Кузен Марк - Элизабет Эштон

- Какая ты хорошенькая, - тихо шепнула ей Элена. - Идем, я познакомлю тебя с Марком.

Она приобняла рукой девушку за талию. Дамарис огляделась по сторонам в поисках седовласого джентльмена, которого она первоначально приняла за своего кузена, но, к ее великому удивлению, его нигде не было видно. Вместо этого Элена подвела ее к высокому мужчине, стоявшему рядом с Розитой. Он стоял, глядя совсем в другую сторону, и как раз наклонился, чтобы что-то прошептать на ушко юной аргентинке, но когда Элена окликнула его по имени, тотчас же поднял глаза и направился к Дамарис, протягивая ей руку.

- Добро пожаловать, Снежная Королева. Вижу, ты нарядилась соответственно своей роли.

Ее ошеломленный взгляд встретился с лукавым взглядом голубых глаз Кристиана Тревора.

- Вы! - выдохнула она.

- Да, Дамарис, это я. Твой кузен Марк.

Глава 5

Дамарис поднялась наверх по широкой лестнице, в ее душе по-прежнему царило смятение. На галерее ее встретила домоправительница, миссис Гарт, дожидавшаяся здесь ее приезда. Она совсем не изменилась, только, может быть, еще больше поседела и чуточку располнела, а в остальном осталась все той же добродушной, заботливой тетушкой, которую она знала с дества.

- О, мисс Дамарис, как я рада вас видеть! - воскликнула пожилая дама. - Вы остановитесь в своей старой комнате, Том уже отнес туда ваши вещи. Пойдемте, я вас провожу.

Она привела ее в маленькую спаленку, находящуюся в самом конце длинного коридора, при виде которой на Дамарис снова нахлынули воспоминания. Первый этаж дома в своем порадном убранстве казался ей незнакомым и чужим, но здесь все было так, как прежде. Вот на этой узкой кровати она спала каждую ночь своего детства и юности, а на полке над ней стояли зачитанные едва ли не до дыр книги, среди которых была и "Смерть Артура". На стенах были развешаны ее самые любимые картины: "Повелитель равнин" Лендсира, "КОнная ярмарка" Розы Бонэр, и "Сэр Галаад" Ватта. А если посмотреть из окна, на котором теперь были опущены шторы, то откроется удивительный вид на море.

- Я подумала, что вы захотите остановиться здесь, - продолжала миссис Гарт, - хотя миссис де Коста хотела отвести вам комнату побольше. Довольно властная она мадам, хотя это и неудивительно, ведь все-таки родная сестра хозяина. Но вот те двое других - настоящие иностранцы, а эта мисс Розита та еще штучка...

- Ясно, - перебила ее Дамарис, останавливая тем самым поток сплетен. - Я очень рада снова вернуться в свою комнату, но, к сожалению, это всего лишь на одну ночь.

Миссис Гарт была явно растроена этим сообщением.

- Как же так, мисс... Хозяин сказал, что вы останетесь на несколько дней.

- Я пообещала друзьям вернуться завтра. Они будут ждать, - твердо сказала Дамарис. До сего момента ни слова не было сказано о том, что ее визит может оказаться более длительным, чем предполагалось, и сама она не хотела задерживаться здесь надолго. Ей нужно было побыть одной, чтобы привести в порядок мысли и сориентироваться в сложившемся положении. Самой сильной эмоцией, охватившей ее в этот момент было яростное негодование. Кристиан или Марк (выходит, "М." на порсигаре все-таки означало "Марк") вел нечестную игру. Значит с того момента во время их первой встречи, когда она назвала ему свое имя, он уже был в курсе всей ситуации. Тайком приехал в Рейвенскрэг, чтобы увидеть свои будущие владению и взглянуть на ту, кого прочили ему в жены, и остался крайне недоволен увиденным. Заявил, что луга заросли сорняками, и, несомненно, ее он тоже посчитал замарашкой. Поэтому-то и сбагрил ее в тот дурацкий пансион, чтобы там ей придали презентабельный вид, и приехал инкогнито в Вальмонд, чтобы самолично убедиться, что вышло из этой затеи. Он специально провоцировал ее на разговоры о Марке, высмеивал ее за верность ему. Ему доставляло большое удовольствие обманывать ее, надо полагать, это тешило его гипертрофированное самолюбие. Наверное, он решил, что она просто корыстная, расчетливая дура, у которой нет ни души, не сердца, ни самолюбия, но только если этот нахал думает, что теперь она радостно бросится ему на шею, то он сильно заблуждается; у нее тоже есть гордость. Истинной целью сегодняшнего объявления о помолвке было окончательно засвидетельствовать ее безропотную покорность кузену Марку, и тогда все козыри были бы у него, но только теперь она уже знала наперед, что не собирается сдаваться без боя.

Она сбросила накидку, и миссис Гарт восторженно всплеснула руками, восхищенная красотой ее платья.

