Любовь к роковым мужчинам - Светлана Демидова

– Что знаем? – опять испугалась Майя.

– Да не вздрагивайте вы так, Майя Александровна! – Заботин как-то печально улыбнулся. – Мы знаем или... чувствуем... что симпатичны друг другу. Еще, несмотря на то, что вы промолчали... или, наоборот, именно поэтому я понял, что не все хорошо у вас с мужем. А у меня, тоже не буду скрывать, ничего хорошего давно нет... в общем, с женой... скажем так... Почему бы нам не утешить друг друга?

Майя закусила губу. Она все отдала бы за любовь, а не за утешение, но, похоже, на данный момент выбора у нее нет. Путь в неизвестность начался.

– Хорошо, – сказала она. – Поехали... к вам... Впрочем... а как же жена?

– Я состоятельный человек, Майя Александровна, – отозвался Заботин. – У меня есть квартира, куда моей жене хода нет.

Майе сразу сделалось не по себе. Вот оно! То, что непременно должно начаться, когда решаешь жить против собственных правил, по навязанным другими. Кто она для Заботина? Всего лишь последняя из череды женщин, которые проходят сквозь эту, отдельную от жены, квартиру. Не единственная, а одна из... И с этим с сегодняшнего дня стоит смириться, поскольку она и для мужа одна из... Она теперь всегда будет одной из... А есть ли вообще на этом свете хоть для одного мужчины единственная женщина? Или это все сказки для безмозглых дурочек? Скорее всего сказки...

– Вы чем-то огорчились, Майя Александровна? – чутко уловил изменение в ее настроении Заботин. – Еще не поздно повернуть машину в другую сторону! Ну что, поворачивать?

Майя резко мотнула головой, обрубая все концы:

– Нет! Едем к вам!

Квартира Заботина представляла собой новомодный вариант, когда нет никаких перегородок между коридором, кухней и комнатой. Она являла собой одно очень просторное помещение, довольно скудно обставленное. Майя окинула обстановку беглым взглядом и спросила:

– Вам нравится, когда кухонные запахи витают во всем помещении сразу?

– Дело в том, что я здесь редко готовлю, разве что иногда разогреваю в микроволновке, – отозвался Заботин. – Я предпочитаю есть в ресторанах или в них же заказываю еду на дом.

Майя непроизвольно дернулась. Ясно, для кого он заказывает еду на дом – для таких же, как она, женщин разового использования. Неужели она до такого опустится? Так же непроизвольно Майя развернулась к выходу. Заботин неожиданно обнял ее сзади за плечи и сказал:

– Бросьте, Майя Александровна! Если у нас с вами что-то получится, здесь больше не будет никаких других женщин. Клянусь вам...

– А вы прозорливы... – удивленно проговорила она.

– У вас же все на лице написано...

Майя не нашлась что ему ответить. Более того, она не знала, как себя дальше вести, но Заботин повел себя совершенно естественно, и ей пришлось просто подчиниться ему тоже самым естественным образом. Он поцеловал ее в шею возле уха. Женщине было приятно и... щекотно. Она инстинктивно приподняла плечо, и ее щеки коснулись волосы Николая. Он быстрым, но бережным движением развернул ее к себе, и перед Майей вдруг очень близко оказались его серые глаза. Она не успела их рассмотреть, потому что почувствовала на своих губах мужские губы и неожиданно задохнулась в этом поцелуе, будто такое происходило с ней первый раз в жизни. Когда Заботин отстранился, может быть, для того, чтобы проверить произведенное на нее поцелуем впечатление, Майя сама уже нетерпеливо захлестнула его шею руками, и тут же опять от избытка эмоций прервалось ее дыхание, а по всему телу прошел трепет. Николай попытался расстегнуть пуговицы ее костюма, но женщина вырвалась из его рук и попросила разрешения пройти в ванную. Для того, что сейчас должно произойти, она хочет быть свежей и душистой настолько, насколько это в данный момент возможно.

Они тесно прижимались друг к другу чуть прохладными после душа телами, которые с каждой минутой становились все горячее и горячее. Майя удивлялась тому, как точно тело мужчины, что был рядом, повторяло ее изгибы. Они с Заботиным будто были задуманы как разные половинки одного и того же существа, которые в этой жизни обязательно должны были найти друг друга и соединиться. Довольно неуместно в такой момент думать о муже, но Майя не могла не вспомнить, что такого тесного телесного соприкосновения с Романом у нее давно не было. Мешали его упругое брюшко и правая коленка, которая от артроза плохо сгибалась. Николай был словно продолжением Майи, а Майя – его продолжением.

Когда все закончилось, Заботин провел рукой по ее телу и сказал то же самое:

– Ты будто специально изготовлена под заказ для меня.

Она тихо рассмеялась.

– Я правду говорю, – шепнул ей на ухо он. – Вот посмотри: твоя грудь будто специально выточена в размер моей ладони! Разве нет?

Майя рассмеялась громче и сказала:

– Вопрос «разве нет?» никак не подходит для бизнесмена!

– Почему?

– Потому что деловой человек не должен ни в чем сомневаться.

– Ни в чем не сомневается только идиот. Деловой человек просто не должен никому показывать, что в чем-то может иногда и усомниться. Но ты же не партнер по бизнесу.

При слове «партнер» Майе почему-то опять стало не по себе. Разумеется, она не по бизнесу партнер Заботина, но все равно партнер... партнерша... В нынешние времена, когда речь вдруг заходит об интимных отношениях, мужчину и женщину непременно называют партнерами. Наверно, ничего плохого в этом нет, но Майю почему-то всегда от этого коробит. Ну почему непременно партнеры? Почему не возлюбленные, не любящие? Неужели так стыдно любить? Или не стыдно, а в нынешней реальности просто ни к чему? Вот она любила мужа, и что из этого вышло? Ему ее любовь в конце концов наскучила, и он пустился во все тяжкие в поисках острых ощущений. Наверно, надо создавать союзы между мужчиной и женщиной без всякой любви на паритетных договорных началах. Не зря же Майина мать любила повторять чье-то изречение: «Замуж выходить надо не за того, без кого жить не можешь, а за того, с кем жить можно». Слушать ее Майя не хотела, и что она теперь имеет? Пепелище на месте брака с человеком, без которого еще вчера утром не представляла своей жизни.

– О чем ты задумалась, Майечка? – спросил Николай.

– Так... – отозвалась она. – Обо всем сразу и ни о чем конкретно. В общем и целом – о странностях человеческих отношений...

– Ты видишь странность в том, что мы сейчас вместе?

– Да, в этом тоже... Мы ведь совсем не знаем друг друга, а уже лежим в одной постели...

– Думаю, что ничего плохого мы не делаем. Вообще никому. А себе – только хорошее.

Майя приподнялась на локте, заглянула в глаза Николаю и очень серьезно сказала:

– Может быть, себе я как раз делаю плохое.

– Почему?

– Боюсь опять полюбить... Любить нельзя!