Принц, что так жесток - Ингрид Сеймур

Джондар назвал ее дриадой, а значит, она была древесной нимфой, которая жила среди природы.

Я снова подошла к Валериане, медленно опустилась на колени и направила целительскую силу в смятые желтые цветы. Я почувствовала, как сломанные стебельки срослись, а нежные лепестки потянулись к солнцу. Взглянув на творение своих рук, я отошла к лошади.

– Таким прекрасным вещам нельзя причинять вред, – сказала я.

Большая слеза выскользнула из уголка ее глаза и скатилась по щеке.

Я забралась на Маргаритку и помчалась вперед, не сводя взгляда с дороги, зная, что если оглянусь, то просто не смогу уехать. Остальные уже ускакали, но Джондар дождался меня. Он грустно улыбнулся мне, и наши лошади медленно зашагали вперед.

Глава 13

– Ты знаешь, кто мог напасть на семью этой девочки? – спросила я у Джондара через несколько минут тишины.

– Могу только догадываться.

– Мифорн, чтоб он провалился, – проворчал впереди Крина.

– Как Келлан Мифорн, король Неблагого двора? – спросила я, чувствуя, как внутри все цепенеет от страха.

Крин кивнул, не сводя глаз с дороги.

– Он самый. Паршивый ублюдок.

Неужели он соизволил со мной заговорить? То есть заговорить как нормальный человек, а не бросаться издевками?

– Конечно, не он лично, а его люди, – продолжал Крин. – Уверен, сейчас его костлявая задница утроилась на одном из многочисленных бархатных тронов, которые он расставил по всему Хаймару.

– Но я думала, эти земли принадлежат Благому двору, – сказала я. – Зачем ему… – Я замолчала, осознав, что означает такого рода агрессия.

– Как я уже говорил, назревают волнения, – произнес Джондар. – Мифорн недоволен размерами своих владений.

– Это еще мягко сказано, – усмехнулся Крин.

Я чувствовала, что они много не договаривают. Конечно, я бы начала задавать вопросы, если бы знала как, но я плохо разбиралась в политике Эльфхейма. Я знала лишь то, что в прошлом дворы вели ужасную войну и они с большим трудом заключили мир.

Пока мы двигались в тени густых деревьев, все настороженно оглядывались по сторонам, словно ожидая нового нападения.

Я никак не могла выкинуть из головы поведение Калилла.

Я посмотрела на его напряженную спину. Он, как и всегда, возглавлял наш отряд и немного обгонял Арабис.

Что-то было не так с принцем Калиллом Аданорином.

В этот раз мне не померещилось тьма в его глазах. Вены, в которых словно пульсировала темная кровь. Я видела нечто подобное в тот день, когда он сражался с Крином на поляне, но решила, что мне это показалось. А после сегодняшнего сомнений не осталось. Он стоял прямо передо мной, готовясь отрубить мне голову, с совершенно диким выражением лица.

Конечно, это вовсе не означало, что с ним что-то не так. Возможно, он просто начал показывать свое истинное лицо. Но что-то подсказывало мне, что здесь скрывалось нечто другое. Он явно был не в порядке. А что, если именно поэтому я здесь? Что, если он был болен? Я видела и более худшие проявления болезни. Маленькую девочку, чьи внутренние органы превращались, а она сама оставалась человеком. Вампиров, которые умирали после одной-единственной дозы наркотика, изготовленного магами. Демона, раненного небесным клинком и истекающего золотой кровью. Принца Благого двора вполне мог укусить жук, из-за чего он на полдня превращался в полного мудака.

Звучит безумно, но в этом была какая-то странная закономерность.

– Кажется, за нами следят, – сказал Джондар, прерывая мои размышления.

Мое сердце бешено заколотилось, когда я представила, что нас преследуют те, кто убил семью Валерианы.

– Ты уверен? – спросила я дрожащим голосом, который выдавал мой страх.

– Это Валериана, – ответил Джондар. – Ты смогла ее убедить.

Я начала оглядываться через плечо.

– Не стоит. Дриады гордые. Пусть верит, что мы не подозреваем о ее присутствии.

– Но как она нас догонит?

– Не переживай. Деревья помогут ей.

Я не знала, что это значит и как именно деревья могут помочь, но мое невежество никого не удивило. Здесь, в Эльфхейме, я была хуже выброшенной на берег рыбы. Хуже динозавра, который оказался не в том королевстве и не в том времени.

Примерно через час после встречи с Валерианой Арабис пришпорила лошадь и обогнала принца.

– Из-за этой листвы трудно определить время. – Цилия взглянула на густой полог. – Но, похоже, Арабис считает, что нам надо поторопиться.

– Нам стоит поторопиться, если мы хотим добраться до Имбермора до захода солнца, – заметил Сильвер.

Мы перешли с быстрого шага на галоп. Я переживала, что Валериана не сможет за нами угнаться, но Джондара это, казалось, ни капли не волновало, поэтому я ничего не сказала.

Спустя некоторое время мы вышли из леса на широкую равнину, справа от которой находился большой водоем.

Я замедлила шаг, чтобы полюбоваться прекрасным видом. Вот бескрайнее голубое небо, простиравшееся над нами; и лазурные воды, в которых сверкали игриво лучи солнца. Там россыпи ярких полевых цветов среди травы, доходившей лошадям до колен. Над головой пролетали стаи золотистых птиц, чье красивое оперение блестело на солнце так, что мне пришлось отвести взгляд. Неподалеку паслись животные, похожие на крохотных оленей, а их рога были увиты лозами. А вдалеке, в нескольких часах езды, виднелись высокие шпили, которые наверняка являлись частью Имбермора.

– Наконец-то, – сказал Джондар, остановившись рядом со мной. – Уже видно дом. – Он дернул за поводья.

– А как же Валериана? – спросила я, и он придержал коня.

– Ах да. Я и забыл о ней. – Он подъехал к опушке леса и громко произнес: – Мы знаем, что ты здесь, дитя. Выходи.

Мы остались ждать, а Сильвер, Цилия и Крин не спеша поехали дальше.

Я оглядела деревья, но девочки нигде не было видно.

– Ты уверен, что она там?

Джондар кивнул.

– Я немного отъеду. У меня такое ощущение, что она выйдет к тебе.

Я только открыла рот, чтобы возразить, но он развернул коня и быстро присоединился к остальным. Маргаритка наклонилась, чтобы пощипать траву, и переступила с ноги на ногу, так что ее тело мягко покачнулось вместе со мной.

Я прочистила горло.

– Выходи, Валериана. – И быстро добавила: – Пожалуйста.

Тишина.

Я посмотрела назад, чтобы узнать, далеко ли уехали остальные. Не очень далеко. Видимо, они все еще не верили, что я не ускачу в закат при первой же возможности. Когда я снова повернулась к лесу, Валериана уже стояла у опушки, опустив голову и сцепив руки перед собой.

Я спешилась.

– Привет, – сказала я. – Ты, наверно, устала? Ты так долго