Боярский сын IV – Офицер Империи - Никита Гримм

пуль всадили, а его шкуре ни хрена… Он просто стоял и ждал, словно красовался перед нами… А потом он выдохнул. Он выдохнул Черным Дымом.

«Черный Дым» был фактически даже не оформленным арканом, а «сырым» выбросом силы через стихию Тьмы в темном Источнике. Критического урона нанести он, конечно, не мог, разве что только для простого человека был страшен. Эта простейшая манипуляция с Источником использовалась в подготовке Одаренного для обучения контролю «альфа-стихии».

— Ты хочешь сказать, что простой зверь использовал Дар? — Прищурился Конев.

— Не просто использовал, а атаковал нас с его помощью. После «Черного Дыма» были «Осколки Тьмы», а итогом он поймал одного из моих бойцов в «Теневые Путы». И все это он выдал меньше, чем за полминуты.

— Ранг Адепта?

— Скорее, молодой Аколит. — Покачал головой Хартов, — Скорость выдачи арканов, мощность, качество… Я впервые такое увидел… Да только это не самое жуткое.

— Что может быть более жутким, чем хищник, использующий Дар?

— Дети. — Ответил Хартов, и замолчал, уставившись на Конева.

— А что с ними было не так? Вы нашли детей?

— Нашли… Только не таких, которых ты себе представляешь… — Покачал головой Андрей Андреевич, — Мы прошли дальше до поселка на Косе… Время как раз глубокой ночью уже было… Первый дом осмотрели, второй, третий, потом собрались все на улице. На улице мы услышали детский смех. Все начали осматриваться, искать глазами источник звука. Звук повторился со стороны одного из домов, который мы проверяли… Я пару бойцов отправил проверить. Их несколько минут не было. А потом показался ребенок. Мальчишка, лет семь на вид внешне… Кожа серая, глаза, волосы и губы черные, как гуталин для обуви… И в руках он оторванную руку бойца моего держал…

— В смысле руку?

— В прямом — мальчишка руку оторвал моему бойцу. Те даже отреагировать не успели. Мы как руку увидели, тут же начали стрелять, а мальчишка просто в землю провалился под ногами. Я скомандовал отходить через дом, куда бойцы ушли. Мы прошли, а там два тела, у обоих глотки перерезаны, у одного рука из локтевого сустава вырвана… Судя по тому, что я увидел, никакого сопротивления они оказать так и не успели. Мы смогли довольно спокойно из деревни выйти. Прошли пару километров абсолютно спокойно. Думали уже, что вырвались, и тут началось самое веселое.

Хартов начал нервно перебирать складки на одеяле.

— В лесу нас атаковали. Сразу нескольких бойцов. Не стреляли. Только холодняк, эти серокожие детишки выскакивали из-под земли как кроты, резали бойцов, смеялись и вновь под землю проваливались… Они нас, подготовленных бойцов, резали как свиней, Вася, я…

Хартов замолчал, наконец-то отпустив одеяло.

— У тебя сигарет нет, Сармат?

— Нет, не взял с собой, извини, завтра привезу… — Ответил Конев, — Ладно, Андрюха, мы сегодня уже поедем, я завтра в обед к тебе заеду, хорошо?

— Хорошо. — Кивнул Хартов.

Конев и Хартов пожали руки, и мы покинули палату. Выходили молча. Также молча мы покинули госпиталь. Лишь у машины мы впервые начали говорить. Василий Иванович завел машину, достал пачку сигарет. Запалив никотинового солдатика, Конев выдохнул облако сизого дыма, и сказал ни к кому не обращаясь:

— Дела…

— На сколько ты ему довераешь, Василий Иванович?

— На все сто. — Ответил Конев, — Если Хартов сказал, что их резали как свиней неизвестные дети Одаренные, то это так и есть.

— А если это не дети?

— Что ты имеешь в виду, Матвей? — Конев уставился на меня.

— Я уверен, что это были не дети. — Кивнул я.

— А кто тогда?

— Демоны. — Просто ответил я. — Это были демоны.

Глава 4

Глава 4. «Во имя процветания империи!»

РИ, Санкт-Петербург, набережная Обводного канала, дом 76, литера В, медицинский лазарет императорского двора, 7 января , 12.00

— ГДЕ МОЙ БРАТ⁈ — Рев Великого Князя сотряс приемное отделение лазарета императорского двора, хотя распахнутые входные двери еще не успели закрыться.

— Божечки мои… — Выдохнула приемная медсестра, закрыв нижнюю половину лица планшетом.

Бумаги не были закреплены в держателе и рассыпались под ноги девушки. Все в приемном отделении замерли на мгновение. Раздался хлопок закрывшихся дверей.

Великий Князь бросил взгляд за спину, поняв, что наследник и четверо сотрудников царской охранки зашли вслед за ним, он двинулся вперед. Пройдя половину отделения, он вновь остановился и повторил уже гораздо спокойнее:

— Где мой брат?

— Я… я сейчас… сейчас главврача позову, Ваше Императорское Высочество… Он… он вас проводит…

— Я жду.

Медсестра убежала искать главврача. А Великий Князь остался стоять посреди приемного отделения. Наследник тяжелым шагом подошел к Великому Князю и встал по правую руку от него.

— Уверен, что ошибки нет?

— Не думаю. К сожалению. — Коротко ответил Михаил Васильевич.

Час назад Великому Князю сообщили новость, в которую он не хотел верить. Он забрал с собой Константина, первых дворцовых, что стояли у его кабинета и покоев наследника, и помчался в лазарет императорского двора…

— Добрый день, Ваше Императорское Высочество. — К Великому Князю подошел высокий седой мужчина в медицинском халате и коротко поклонился, — Позвольте представиться, Балошин Виктор Валентинович, заведующий лазаретом.

— Добрый день, Виктор Валентинович. Не буду рассыпаться в любезностях, сейчас не время и не место. Прошу вас сопроводить нас к моему старшему брату. — Кивнул Михаил Васильевич.

— Прошу за мной, господа. — Кивнул Балошин и, развернувшись, быстрым шагом отправился вглубь лазарета.

Великий Князь, наследник, медсестра, сотрудники охранки — все единым потоком отправились следом. Вся толпа разношерстного народа двигалась во главе с главврачом и Великим Князем. Только главврач не поднимался к палатам пациентов, а вместо этого начал спускаться в подвал. Весь народ двигался следом. Пройдя по коридору, главврач остановился у единственной металлической двери, выкрашенной серой краской. Запах еще не успел выветриться из коридора, и все дышали парами недавно нанесённой краски…

— Ваше Императорское Высочество, прошу вас, входите. — Виктор Валентинович посторонился, распахнув дверь.

Великий Князь и наследник вошли в помещение, облицованное белым кафелем от пола до потолка. В дальней стене стройными рядами в три ряда поднимались три ряда металлических квадратных люков. Перед ними располагались пять металлических столов. Лишь на одном лежало тело, укрытое белой простыней. Великий Князь приблизился к телу и взялся за простыню. Белая