- Боже мой, мисс Дамарис! Да вы просто красавица! Настоящая молодая леди!

Дамарис горько усмехнулась.

- Шедевр сэра Марка, - обронила она вполголоса.

- Если бы ваш дедушка увидел вас сейчас, он был бы очень доволен.

- Пожалуйста, не надо! - прошептала Дамарис. У нее задрожали губы, и она поспешно обернулась к стоящему на комоде зеркалу, чтобы поправить макияж.

- Но теперь его место займет сэр Марк, - продолжала женщина. - С ним вам будет хорошо. Да... он замечательный человек.

- Я рада, что вы так считаете, - сухо заметила Дамарис. - Вообще-то, я думала, что он окажется гораздо старше.

- Да замем же вам выходить замуж за старика? Конечно, сэр Марк тоже уже далеко не мальчик, но он все-таки еще довольно молод. Поместью нужен настоящий хозяин, у которого будет достаточно здоровья и сил, чтобы привести здесь все в порядок. А то за последние годы оно окончательно пришло в упадок...

Дамарис поежилась, начиная в полной мере осознавать всю серьезность своего положения. До сих пор кузен Марк был для нее лишь некоей абстрактной, призрачной фигурой, и она уже свыклась с мыслью о том, что ей придется выйти за него замуж. Но Кристиан Марк в этой роли, такой мужественный и волнующий - это уже совсем другое дело. Она вспомнила, как он не давал ей прохода в Вальмонде, но так не разу и не намекнул на то, что любит ее. Он спокойно взирал на то, как она возвращается в Женеву, думая, что уже никогда его не увидит. Ей пришлось пройти через страдания и душевные муки, стараясь совладать в тем вихрем эмоций, что он разбудил в ее душе, а ему все это время не было никакого дела не до нее самой, ни до ее чувств. Зная, что она все равно вернется к нему, он вовсе не считал необходимым беспокоиться по этому поводу. Она видела, как торжествующе смотрел он на нее там, внизу. Птичка попала в клетку, и теперь, после того как он так ловко одурачил ее и заставил отказаться от любви, ею можно распоряжаться так, как ему только будет угодно.

В дверь постучали, и когда из-за нее раздался такой знакомый голос, поинтересовавшийся: "Можно войти?" - сердце в груди Дамарис бешенно забилось.

Миссис Гарт открыла дверь.

- Да, сэр? - спросила она.

Марк прошел мимо нее и встал за спиной девушки, застывшей перед зеркалом.

- Я принес тебе подарок ко дню рождения, - сказал он. - Думаю, он будет хорошо смотреться с этим платьем.

Она уже забыла, что это был ее праздник, ее день рождения. Она взглянула на его отражение в зеркале, и их глаза встретились - он смотрел насмешливо и как будто возвышался над ней.

- Как я уже сказал, подобрать камень к цвету твоих глаз будет трудновато, поэтому я решил не эксперементировать, но думаю, что эта вещица будет тебе к лицу.

Он вынул откуда-то какой-то блестящий предмет, который затем поднес ближе и осторожно надел ей на шею. Она вздрогнула, почувствовав прикосновение его пальцев. Бриллиантовое колье сверкало и переливалось, словно было соткано из огня.

- Какая прелесть, - чуть слышно прошептала она, - но, право же, зря все это. Такая дорогая вещь...

- Вообще-то, я не нищий. Даже если не принимать во внимание Рейвенскрэг, - ответил он, но это колье - фамильная драгоценность. - Он слегка наклонился вперед, чтобы положить деревянный футляр на трюмо, тихонько сказав ей при этом на ухо: - Да и кому еще дарить тебе драгоценности, как не мне?

Дамарис резко обернулась к нему, хватаясь обеими руками за угол стола.

- Ты пытаешься меня купить?

- А разве ты уже не куплена? - Он взглянул на миссис Гарт. - Вы можете идти. Оставьте нас.

Домоправительница замешкалась, не зная, как ей поступить, сообразуясь с правилами приличия. Марк рассмеялся.

- Ведь мисс Дамарис скоро станет моей женой, - напомнил он ей.

- Очень хорошо, сэр. - Она вышла из комнаты, но оставила дверь открытой. Марк оценивающе оглядел Дамарис с головы до ног, после чего его взгляд снова остановился на ее лице.

- Вижу, мадам Лебрен хорошо поработала с тобой, моя дорогая.

- Хорошо, что хотя бы ты доволен, - резко ответила она, зло сверкая глазами. - Потому что мне самой радоваться нечему.

Он удивленно вскинул брови.

- Вот как? Но разве ты не вернулась домой, о котором так долго мечтала? И разве ты не обрадовалась, когда узнала, что тебе не придется выходить замуж за дряхлого старика, которого ты ожидала увидеть на моем месте? Дамарис, мне всего лишь тридцать с небольшим, хотя, наверное, в представлении девочки-подростка, это тоже весьма почтенный возраст.