Путь воина - Валерий Михайлович Гуминский

поглядывала на разноцветные кубики, словно примеривалась стащить один из них в свое логово. — Его больше всего интересовали взаимоотношения знатных боярских семей, кто к кому благоволит, а кто в оппозиции Великому Князю. Я тогда сказала, что правящий род Рюриковичей до сих пор не может прийти к единому политическому решению: раз и навсегда закрепить право старшего Рода на правление. Генеалогическое древо перемешалось настолько, что Палата родословных дел сама запуталась, кто имеет больше прав на престол. Вот иногда и выныривают из глубин некие авантюристы, утверждающие, что они из рода старших Рюриковичей.

— Мне это не интересно, — поджала губы Тамара. — Никита мне куда дороже, чем тот же Великий Князь Владимир. А как подумаю, что мужу придется примирять его и мятежного дядю, просто бешенство накрывает. Как будто у князя Тарковского других кандидатов нет! Там, кстати, мой дядюшка Михаил, тоже ни рыба ни мясо…

— Для меня Никита так же дорог, — голос Даши стал тише, — но там, куда он уходит — мой мир, мои родители.

— Извини, Дашенька, я же не обливаю грязью все, что тебе дорого, — вздохнула Тамара. — Мне очень хотелось бы видеть твою семью здесь, но они сами сделали выбор, отказались от предложения Никиты.

— У тебя гормоны бушуют, — улыбнулась Даша. — Не волнуйся, пожалуйста. А то родишь крикливого наследника, спать всем мешать будет.

— Мишку и Полинку я рожала, когда Никита путешествовал в твоем мире, второго сына я буду рожать снова без него. Вот уж не знаю, как это объяснить: насмешкой богов или очередным испытанием, — Тамара быстро смахнула слезу, заскользившую по щеке.

Никита подсел поближе, и как мог, приобнял за плечи.

— Обещать, что постараюсь побыстрее развязаться с этим делом, не буду, — сказал он. — Сам не знаю, сколько там придется побыть. Еще в Москву предстоит съездить, с сестрами поговорить. Закрою очередной гештальт.

— Не зарекайся, — отмахнулась жена. — Мне важно, чтобы ты был рядом хотя бы два дня в неделю. Небольшие отлучки я уже научилась терпеть. И кстати, посети Сабуровых. Вдруг уговоришь их переселиться в нашу Явь.

— Обязательно, — Никита глянул на Дашу. — Ты же не против?

— Даже не знаю, — вздохнула та, проследив за очередным перемещением Ярика. — Свыклась я с таким положением, уже не так сердце болит. Дорогой, если папа и мама снова ответят отказом, не дави на них. Это их выбор.

— Конечно, — кивнул волхв. — Ты напиши-ка им письмо, фотографии внука и свои самые лучшие отбери. Передам им. А еще мне нужна твоя кровь. Активирую возле вашего особняка точку выхода. Подрастет Ярик — будешь с ним в гости к родителям ходить с помощью Дуарха.

— Спасибо, милый! — выдохнула супруга. — За мной много горячих поцелуев.

Тамара усмехнулась, а потом взволнованно схватила Никиту за руку.

— А свою точку выхода ты оборудовал? — спросила она.

— Да, солнышко, уже. Теперь в случае форс-мажора я не застряну в Яви-два. Дуарх или Ульмах перенесут меня прямо в парк «Гнезда». Я тайничок сделал, туда филактерий положил.

— Что это такое? — наморщила лоб Тамара. — Краем уха слышала когда-то, а в подробности не вдавалась.

— Коробочка или сосуд, в который кладут нечто важное, — не вдаваясь в подробности, ответил Никита. — Я же создал свиток, на который нанес руну прямой дороги, напитанную своей кровью. Теперь даже через тысячу лет мои потомки смогут возвращаться к истокам, ориентируясь в астрале на этот маячок.

— Свиток с годами становится сильнее, — догадливо воскликнула Даша, но потом осеклась, оглянулась по сторонам. — А еще у таких свитков накапливается разрушительное действие. Помнишь ту катастрофу под Тверью? Вот так действуют напитанные кровью артефакты.

— Дашенька, ты преувеличиваешь, — рассмеялся волхв. — Я не закладывал в маячок магию разрушения. У меня была мысль сделать его наподобие самозарядного устройства.

— Я знаю, о чем говорю, — покачала головой Даша. — Чем старше артефакт с кровью, тем он могущественнее. Особенно хорошо передавать подобные вещицы по наследству. Кольца, перстни, шкатулки с секретом…

— Хочу такой! — Тамара оживилась. — Никита, ты просто обязан сделать такие филактерии каждой из своих жен. Мы будем передавать их по наследству своим детям.

— Хорошо, Юли здесь нет, а то бы нож к горлу приставила, требуя того же, — рассмеялся Никита. Она утром уехала на кордон с десятком бойцов и Ромкой Возницыным, приданным для усиления охраны. Вот неймется егозе, понравилась жизнь в дороге!

— Даша, почему ты раньше о таком интересном факте не говорила? — Тамара с помощью мужа присела и аккуратно придержала выпирающий животик.

— Так и разговора подобного не было, — растерянно пожала плечами Даша.

— Никита, вернешься домой — подумай о подарках любимым женам, — наставительно произнесла любимая Берегиня. — Кстати, вечером, прежде чем убежишь в соседнюю спальню, зайди ко мне. Поправлю «кольчужку».

Даша покраснела от прямого намека, но потом вздернула голову. Никита был и ее мужем, и ничего зазорного не видела в том, что он сейчас спит вместе с ней. Делить Назарова девушки научились, но иногда у каждой из них просыпалась собственница, и тогда Никита испытывал невероятную атаку обольщения сразу от двух красавиц. Что будет, когда к ним присоединится Юлия — Даша не могла представить.

— Ты когда уезжаешь? — спросила она. — Мне надо написать письма.

— Завтра утром нужно быть в Петербурге, завершить кое-какие дела, а оттуда меня заберут военные. Я-то не знаю, где находится полигон с телепортом.

Ярик подполз к нему и вцепился в брюки, стараясь подняться на ноги. Никита рассмеялся и подхватив его, стал подбрасывать вверх. Мальчишка вопил от восторга и оглашал гостиную звонким смехом. Вдоволь наигравшись с сыном, он оставил его на попечение Даши и скрылся в своем кабинете.

То, что рассказала младшая жена о свитках, напитанных кровью, следовало обдумать в тишине. В принципе, подобные манипуляции с артефактами, были не новы, но конкретных упоминаний о методах изготовления Никита не встречал. Иерархи, если и знали, о том молчали. Тамара попросила сделать маленький подарок, завязанный на крови. На сережках трудно что-то выцарапать, а значит, придется использовать кольцо или женский перстень. С внутренней стороны магическим резцом, подаренным ему мезенскими Хранителями, можно прочертить правильно подобранную руну, напитать ее кровью владелицы — и пусть носит, наполняя артефакт