Путь воина - Валерий Михайлович Гуминский

учатся воины быть самыми сильными? — старик кивнул на Слона. — Каждый день оттачивают свое мастерство тяжким трудом тренировок. Так и тебе предстоит идти по такому же пути. Только магическому. Хочешь быть как отец?

— Спрашиваешь, деда! — засверкал глазенками Миша. — Хочу!

— Тогда научись делать все правильно, так, как я тебе говорю, как показывает отец свои хитрые приемы. Когда придет уверенность, ни один палец не зацепится за нитку, — Фрол Пантелеевич с хитрецой посмотрел на Никиту.

— Полина, Миша, можете поиграть со Слоном, — волхв усмехнулся, заметив тяжелый вздох личника.

— Хозяин, разреши показать детям ножевые приемы, — просьба Нагайца была неожиданной. Словно степной идол заговорил на понятном всем языке. — Магия хороша, но, когда умеешь владеть благородным железом, она становится еще сильнее.

— Папа, можно посмотреть? — заинтересовалась Полина, отчего у Никиты брови поползли вверх.

— У нас в роде все мальчики с трех лет начинали носить нож, а в пять уже владели им как настоящие мастера, — разговорился Нагаец.

— А девочки? — заложив руки за спину, юная ведунья внимательно поглядела на смуглое лицо личника мамы. Как-никак, она с ним виделась гораздо чаще, чем со Слоном или Лязгуном.

— Девочкам не запрещалось, но их больше учили домашнему хозяйству.

— Не хочу вышивать и танцами заниматься, — надула губы Полина. — Это скучно.

— Насчет танцев я не уверен, — Фрол Пантелеевич переглянулся с Никитой. — Для гибкости и улучшения координации они очень даже полезны.

— Да? Тогда буду танцевать, — согласилась девочка.

— Нагаец, если через полгода мои дети не станут попадать ножом в центр мишени, я сочту твои слова бахвальством, — предупредил Никита. — Работать с ножом я сам могу научить, но планировал заняться их подготовкой гораздо позже.

— Я дам им все знания, — бесстрастно ответил телохранитель. — Муху будут прибивать к доске за десять шагов.

Никита поморщился от визгов радостной ребятни, и сделав знак облегченно вздохнувшему Слону, что ему все равно нужно проконтролировать детей, отошел вместе со старым волхвом подальше от шумной компании. Нагайцу, конечно же, он доверял и нисколько не боялся за своих отпрысков. Тайный Двор приучил его жить с оружием в руках с ранних лет, а с клинками он управлялся как заправский казак уже в десять. Нагаец прав: магия тогда сильна, когда одаренный умеет пользоваться всеми возможностями. Блокираторы уравнивают шансы, и это следует учитывать в расчетах. Поэтому необходимый комплекс самообороны его дети получат до того момента, когда пойдут в школу.

— О чем задумался, Никитка? — почувствовал его колебания дед Фрол.

— Имел разговор с князем Балахниным, — признался молодой волхв. — Представь себе, Фрол Пантелеевич, он проводит какие-то изыскания, чтобы понять, откуда у меня Дар Перуна. И намекнул так невзначай, что докопался до истины.

— Даже так? — хмыкнул старик. — И ты веришь его словам?

— Ну… в чем-то он был убедительным. Есть подозрение, что одаренный из его окружения согрешил с одной девицей. Балахнин где-то нашел Место Силы и отправил ее туда в надежде, что будущий ребенок примет универсальный Дар.

— По аналогии с алтарем Храма? — снова ухмыльнулся дед Фрол, как будто сказанное его веселило. — Ну что ж, пусть и дальше проводит научные изыскания. Девку только жалко. Загубит своими экспериментами.

— Ты что-то знаешь о таком способе?

— А кто возил беременную жену к Источнику? — выцветшие глаза старика задорно блеснули. — Разве ты не рисковал?

— Ситуации разные. Побывать внутри Источника и впитывать энергетику Места Силы — это иные уровни воздействия на Дар.

— Ребенок той девки не получит и половины от одаренного родителя, — уверенно произнес Фрол Пантелеевич. — Полукровкам придется выпрямлять все энергетические каналы, и не факт, что удачно выйдет. В афганских княжеских семьях иногда рождались вот такие бастарды, и его вместе с матерью отселяли в далекий кишлак под пристальный надзор специально обученных людей, которые следили за развитием ребенка. Долго, до восемнадцати лет. Инициацию переживал не каждый. Особенно первую. Там сразу шел жестокий природный отсев. Магия не терпит беспечности в подобном деле. Есть правило, и оно единственно верное, проверенное веками: неодаренная женщина не может родить полноценного носителя Дара. Это выбраковка. Но если мать-простолюдинка имеет искру, то шансы вырастить одаренного ребенка повышаются многократно. Если этим займутся евгеники, — хмыкнул старик.

— А наоборот? Мужчина-неодаренный, а женщина из сильного Рода, пестующего какую-нибудь Стихию? — Никите было интересно выслушать версию старика.

— Думаешь, старшие родичи допустят такой мезальянс? — рассмеялся волхв. — Они-то как раз понимают, что таким образом кровь будет испорчена. Такая же выбраковка, только с более лучшим результатом, как ни странно.

— А как же в Афганистане?

— Таких как раз убивают, — пожал плечами дед Фрол так буднично, что у Никиты по спине прокатился холодок. — Бастард от одаренного отца — допустимо, а высевок от одаренной матери — проклятие Рода. Разницу чуешь?

— Оскорбление крови?

— Ну да. И магия здесь не при чем.

— Но ты сам сказал, что шансы для ребенка получить Дар в таком союзе гораздо выше. Иерархи утверждают обратное.

— Иерархи многого не знают, — резко остановился Фрол Пантелеевич и заложил руки за спину, разглядывая возящихся с детьми телохранителей. — Они впитывают знания западной цивилизации и пытаются натянуть ее на наши уникальные наработки. От того и ошибки. Я прошел от Пянджа до Пешавара, столкнулся со многими секретами местных магов. Скажу так: к чистоте крови местные князьки относятся с невероятным трепетом. Но нигде я не встретил одаренного с искусственно поднятым уровнем Дара. Природа всегда подводит к общему знаменателю, если нет предпосылок к усилению. У тебя они были с самого рождения, и так распорядилась природа. Если хочешь — Перун. Недаром он тебя отмечает при каждом посещении Храма, прямо спектакль устраивает! Когда твоя жена родит, сам убедишься в правдивости моих слов. Дети никогда до тебя не дотянутся. Они будут уникальными в чем-то, но Сила Пяти Стихий подвластна только тебе. Может, в мире и существуют еще подобные уникумы, но я о таковых не слышал.

— Балахнин сказал, природа дуалистична, двуедина. Значит, есть.

— Сам-то веришь?

— В двуединую природу вещей? Верю, потому что она существует. Но в появление второго Универсала — нет.

— То-то и оно. Болтун твой князь, вот что я скажу. А