Несущий свет - Борис Григорьевич Рогов

Сейчас перед нами стоит вопрос. Надо ли нам вступать в контакт сразу, или лучше присмотреться, собрать побольше информации, проанализировать её и только потом идти на эпикинонию[42]. Прошу всех высказаться по этому поводу. Решать буду я, согласно возложенным на меня обязанностям, но выслушать мнение всех я считаю необходимым. Поэтому пока воздержусь от озвучивания собственного мнения на этот счёт. Гриф, давай, ты первый.

– Я бы предпочёл более радикальный подход. – Нефритовый тёмно-зелёный цвет кожи навархоса подчёркивал солидный статус командира корабля. Он говорил весомо, медленно, словно взвешивая каждое слово. – Нам надо пожить здесь до открытия нуль-перехода. За это время собрать всё, что можно, а потом вернуться на Минойю. Ни в какие контакты нам вступать нельзя! Все решения должен принять Верховный Совет. Таково моё мнение.

– Так нельзя! – возмущённо бросил Тарасий Ликрас. – Великая цивилизация Минойи не может вести себя как готовящийся к воровству мелкий воришка. Это просто недостойно нашей великой истории.

– Рас, угомонись! – Остановила темпераментного хамита Тайнесса. – Мы для этого сейчас всех выслушаем. Кто ещё хочет сказать?

– Я поддерживаю Тараску, – подняла руку врач экспедиции Эвиста Танакис. – С точки зрения биологии вообще и медицины в частности, нет никаких препятствий для откладывания общения с аборигенами. Наши биофильтры достаточно мощны, чтобы не допустить попадания в организм враждебных микроорганизмов. Попадания своих мы тоже можем запросто избежать. Нанофильтры работают в обе стороны.

– Здесь дело не в биологии! – Поднялась с дивана, блестя изумрудной кожей, Даната Сойферт. – При всей схожести, у нас не совпадает психика, что у отсталых рас чревато неспровоцированной агрессией. А судя по наблюдаемым вспышкам... Да и ребята с «Цефея» докладывали... Здесь уже научились создавать взрывные устройства на основе ядерного синтеза, а это грозит нам уничтожением. Глупо погибать, не принеся пользы родной Минойе.

– Ну, что ж, мнения разделились, Тай снова вышла на середину. – Поэтому решение беру на себя. На основании полномочий данных мне Верховным Советом приказываю готовиться к посадке на планете и прямому контакту с представителями местного населения. Подробности приказа с распределением обязанностей каждого члена экипажа будут доведены до всех в течение завтрашнего дня.

6[Б.Г.3] НЛО АТАКУЕТ

Осенняя ночь над Белоруссией медленно приближалась к рассвету. Пассажирский борт №42315 выполнял обычный рейс по маршруту Тбилиси – Ростов – Таллинн[43]. Самолёт летел на крейсерской скорости с эшелоном 10.600, подчиняясь указаниям автопилота. Всё по расписанию. Всё как всегда. Привычно мигали лампочки и дрожали стрелки приборов на зелёном приборном табло. Привычно заглушал все посторонние звуки рёв двигателей. За бортом привычно темнело сентябрьское ночное небо. В 4.05, когда до аэропорта назначения оставалось приблизительно 700 вёрст, или 45 минут полётного времени, КВС Игорь Александрович Черкашин почувствовал, что от этой обыденности сейчас уснёт, ему безумно захотелось крепкого сладкого кофе.

Он стянул с головы гарнитуру и, повернувшись за спину, сидевшего между ним и вторым пилотом, бортмеханика, крикнул в проход:

– Девочки, кофеёчку сделайте, пожалуйста.

– Да, командир, – откликнулась дежурившая по салону бортпроводница, задорная блондинка Танечка Русакова. – Две минуты. В салоне полный порядок, паксы[44] спят. Как раз до побудки успею для вас кофе...

Она не успела договорить, как её перебил Гена Лазурин, второй пилот экипажа, занимавший место у правой форточки.

– Гляньте, что нам сегодня природа подкинула, – он ткнул пальцем в прозрачный треугольник у себя над головой. – Какая яркая «звёздочка»...

С этой секунды полёт перестал быть рутинной чередой привычных действий.

Действительно, справа под углом около 90° к курсу, выше горизонта горел яркий эллипс.

– Михалыч, может, ты скажешь, что это за хрень нам курс подрезает? – обратился он к сидящему за штурвалом штурману.

– Рефракция света в атмосфере или еще что... – Ответил тот, без особого волнения в голосе. – Командир, надо бы в Минск отсемафорить. Всё-таки не рядовое явление. Я такой яркости и продолжительности свечения ни разу не видел.

– Наверное, наши вояки, что-то изобрели, испытывают на мирных гражданах. – Предположил командир экипажа. – Но ты, Михалыч, прав, доложить надо обязательно. Понаблюдаем, чутка и доложим...

Луч света вдруг раскрылся, превращаясь в яркий световой конус. С этого момента происходящее справа по борту видели все, кто не спал. В точке, испускающей свет, возник второй конус, шире, но бледнее первого. Затем третий - широкий и совсем светлый.

Весь экипаж дружно повернул головы в сторону увеличивающейся в размерах «звезды». У лётчиков возникло одинаковое ощущение – неизвестный объект висит над землей на высоте километров в сорок. Лазурин догадался достать карандаш и принялся на скорую руку набрасывать рисунок необычного явления. Невероятно, но на земле, освещенной конусообразным лучом, всё отчетливо видно – дома, дороги, изгибы рельефа, даже отдельно стоящие деревья.

Ослепительная белая «звёздочка», окруженная концентрическими цветными кругами, постепенно приближалась к самолёту. Неожиданно она вспыхнула, и на ее месте возникло зеленое облако. Источник света ярко мигнул зеленым и постепенно стал гаснуть, закрываясь появившимся вокруг него клубящимся зеленым облаком, которое в течение 5 секунд разрослось и приняло форму абсолютно круглого шара голубого цвета, с четкими и резкими краями, диаметром примерно в половину Луны. В центре возникшего шара сформировался другой шар, более темный, но с четкими резкими краями, диаметром в 4-5 раз меньше первого.

– Мужики! Смотрите! – взволнованно воскликнул Лазурин. – Инверсионный след... Что-то запустили, наверное. Ты Михалыч, прав... Точняк, сапоги[45] опять что-то мутят.

Из объекта влево и вверх под углом к горизонту ударил мощный, очень тонкий луч голубовато-серебристого света. Луч постепенно опускался сверху вниз, собираясь пересечь траекторию воздушного судна.

***

– Товарищ навархос! – вытянулся Гениос перед стоящим в задумчивости перед панорамным иллюминатором. – Разрешите обратиться.

– Чего тебе, малой? – буркнул недовольно капитан корабля.

– Разрешите мне ознакомиться в свободное от несения вахты время с устройством планетолёта системы «Анемос-21-001».

– А разве у тебя на курсе не было программы изучения подобной техники? – удивился Грифандр. – Насколько я помню...

– Никак нет! – отчеканил Гениос. – Мы изучали устройство «Анемосов» только до 15 модели. Если мне предстоит управлять этой машиной, я должен быть уверен в технике.

– Тут, я не могу возразить, – улыбнулся капитан. – Техника на Миной развивается так быстро, что и в самом деле уследить в учебку сложно. Это ты правильно решил. Отвожу тебе неделю до