Печать зверя - Маркус Кас

отчего обладатели этого дара так долго практикуются, не вылезая с волей и лесов.

Но, если не взять нахрапом, то можно попробовать хитрость.

Мне нужно было нарастить мощность источника, чтобы справиться с поиском волков. Пусть я и чувствовал, что мои попытки ощутимо влияют на дар, но выматывало это слишком быстро.

Поэтому, вдоволь нагулявшись, к вечеру я решил вернуться в поместье.

Идея устроиться тут на ночевку я всё же отбросил. Да, шанс встретить хищников ночью был неплохой, но спать на мхе не очень комфортно. Да и запасы еды как-то быстро кончались, не в последнюю очередь благодаря белкам.

Так что к закату я вышел к деревне, напился колодезной воды и неторопливо побрел к графскому дворцу. Отдых на природе это хорошо, но горячая ванная и ужин, поданный на посуде и с приборами — гораздо лучше.

Лай был слышен издалека. Псы заливались яростью, это мой дар точно дал понять. Среди этого почти терялись крики людей.

Я рванул по дороге, выплюнув соломинку, которую беззаботно пожевывал.

Возле псарни едва не оглох и машинально послал собакам успокаивающую волну. Те стихли и перестали метаться по двору за ограждением. Дар вспыхнул и значительно расширился. Я даже замедлился слегка, удивленный такой реакцией на простое вроде бы действие.

Намерение! Вот о чем шла речь в книгах, что я прочитал. Сила анималиста и её развитие зависит от намерения. Я-то решил, что это больше про сосредоточенность. А выходило, что на дар влияло желание, ради которого маг его использовал.

Я хотел просто помочь животным, встревоженным до предела.

Но радоваться времени не было, я снова ускорился, направляясь в сторону криков.

За строениями конюшен находилось поле для выгула. А за ним низкие постройки, по виду и аромату — коровники.

Пока я добежал, вопли прекратились. Граф Зотов стоял возле хлева с ружьем и зверским лицом. Рядом переминались пара человек, судя по одежде, местные рабочие. Чуть дальше пастух загонял внутрь коров. От животных исходил явный страх.

— А, Александр Лукич! Ну слава богу, вернулись, — с видимым облегчением бросил граф.

— Что случилось? — нахмурился я.

— Проклятые волки! Совсем обнаглели, напали считай что возле жилья, — он махнул на высящийся вдали дом. — Я уж забеспокоился, не было ли вас поблизости.

— Нет, я другой стороне был, — помотал я головой, разглядывая луг, примыкающий к кромке леса. — Никто не пострадал?

— Разве что нервы…

Оказалось, что пастух вовремя заметил приближение зверей. Не растерялся и не испугался, бросился за ружьем и пальнул пару раз. Скот с перепугу сам рванул к укрытию, да и волки драпанули.

Зотов похвалил того за храбрость и отчитал за самоуправство. Оружие, что логично, вообще-то пастуху не полагалось. Но тот решил подстраховаться и таскал с собой это самое ружье. Прятал в кустах, чтобы никто не заметил. Что в итоге и спасло скот.

Я решительно двинулся в сторону деревьев.

— Вы куда? — удивленно окликнул меня граф.

— Взглянуть на следы хочу.

— Подождите, я с вами.

Оружие Зотов оставил при себе. Пока мы шли, владелец земель принял решение на время приставить ко всем пастбищам вооруженную охрану. Чтобы та отгоняла наглецов до начала охоты. А уж после такой проблемы не должно было остаться.

В принципе, это было правильно. Уж лучше стрелять будут обученные люди, так меньше вероятность случайных жертв. Напуганные люди могут начать и по своим палить. Так что пастуху за дело достался выговор.

Отпечатки лап мы нашли быстро. Их было немало, по словам егеря, штук шесть зверей. Среди них и волчонок.

— Приводили учить охоте, — вздохнул граф и всмотрелся в заросли. — Ну чудеса конечно. Ладно летняя стая, но с детенышами…

Следы вели вглубь леса и мы двинулись по ним.

— Смотри-ка, — присел Зотов и указал на землю. — Один раненный, хромал.

Я наклонился и попытался разобраться, как он сделал такой вывод. Естественно, ничего не понял.

— Один отпечаток еле заметный, видите? — объяснил он. — Значит, зверь старался не переносить вес на лапу.

Я воспользовался этой остановкой, чтобы снова бросить поисковую сеть. И теперь отклик был почти мгновенный. Действительно, шесть волков и недалеко! Почему-то стая не сбежала, а словно затаилась.

Точное расстояние определить у меня пока не получалось, лишь примерное.

Закатное солнце создавало длинные тени и казалось, что под ногами всё изрезано на полосы. Разгоряченную от бега кожу холодил вечерний воздух и я поежился.

— Алексей Романович, могу я попросить вас об одолжении? Только не спрашивайте зачем. Мне хотелось бы остаться тут одному.

Граф было открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал и просто кивнул. Но перед уходом всё таки предложил мне взять ружье. Я отказался, мне бы оно только мешало.

Зотов ушел, а я наконец спокойно взялся за создание связи. Действовал очень аккуратно и начал с волчонка. Взрослого волка касание моей магии могло бы спугнуть.

Хотя вреда я им причинять не желал. Императорская охота всё расставит по местам.

Волки залегли в каком-то овраге и отдыхали. Только детеныш носился, играюче покусывая собратьев за бока. Ну, так мне передалось из сознания зверя. Его глазами я не мог видеть, но зато ощущения были похожи на то. В зоопарке я наловчился интерпретировать чувства животных, перенося на человеческий лад.

Да и воображение у меня было живое. Так что я почти видел, словно наяву, как волчонок не дает покоя взрослым, а те ворчат, но не ругают.

Разум юного зверя был пока ещё чист и незащищен. Совсем скоро он научится остерегаться и быть внимательнее. Узнает вкус добычи и сумеет сам ту загонять. Сейчас же им двигало любопытство. Моё касание ему показалось забавной игрой.

Мне хватило времени тщательно изучить особенность сути диких животных. Прежде чем стая всё же ушла подальше от людей, я уже понял, как их распознавать.

Вожака рядом не было. Вообще на всю округу эти волки были единственные. Сильно расширить поисковую сеть не удалось, не хватило сил.

Но самого важного я добился. Теперь оставалось как можно быстрее развить источник, чтобы достать вожака и за сотню километров. Задачка непростая, но пара идей было, как облегчить её.

В одной из работ, которые я изучал в библиотеке, была описана интересная теория. Что каждый вид связан между собой. Будто тончайшими нитями, тянущимися от одного к другому. И, если постараться, то по ним можно отыскать любое живое существо.

Понятное дело, что всё