Муж за алиби - Наталья Андреева

— Это правда?

— Да. Так и было. Кстати, напиши для достоверности. О том, что, когда джип въезжал, он зацепил стоящие у стены коробки, и одна из бутылок разбилась. Хм-м-м… Оказывается, наш покойный босс иногда выпивал в гараже с товарищами. Иначе, зачем ему там спиртное и закуска?

— Вера!

— Пиши!

Он вытер ладонью мокрый лоб. Когда же кончится эта проклятая жара! И этот мерзкий запах как от сгоревшей яичницы! Написал, поставил число, подпись, потом протянул бумагу Вере. Она взяла, внимательно перечитала:

— Ну вот и умница. Теперь эта ценная вещь займет место в банковском сейфе вместе с показаниями других свидетелей. Чтобы ты не сбежал от меня после свадьбы. Надеюсь, на этот раз ксерокопию делать не надо?

— Мне сегодня остаться?

Вера задумалась: это в ее планы не входило. Вернее, она продумала до мелочей весь сегодняшний вечер, но только до того момента, когда получит от Никиты заветный документ. Дальше у нее в плане была свадьба, а уж потом…

Между этим моментом и бракосочетанием ничего не было. Ноль. Пусто. А раз так, то прежде чем Никита останется у нее ночевать, надо все хорошенько обдумать.

— Знаешь что, милый, давай-ка мы выпьем шампанского! — стараясь казаться веселой и уверенной в себе, сказала Вера.

— Значит, остаться. Не сяду же я пьяный за руль?

Она получила вещь, которую так долго желала, но теперь не знает, что с этой вещью делать. Пятнадцать лет в ее активе абсолютный ноль! А точнее в ее личной жизни. Сказать ему об этом? А если представить на минутку, какое у Никиты после подобного заявления будет выражение лица? Вера была к этому не готова.

— Я сегодня неважно себя чувствую. Ну ты понимаешь.

— Понимаю. Критические дни?

Вера немного смутилась. Сегодня, спасибо рекламе, и любой ребенок детсадовского возраста знает про критические дни. Но женщины в отличие от жизнерадостных комментаторов за кадром все равно говорят об этом, понизив голос.

— Да, — кивнула она. — Ты, конечно, можешь лечь в большой комнате, на диване.

— У меня дома тоже есть диван. Зачем тебя обременять?

— Да, ты прав. Поезжай домой.

— Послушай, Вера, мы так и будем тянуть с этим до свадьбы?

— Тянуть с чем?

— С интимной близостью, если уж ты так деликатничаешь!

— Я не деликатничаю, я просто не готова… Мне надо подумать.

— Подумать?!

— Я тебя провожу, — Вера вскочила с кресла и решительно направилась к дверям.

Надо же! Учесть все, кроме такой банальной вещи! Кроме того, что он в этот же день захочет остаться в ее квартире на ночь! Как она это упустила? А ведь замуж собралась!

В прихожей Никита спросил:

— И когда я увижу свое алиби? Может, ты дашь мне номер ее нового телефона?

— Нет, зачем же? Я сама поговорю с Надей.

— А ты уверена, что знаешь, где она живет?

— Ни о чем не беспокойся. Ну все. Пока.

Уже стоя на пороге, он поцеловал Веру в щечку:

— Спокойной ночи. Невеста.

Когда Никита ушел, Вера вернулась в комнату и, схватив со стола полный бокал шампанского, рухнула на диван. Вот и все… Она победила. Надо уметь добиваться цели. Теперь надо продумать вечер, то есть первую ночь, которую Никита проведет здесь. С Василисой, что ли, посоветоваться? Что там говорится в ее умных книгах? Насчет ночи, наступающей после того, как завоеван любимый мужчина? Что с ним делать?…

…Он ехал домой и думал, думал, думал… Должен быть выход. Вера, без сомнения, придумала блестящий план, но он чувствовал, что какой-то изъян в нем есть. Ну давай, напряги мозги! Ведь речь идет об убийстве! Она подложила в бокал снотворное. Это факт, потому что он, Никита, его туда не клал. Но это же значит… Да!

В голове вертелось красивое нерусское слово: «рокировка». Шахматный термин. Когда ситуация становится угрожающей, король меняется местами с ладьей, прячется за нее и уходит изпод удара. Перед ним надежная линия защиты, три сцепленных друг с другом пешки. Рокировка. Туда-сюда. Король прячется. И уходит. Из-под удара.

О, Господи! Или он полный кретин, или полные кретины работают в милиции! Во всяком случае, это шанс. Вера — его шанс. Да здравствует Вера и ее коварство!

