Меч богов - Брюс Р. Корделл

из кристальных панелей, волшебник свободной рукой пригладил кончики усов. – Судя по всему, кабал пытается возродить древний культ хаоса.

- Культ хаоса, - повторил Демаскус без всякого выражения.

- Культ Старейшего Стихийного Ока. Не лучшая идея. Именно поэтому поклонение Стихийному Оку не очень-то прижилось в Ториле. Даже я не настолько безумен, чтобы мечтать об освобождении Скованного Бога. В любом случае, для тебя это не имеет никакого значения, - Чевеш опустил жезл. Теперь его наконечник указывал прямо на Демаскуса.  – Садись на стул или сгори. Честно говоря, мне всё равно. Люблю хороший огонь, - он улыбнулся, как ребёнок, предвкушающий вкусный леденец.

Демаскус бросился к дверям. Из жезла мага вылетело два стремительных потока пламени.

Один из них мельком задел его левое плечо.  Поначалу Демаскус ощутил лишь лёгкий толчок, но затем его рука вспыхнула жаром. Воздух наполнился запахом палёной кожи – броня под его плащом начала тлеть. Тем не менее, он не остановился.

Внезапно перед ним возникла стена ревущего пламени, преградившая путь к выходу. Демаскус резко остановился. Его ботинки оказались в считаных дюймах от огненного барьера. По крайней мере, меч он не выпустил – хотя вряд ли это может что-то изменить.

Чевеш стоял, высоко вскинув жезл, наконечник которого пылал таким же ярким алым огнём, как и огненный барьер.

- А ты быстрее, чем кажешься, - произнёс волшебник. – Как же мне не терпится вскрыть твою грудную клетку и увидеть, какого цвета кровь течёт в твоём сердце.

Демаскуса охватил гнев, и он взмахнул клинком. Как и прежде, на лезвии проявились призрачные древние руны, от которых исходило неровное эфирное сияние. От них отделилась светящаяся завеса, которая, изогнувшись, поплыла вперёд и окутала Чевеша. Разряд молнии выбил жезл у него из рук.

Стена огня моментально исчезла. На её месте осталось лишь облако серого дыма.

Неужели с магом покончено? Нет. Растрёпанные волосы Чевеша пребывали в ещё большем беспорядке, чем прежде, но в остальном он выглядел невредимым. Очевидно, этот маг был способен черпать силы из своего безумия.

Увидев, что взгляд Демаскуса устремлён на него, Чевеш демонстративно согнул палец. Жезл снова прыгнул ему в руку.

Со стороны входа послышался шипящий шёпот ростовщика:

- Пригнись!

Над головой Демаскуса просвистели три арбалетных болта. Два из них вонзились Чевешу в плечо, а третий разбил одну из стеклянных трубок, которые находились за спиной волшебника. В лабораторию хлынула пылающая жидкость.

Демаскус поспешно выскочил за дверь. Позади него раздался вопль ярости, и изнутри вылетел поток раскалённого воздуха.

Чант уже бежал вниз по лестнице, перепрыгивая разом через три ступеньки. В одной руке он сжимал свой удивительный арбалет. Его зелёная парчовая рубашка слегка обуглилась, но в остальном он выглядел невредимым. Демаскуса охватило облегчение; если бы ростовщик пострадал, помогая ему…

Над их головами вспыхнул свет, яркий, словно полуденное солнце. Не тратя времени на то, чтобы поднять взгляд наверх, Демаскус устремился вслед за ростовщиком. Его внезапно заострившаяся тень прыгала перед ним по ступеням. Тело его работало, как хорошо смазанный механизм, эффективно и безупречно. Даже несмотря на то, что ему по-прежнему грозила опасность превратиться в кучу углей, он не мог не наслаждаться ощущением силы, переполнявшей его мышцы.

Внизу их уже поджидал азер. Его молот был настолько раскалён, что от него исходило белое сияние.

- Не сражайся с ним! – прокричал Чант и спрыгнул с лестницы. От пола его отделяло добрых десять футов, но ростовщик умело, хоть и не очень изящно, приземлился на ноги. Не тратя времени зря, он тут же устремился к той кладовой, через которую они сюда проникли. Хоть Демаскус и находился на другой стороне лестницы, он также спрыгнул вниз.

- Чант Морвен, этой ночью ты обрёл врага! – прогремел сверху голос Чевеша.

Демаскус был удивлён, с какой лёгкостью ему дался подобный прыжок. Его тело знало, что делать; во время полёта он рефлекторно сгруппировался и согнул колени, успев отпрыгнуть в сторону за миг до того, как на то место, где он только что находился, обрушился раскалённый молот.

Пробежав через кухню, он выскочил из башни и бросился за ростовщиком. Небеса озаряли первые отблески приближающегося рассвета.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Эйрспур

Год Нестареющего (1479 ЛД)

Чант запер за собой дверь. Прежде чем уйти, он смазал петли маслом, поэтому она закрылась абсолютно беззвучно. Из задней части магазина по-прежнему доносился негромкий размеренный храп – Демаскус ещё спал.

Ему и самому крайне требовался отдых. Но у него не получилось бы достигнуть своего положения, если бы он предпочитал лёгкие пути. Или доверял тому, что казалось очевидным. Именно поэтому он провёл это утро, пытаясь собрать всю возможную информацию о Демаскусе. Чанту бы очень хотелось принять на веру то, что ему рассказал бледнокожий мужчина. Но вера и доказательства – разные вещи.

Почему я вообще решил связаться с этим незнакомцем? Теперь чокнутый волшебник имеет на меня огромный зуб, - подумал он.

При обычных обстоятельствах Чант бы не стал тратить своё время на какого-то потерявшего память бедолагу. Слишком многие приходили к нему в магазин с подобными слезливыми рассказами, одетые по моде десятилетней давности и с парой вещиц на продажу. Обычно у них недоставало одного-двух зубов, а изо рта пахло элем.

Чант не являлся сентиментальным человеком. А как иначе? Плохим бы он был ростовщиком, если бы принимал близко к сердцу каждую душещипательную историю, которую ему приходилось выслушивать в стенах своего магазина.

Он осознал, что именно по этой причине незнакомец заинтриговал его. Рассказ Демаскуса был куда интереснее, чем история какого-нибудь пьянчуги, который очнулся ото сна без вещей и ничего не помня. И то, что шарф, этот кусок ткани, который Чант хранил на протяжении четырёх лет, украли у него на глазах, служило тому косвенным доказательством. Демаскус является частью чего-то большего, пусть и сам понятия не имеет, чего именно.

Следовательно, помогая ему, он может помочь и самому себе. А, если и нет, то хотя бы отвлечётся от своих проблем – то, что ему давно уже требовалось. Если, конечно, Чевеш сегодня не отыщет его магазин и не спалит его дотла…

В любом случае, то, что он снабдил нескольких своих осведомителей описанием внешности высокого мужчины с татуировками цвета остывшей золы, служило не только мерой предосторожности. Информация непрерывно циркулировала между обитателями городского дна, и,