Обманы - Джудит Майкл

Каждый день Сабрина с надеждой отпирала дверь магазина и ждала в своем кабинете Оливию Шассон и ее друзей, чтобы пройти с ними в украшенный гобеленами зал, который Лаура оформила в духе салонов знаменитых домов и замков Англии восемнадцатого столетия. Надежды угасали. Первоначальные восторги прошли. Она ждала того самого шума, который, как сказал плотник, будет слышен в кабинете из выставочного зала. Она молилась каждый день, чтобы услышать хотя бы редкие звуки, вроде шороха. Но только несколько туристов зашли из любопытства и мало кто делал покупки.

Теперь деньги были на исходе. Сабрина взяла кредит в банке. И скоро она будет вынуждена продать дом. После этого… Но она не хотела даже думать об этом.

— Обед. — Ее партнер по танцу отвлек ее от грустных мыслей. — Пойдемте поедим. Они наполнили тарелки и сели на диванчик в алькове из занавесок. Ели молча. Сабрина мечтала о том, чтобы поговорить со Стефанией. Ей нужен был друг, с которым можно было забыть об этих тоскливых днях и вечерах, и поговорить, посмеяться, а может, и поплакать. Она теперь мечтала о тех приглашениях, которые обычно отклоняла, когда была женой Дентона.

— Но если она вышла замуж за Дентона ради его денег, — раздался женский голос из-за занавесок, — почему она не потребовала больше денег при разводе?

Сабрина сидела не шевелясь. Когда мужчина начал было говорить, она прижала палец к своим губам. Второй голос ответил высоко и негодующе:

— Откуда ты можешь знать, сколько она получила? Дентон — джентльмен, он не скажет правды, но я знаю, что она потребовала три миллиона фунтов плюс Тревестон и новую яхту. Ее поверенный был возмущен, но вы знаете, как Дентон обожает ее, он отдал ей все, чем владеет.

— Кроме Тревестона, — сказал сухо голос первой женщины, удивительно знакомый Сабрине.

— Ну, дорогая моя, не мог же он отдать национальное сокровище, каковым является Тревестон. Тебе известно, что она отобрала у него лондонский дом?

— Мои дорогие бальные сплетницы, — раздался мужской голос. — Можно ли мне догадаться, кто попался на ваш острый язычок? Может быть, красивая леди Лонгворт? Лучше человека ударить ножом в темноте, чем уничтожать так, как вы.

— Питер, как некрасиво! — сказал голос негодовавшей женщины. — Мы просто обсуждали соглашение, которого достиг бедный Дентон.

— Бедный Дентон? — холодно добавил голос первой женщины. — Дал ей так мало, что он, наверное, отнес это в графу «разные мелкие расходы». Сабрина получила мелочь по сравнению с тем, сколько он постоянно проматывает.

— Тогда откуда она взяла магазин на Бромптон-роуд? — требовательно спросила негодовавшая женщина. — Я проходила как-то мимо и увидела, что там, на окнах ставни ценой не меньше чем две тысячи фунтов.

— Роза! Ты проходила мимо и не зашла?

— Моя милая Роза не зайдет, — отрезал мужской голос, — до тех пор, пока этого не сделают остальные.

— Питер, не будь так груб. Ты только в лицо ей посмотри, сразу поймешь, почему она вышла замуж за Дентона. Она даже не пыталась ничего скрыть, разводясь с ним, меньше чем через год после смерти его отца, передавшего Дентону по наследству титул виконта. Американки очень откровенны, разве не так?

Сабрина сидела, выпрямившись и опустив глаза, как будто обдумывая, что она собирается делать завтра, послезавтра и в последующие дни.

Она услышала скрип стула и голос первой женщины, раздавшийся из другого места:

— Она никогда не играла по вашим правилам, и вы никогда не прощали ее. Думаю, я смогу сделать что-нибудь для нее.

Сабрина повернула голову. Наконец-то она узнала голос.

Он принадлежал той, которая очень давно говорила, что ей придется играть по «их» правилам. Ее партнер коснулся ее руки:

— Хотите, я отвезу вас домой? Сабрина взглянула на него. Глаза ее горели.

— Нет, спасибо. — Ее голос стал тверже. — Я предпочитаю еще потанцевать. «И решить, как бороться с ними, — подумала она, — теперь, когда я знаю, что происходит».

Его глаза смотрели на нее с обожанием.

— Храбрая леди. Они несколько вульгарны, эти Рэддисоны, особенно Роза, но…

— Какая приятная встреча, ну и загадочная штука жизнь… — сказал спокойный голос со стороны занавески, и Сабрина повернулась, чтобы увидеть ленивую улыбку княгини Александры Мартовой. — Твой друг извинит нас? — спросила княгиня. — Я собираюсь взять тебя под свое крылышко.

Александра Мартова была владелицей шикарного каменного четырехэтажного особняка. Она прибыла в Лондон одна, не имея ничего, кроме того, что получила при разводе: счет в швейцарском банке, дом на острове Майорка, квартиру в Париже, алименты в десять тысяч долларов ежемесячно и датского дога, которого она назвала Максом в честь друга. Она была высокой и стройной блондинкой со слегка раскосыми голубыми глазами и волосами, ниспадавшими ей на плечи. От нее исходил дух уверенности, решительности, которого не было, когда Сабрина впервые встретила ее на яхте Макса Стуйвезанта.

— Я решила устанавливать свои правила, — сказала она Сабрине. — Похоже, ты тоже. Я приехала в Лондон, потому что мне скучно. Никто не знает, как организовать хороший прием, вечеринку. Поэтому я решила показать, как это делается. Душенька, я намереваюсь стать самой знаменитой хозяйкой в Европе.

Но, прежде всего ей был нужен дом. Она нашла такой в Белгрейве: высокий и узкий, с высокими окнами, напоминавший викторианскую леди, удивленно поднявшую брови. Там была красная дверь с головой льва. Александре очень нравился внешний вид здания, но было совершенно неприятно его убогое и мрачное внутреннее оформление. Поэтому она выбросила внутренности, оставив скорлупу.

— Я хочу, чтобы ты переделала его для меня, — объяснила она Сабрине. — Сверху донизу. Выпей еще вина. — Она сдула пыль от штукатурки с бутылки и наполнила хрустальные бокалы, которые принесла в корзинке для пикников. Сабрина сидела на одном из тюков, попивая легкое винцо «Божоле» и осматривая то, что было вторым этажом дома Александры. Поскольку внутренние стены были удалены, она видела весь этаж. Остался невыброшенным только мраморный камин. Лучи солнца, танцуя с пылинками, освещали куски дерева и мрамора, что напоминало Сабрине те антикварные изделия, которые они покупали с мамой, зная, что они засияют, если их почистить и отполировать.

Сабрина ощутила то же самое желание, которое было у нее тогда, когда она с завистью смотрела на умелые руки матери. Сияя глазами, она повернулась к Александре:

— Спасибо тебе.

Александра подняла бокал:

— Я рассчитываю, что мы будем помогать друг другу. Тебе нужно, чтобы процветал твой магазин, мне нужно большее: дом и респектабельность, уважение других. Я знаю всех в Лондоне, но, грустно признаться, я для общества тоже загадка. После тех лет и всех кроватей в Монте-Карло и западнее быть княгиней еще не достаточно. Мне нужно достичь многого. Вот и все. Сабрина грустно покачала головой: