцать пять километров, идут на малой высоте! На запрос не отвечают!

— Американцы, — оскалился старший офицер. — Недолго пришлось ждать! Приготовиться к бою! Доложить по достижении целями рубежа пуска!

Двадцать пять километров — ничто, если бой ведется на околозвуковых скоростях. Еще не успел прозвучать приказ командира расчета, чей ракетный комплекс «Тип 81» был пока единственным приведенным в боевую готовность из доставленных на Сахалин, а американские самолеты вошли в зону поражения.

— Цели уничтожить! Огонь!

Пусковая установка с размещенными на ней зенитными ракетами плавно развернулась, и два управляемых снаряда с шестисекундным интервалом соскользнули с направляющих. Тепловые головки самонаведения захватили цели через несколько мгновений. На экране радара было отчетливо видно, как маневрируют не ожидавшие такого приема американцы. Но дистанция стрельбы была слишком мала, чтоб вражеские пилоты имели хоть какой-то запас времени. Еще три секунды — и одна отметка исчезла с экрана.

— Цель номер два уходит в сторону океана, — сообщил оператор локатора. — Цель ставит радиоэлектронные помехи! Цель вне зоны досягаемости!

Командир расчета удовлетворенно усмехнулся. Отработанные десятки раз на учениях навыки позволили ему и его людям одержать первую настоящую победу. Все прошло даже проще, чем на полигоне, словно американцы нарочно позволили сбить себя. Ну а насчет беглеца он нисколько не сомневался, какая участь ждет того вскоре.

Их атаковали внезапно. Взвыла сирена бортовой системы предупреждения об облучении, а через миг дымная стрела зенитной ракеты настигла самолет ведомого. Снаряд разорвался в паре футов под брюхом F/A-18E, и полковник Гленн видел, как смертельно раненая стальная птица заваливается на правое крыло, камнем падая на землю. За мгновение до того, как внизу расцвел огненным цветком взрыв, командир эскадрильи все же увидел раскрывший купол парашюта, и теперь оставалось лишь молить Господа, чтобы высоты хватило для смягчения падения.

— Земля, мы атакованы, ведомый сбит, — сообщил Джим Гленн, надеясь, что японцы не смогут заглушить радиосвязь. Только теперь он понял, насколько серьезным был это разведывательный вылет. И раз уж японцы осмелились высадиться на занятый американской морской пехотой остров, глупо было полагать, что они позволят летать над ним теперь чужим самолетам.

Гленн развернул «Супер Хорнит» в сторону океана. зуммер системы предупреждения умолк на несколько секунд, когда истребитель покинул зону действия японских радаров, но тотчас вновь взвыл, наполняя кабину мерзким писком.

— Шершень-восемь, это Небесный глаз, — раздалось в наушниках пилота. — Мы ведем тебя! Будь осторожен, с юга быстро приближаются две цели, вероятно, истребители!

— О, дьявол! Вашу мать!

«Летающий радар» Е-2С «Хокай», поднятый в воздух для поддержки разведчиков, позволял видеть все на сотни миль вокруг, но помочь пилоту сейчас могло лишь чудо. Повернув голову, он увидел у самого горизонта две черные точки, с каждой секундой заметно увеличивавшиеся в размерах.

Поднятые по тревоге истребители F-15J «Игл», американская конструкция, выпускавшаяся в Японии уже больше двадцати пяти лет по лицензии, стремительно настигали цель. Они тоже летели налегке, лишь по паре ракет «воздух-воздух» средней дальности AIM-120 да столько же AIM-9 ближнего боя, неощутимая нагрузка для таких мощных машин.