Путь воина - Валерий Михайлович Гуминский

Но здесь не будет многоэтажных домов и плотных застроек. Скорее, ориентироваться будут на богатых людей из богемы, купеческого сословия, дворян. Молодая аристократия тоже, знаете, хочет жить отдельно, создавать свои семьи. Родовые узы начинают распадаться, увы. Но в общем, интересная перспектива.

— Понятно. В таком случае вы не против продать мне свою землю?

— Не против. Но цена может вас удивить.

— Так назовите ее.

Услышав ответ, Никита про себя хмыкнул. Неплохо так ценит свою недвижимость господин Осипов. Скорее всего, решил не чинясь накинуть к прежней сумме еще пару процентов, увидев потенциального покупателя.

— Валентин Александрович, вы выставляли у маклеров цену в триста тысяч, что слегка превышает истинную стоимость земли и особняка, — Никита не хотел торговаться, но слегка сбить нахальство соседа не мешало. Даже несмотря на будущий бум в районе Обводного. — А сейчас хотите четыреста тысяч. За счет чего же выросла цена за пару дней?

Осипов густо покраснел, потянул на себя ворот рубашки, как будто душивший его.

— Я не буду спрашивать, отчего вы вдруг решили съехать отсюда. Место тихое, хорошее, — Никита внимательно посмотрел по сторонам. — Да и ваше соседство нам не докучало…

— Да-да, если не появляться здесь всю зиму, — усмехнулся Валентин Александрович, придя в себя. — Увы, не могу содержать усадьбу.

— Триста двадцать тысяч — и мои юристы уже завтра начнут оформлять все документы, — заявил Никита, очнувшись от созерцания парка. — Вам ничего не нужно делать, только ознакомиться и подписать. Будете торговаться?

— Хорошо, я согласен, — кисло улыбнулся Осипов. — В самом деле, неловко получилось.

— Пустяки, — Никита ухмыльнулся. — Как говорится, проси больше — получишь то, что и планировал. Итак, завтра с утра ждите гостей. Волокиты не будет, я обещаю. И через несколько дней вы получите свои деньги. Кстати, как желаете? Чеком, переводом на банковский счет или наличными? А может, открыть вам карту с этой суммой?

— Последний вариант мне подходит, — встрепенулся Осипов. — Но на мое имя.

Барон Назаров про себя хмыкнул. Сосед, кажется, пытается скрыть часть денег от своих родственников или жены. Он уже знал, что его старшая дочь вышла замуж за офицера и уехала в Киев. Сын учится в Праге, попал в дурную компанию, тянет деньги с родителей, поэтому и возникла у Осиповых такая проблема. Земельный налог съедал большую часть доходов (земля на Обводном принадлежала государству, и только Меньшиковы и еще несколько княжеских дворцов исключались из списка налогоплательщиков), а тут еще и кровиночка проблемы на ровном месте создает. Тем не менее Никита не собирался обеспечивать благополучие чужих людей, зная, что часть денег от продажи уйдет в карманы зарубежных адвокатов. Поэтому безжалостно срезал запросы соседа, который, кстати, вовсе не был недовольным.

— И все же я хотел бы пригласить вас в дом, — проявляя вежливость, произнес Осипов, когда они обошли вокруг особняка.

Никита отказался, сославшись на неотложные дела. Хозяин дома, скрывая облегчение, проводил его до ворот, а потом долго стоял у ворот, провожая взглядом машину соседа, которая промчалась мимо усадьбы Назаровых и скрылась за поворотом.

— Как все прошло, Никита Анатольевич? — поинтересовался Слон.

— Согласился, — откликнулся волхв с заднего сиденья. — Хитрый дядечка. Свою развалюху спихнуть в довесок к земле за триста тысяч не каждый сможет. Красная цена усадьбе на двести пятьдесят, не больше.

— А вы дали больше? — сообразил личник.

— Чуть-чуть, чтобы не возникло соблазна дурить остальных покупателей. Дескать, а попробую-ка я поднять ставку.

— Он не прогадал, — хохотнул Москит.

— Зато я спокоен, что за моей спиной он не начнет еще с кем-то торговаться. Тем более, времени ему я не дал. Завтра уже адвокаты займутся куплей-продажей, — Никита поглядел в окошко на оживленную улицу, по которой мчалась машина. В кои времена он почувствовал невероятное затишье, свалившееся на его голову. Молодой барон даже растерялся, не зная, чем заняться. Домашние дела не успели затянуть его настолько глубоко, следовало как-то воспользоваться случаем.

Теперь стало понятно, почему князь Балахнин так энергично советовал ему перебраться в Петербург. Скучать здесь не придется. Если нет войны — в дворцах звучит музыка. Может, в самом деле прогуляться в соседнюю Явь, наведаться к сестрам в гости?

Его раздумья прервал телефонный звонок. Поглядев на имя абонента, Никита хмыкнул.

— Слушаю внимательно, Ваше Высочество.

— Все шутить пытаешься, — раздался густой голос тестя.

— Да как бы не шучу, все от настроения зависит.

— Или дурью маешься, или что-то не так идет, — с ходу выстрелил в «десяточку» Меньшиков.

— Насчет маеты я бы поспорил, но в целом — да, маюсь.

— Ты куда сейчас едешь? Не удивляйся, шум мотора прекрасно слышу.

— Хотел заглянуть в головную контору Касаткиных. Без своего «бриллианта» как без рук чувствую. Машину новую хочу купить.

— Не торопись пока, — голос Константина Михайловича неуловимо изменился. — Давай сейчас в Зимний. Охрана будет предупреждена, проведут в кабинет Самого.

Спрашивать банальность вроде «а что случилось» Никита благоразумно не стал. И так ясно. Меньшиковы без причины не зовут. Значит, такая причина появилась. Улыбнувшись, волхв ответил, что через несколько минут будет на месте.

— Заезжай через Посольский подъезд, — предупредил тесть и отключился.

Ну вот и затянулась пустота, не успев разрастись до угрожающих размеров.

— Едем в Зимний, — приказал Никита, и Москит, понятливо кивнув, тут же сориентировался, куда нужно свернуть.

Посольский парадный подъезд находился в самом центре фасада, который выходил на Дворцовую набережную. Туда и подъехал Москит, чтобы высадить молодого хозяина возле лестницы, где двое гвардейцев внутренней охраны тут же проводили его через многочисленные переходы в приемную Его Величества. Никита сразу отметил большое количество чиновников, сидящих на стульях и диванах с папками, необычную суету в коридорах, но в этот момент один из секретарей-адъютантов поднялся навстречу.

— Господин барон, извольте подождать, о вас будет сообщено, — сказал он и исчез за створками высокой двери. Через минуту он вышел обратно и кивнул. — Проходите, пожалуйста.

И с бесстрастным лицом сел на место, игнорируя гневные взгляды просителей, коих здесь хватало.

Никита сгорал от любопытства, что же могло произойти. Версий хватало, но все они базировались на предположениях. Сербия, Кавказ, Дальний Восток, обострение на границе с Маньчжурией — все что угодно, будь к этому предпосылки. Но на политическом горизонте стоял такой же штиль,