10

и вечером следующего после решающего разговора с Никитой дня Вера поставила об этом в известность своих сотрудников. После работы она попросила всех задержаться, чтобы генеральный директор, то есть директорша, могла сделать заявление. Затем, дабы пресечь возможные слухи, громко и четко сказала аудитории, что тридцатого августа, в пятницу, приглашает всех на вечеринку в честь собственного бракосочетания, которое состоится первого сентября. Стоит ли говорить о том, что эта новость стала сенсацией? Пока сотрудники замерли в недоумении, Вера Александровна Алмазова вернулась в свой кабинет. Пусть-ка переварят эту сногсшибательную новость, а потом потянутся к директору с поздравлениями, когда придут в себя. Сегодня Вера торжествовала.

Первой ее поздравила верная Соня. Зашла в кабинет с приказами, которые Вере надо было подписать, и защебетала:

— Ой, Вера Александровна! Как это неожиданно! Вы замуж выходите! И так быстро! Уже через десять дней!

— Так что готовьте подарок, — рассмеялась сияющая Вера.

— Обязательно! А кто жених?

— Ты его знаешь, — продолжала интриговать Вера.

— Ой, Вера Александровна! Как интересно!

— Это Никита. Ты должна его помнить. Менеджер торгового зала, который работал в «Товарах для офиса». Красивый молодой человек высокого роста. Со светлыми волосами. Никита Намин. Ну вспомнила?

— Никита? — кажется, Соня очень уж удивилась.

— Что? Большая разница в возрасте?

— Нет, что вы, Вера Александровна! Вы так замечательно выглядите! Вы смотритесь вместе прямо как ровесники!

(«Правильно, девочка, говори мне комплименты. Тебе за это хорошо платят. Мы с Никитой не смотримся, как ровесники, но меня это мало волнует»).

— Соня, у меня к тебе будет ряд поручений. В связи с предстоящим бракосочетанием. Ты возьми себе в помощь девочек-менеджеров, и приготовьте все, что надо к вечеринке. На церемонию в ЗАГСе и в ресторан никого из сотрудников не приглашаю, все будет очень скромно. Только родственники и близкие друзья.

— Я понимаю, Вера Александровна.

— Но чтобы никто не обиделся, мы не будем экономить и организуем здесь в пятницу шикарный ужин, а после ужина танцы. Тем более надо отметить мое вступление в новую должность. Видишь, сколько событий сразу! В моей жизни произошли такие важные перемены!

— Я все сделаю, Вера Александровна.

— Ну вот и отлично. Девочек я заранее прощаю, если они будут отсутствовать на работе в то время, когда придется заниматься моими проблемами. Ты только мне список составь. Деньги получишь завтра же. Утром зайди ко мне. А сегодня ты свободна. Можешь идти домой.

— Хорошо, Вера Александровна.

Секретарша собралась было уходить, но Вера окликнула ее уже в дверях:

— Соня?

— Да, Вера Александровна?

— А ты замужем?

— Да. Уже два года.

— Я хотела тебя спросить… — Вера слегка замялась. — А сколько тебе лет, напомни?

— Двадцать три.

— И уже два года замужем… Нет, ничего. Иди домой, Соня.

— До завтра, Вера Александровна!

Соня радостно упорхнула. К мужу небось. Ну что хорошего в этой девочке? Разве что аккуратность и исполнительность. Блеклая какая-то, даже хорошенькой не назовешь! Из простой семьи, отец шофер, мама, кажется, медсестра в поликлинике. И вот, поди ж ты! Двадцать три года, а уже два года как замужем! И мужа наверняка не покупала. Тем более за алиби.

Алиби, алиби… Вера взяла со стола свой мобильник и набрала номер телефона Нади. Пора подумать и об этом.

— Але! Кто это? Але! — раздалось через некоторое время в телефонной трубке.

Надин голос показался ей странным. Пьяная, что ли?

— Надя? Это Вера Александровна. Ты где?

— Ах, Вера Александровна! А я лежу на берегу самого синего моря! Загораю! Пиво пью! Красота!

— Что-что?

— Мой богатенький Буратино полез купаться, а я на песочке валяюсь.

— Какой Буратино? Что ты несешь?

— Клиент. Подцепил меня в массажном салоне. Представляешь? — («Сколько же она выпила пива?») — И предложил на юг прокатиться. Красота!

— На сколько прокатиться? — слегка растерялась Вера.

— На пару недель. Все шикарно. Отель — класс! Номер — класс! Клиент — класс!

(«Дрянь! Ненавижу!»)

— Надя, у меня к тебе дело.

— Какое еще дело? Какие сейчас могут быть дела? Мне так хорошо!

— Ты Никиту помнишь?

— Делать мне больше нечего! У меня море под боком плещется!

— Наденька, напрягись. Тебе надо подтвердить, что ту ночь… Помнишь? Он провел с тобой.

— Еще чего!

— Так надо, милая. Тебе только надо сказать, что в половине двенадцатого вы вместе ехали на машине к нему домой. И все.