«Синано» - потопление японского секретного суперавианосца - Джозеф Инрайт

В конечном счете я пришел к выводу, что, если бы я действовал по своему убеждению, подводная лодка «Дейс» вышла бы к рассчитанному разведкой ВМС месту, а не на девять миль в сторону, и адмирал Локвуд поддержал бы меня на все сто процентов; ведь я действовал бы в соответствии с событиями на месте событий…

Но в жизни, как говорят французы, чем больше изменяются вещи, тем больше они остаются без изменений. И вот год спустя я снова встретился с японским авианосцем, и почти в том же районе. На этот рал авианосец направлялся не к родным берегам, а, наоборот, покидал их.

На этот раз он не уйдет от меня, решил я.

Сначала только надстройка по правому борту корабля натолкнула матроса Стюарта на мысль, что перед нами авианосец. По мере того как цель становилась все более четкой на вечернем горизонте, сомнения подводников, стоявших на мостике, все более развеивались. Он имел громадную надстройку - первый признак авианосца. Затем мы заметили еще два корабля охранения. Таким образом, мы видели их уже три и предполагали, что где-то может быть и четвертый, прикрытый корпусом авианосца или идущий, невидимый, далеко за его кормой.

«Арчер-Фиш» покачивалась на волнах к западу от приближавшегося авианосца. Я на минуту быстро спустился вниз, чтобы просмотреть «Справочник по опознаванию кораблей противника». Мы со старшим помощником были неплохо ознакомлены с целым рядом японских авианосцев и по справочнику надеялись определить тип нашего авианосца и название его.

Мы выигрывали войну на море, у Японии оставалось не так уж много крупных авианосцев. Американская разведка обеспечивала наши подводные лодки поразительно полными, точными, надежными и самыми последними данными. У каждого из нас было по два справочника: один - для определения боевых кораблей, а другой - для определения торговых судов. Если мы не находили в справочнике какой-нибудь корабль-цель, то знали, что корабль или только что вошел в состав ВМС Японии, или он вообще не принадлежит ей.

Тип корабля по справочнику в разделе «Авианосцы» мы пробовали определять прежде всего по громадной надстройке по его правому борту со множеством мостиков, постов для сигнальщиков, а также с различными артиллерийскими установками. По справочнику выходило, что единственным авианосцем, у которого дымовые трубы были расположены в пределах надстройки, что делало его особенно громадным, мог быть авианосец типа «Хаятака» (например, «Хитака») или типа «Тайхо» [24].

За надстройкой была полетная палуба. Располагалась ли она по всей длине корабля? У авианосцев типа «Хаятака» полетная палуба шла на 690 футов в длину, немного не доходя до носовой части и кормы. Полетная палуба на авианосцах типа «Тайхо» простиралась до самого края носа и кормы. Ее длина составляла 844 фута.

Затем мы пристально изучали открытое пространство под полетной палубой корабля. На авианосцах типа «Хаятака» беспалубное пространство находилось как в носовой, так и в кормовой частях. Авианосцы типа «Тайхо» имели беспалубное пространство только в кормовой части, так как броневая защита по борту доходила до полетной палубы.

Внимательно рассматривали мы и носовую часть нашей цели. Вышеупомянутые авианосцы имели ее обычной формы; правда, авианосцы типа «Тайхо» носовой частью напоминали клиперы. Что же касается формы кормы, то у всех этих авианосцев она была, как у крейсеров.

Изучая громадный силуэт на горизонте, мы все более убеждались, что это - авианосец, но мы не знали еще, к какому типу его отнести. Зато мы знали уже, что его сопровождают по меньшей мере три эсминца. Подводной лодке «Арчер-Фиш» противостоял отнюдь не танкер в сопровождении одного корабля, как мы думали раньше. Ситуация оказалась совершенно иной. Одно дело - атаковать обыкновенный танкер с единственным кораблем охранения и совсем другое - идти в атаку в надводном положении против тяжелого авианосца с многочисленными кораблями охранения, да еще в светлую лунную ночь. Такого еще не бывало. Такое требовало безрассудной храбрости. Идти на это, чувствовал я всем своим нутром, все равно что идти на самоубийство…

- Мистер Эндрюс, - сказал я твердо, - мы должны обогнать его. Для осуществления атаки в надводном положении нет другого способа. Их орудия разнесут нас в клочья еще до того, как мы выйдем в сектор торпедной стрельбы.

- Да, сэр, - согласился он. - Даю самый полный. - И он передал приказ командиру группы сигнальщиков Карнахану, а тот в центральный пост управления энергетической установкой.

Энтузиазм Эндрюса казался неистощимым:

- Мы сделаем это, командир! Это то, что нам нужно. Они не видят нас. Я знаю это!

Его слова заставили меня призадуматься. Выйти на носовые курсовые углы авианосца - это был единственный шанс, позволяющий нам осуществить торпедную атаку. Но даже в этом случае мы окажемся от него на слишком большом расстоянии, чтобы идти в торпедную атаку в подводном положении. Оставался единственный шанс: поддерживать наибольшую скорость в надводном положении, идти параллельным курсом и надеяться на то, что авианосец, изменив направление, пойдет в нашу сторону. Я похлопал по левому карману брюк, где лежали четки, страстно желая, чтобы это случилось.

Прошло больше часа с того момента, когда в 20.48 лейтенант Боша установил при помощи радиолокационной станции движение цели. Пока лодка «Арчер-Фиш» с трудом разворачивалась на курс 210 градусов, я оставался на мостике с лейтенантом Эндрюсом и четырьмя сигнальщиками. Старший помощник спустился вниз, чтобы координировать действия экипажа по обстоятельствам. По визуальному пеленгу и дистанции, полученной от радиолокационной станции, наша группа управления огнем определила, что авианосец шел курсом 210 градусов и скоростью 20 узлов. Подводная лодка «Арчер-Фиш» была справа на траверзе от него на расстояния около 9 миль. Мы начали медленно отставать. Наши четыре двигателя могли обеспечить максимальную скорость 19 узлов. Не надо быть Эйнштейном, чтобы вычислить, что через некоторое время авианосец начнет незаметно нас обгонять. Казалось, победа убегала от нас. А всего несколько минут назад мы вознеслись в мыслях, как птицы в небе. Мы должны обогнать авианосец. Мы бдительно несем вахту на своих боевых постах и жаждем вырвать победу «Арчер-Фиш» в ее пятом боевом походе. А что касается меня, то я, как ее командир, просто сгорал от желания одержать свою первую победу. Нам просто необходимо обогнать авианосец. Затем мы сможем погрузиться и приблизиться к нему мористее на траверз его правого борта. Ветер и море были идеальными для подхода под перископом. Сила ветра достигала 4 баллов по шкале Бофорта, что означало скорость от 14 до 16 узлов - умеренный бриз. По Бофорту, внешнее проявление этого ветра описывается так: «…небольшие волны становятся длиннее и выглядят, как белые гребешки». Такие волны являются идеальными для того, чтобы скрыть перископ от сигнальщиков противника. При свете луны мы имели наилучшие условия для атаки.