Больное сердце - Андрей Русланович Буторин

ста метров, придавала дополнительных сил. Вот только когда впереди за деревьями блеснул желтым боком спасительный гравилет, Тим едва не упал, споткнувшись: летательный аппарат обступили по меньшей мере четыре твари. И не просто так обступили, а били по его корпусу лапами, пытались грызть опоры. К счастью, форма самого гравилета была совершенно обтекаемой, не укусишь, да и материал, из которого он был изготовлен, должна была выдержать и не такие удары и укусы, но все равно Тиму стало тревожно. Ведь если что – ему не выжить. Если он не сможет сейчас отсюда улететь, то помощи вряд ли дождется. Раньше, чем прибудут робоспасатели – а по идее, на базе уже были должны получить сигнал тревоги с его ид-чипа, медицинские показатели наверняка плясали сейчас джигу, – разрядится аккумулятор резака, и вряд ли зубастые монстры станут ждать, пока он его заменит. Между прочим, судя по мигающему желтому индикатору, заряд уже был ниже нормы. А ведь как минимум нужно уложить четыре твари возле летуна – это если не осмелеют и не набросятся раньше остальные.

«Так меняй! – завопил Тимофей. – Меняй батарею сейчас! На бегу меняй, пока они не прыгают! Потом будет поздно!»

«Шакс! Да я выроню аккумы на бегу-то… Думаешь, это так просто?!»

«И роняй! Хоть сразу все выбрось, кроме одного, остальные все равно не пригодятся…»

«Если я сейчас отстегну этот, а твари прыгнут…»

«Звездец тогда. Не судьба, значит. Но если не отстегнешь, тогда точно звездец, безо всякой судьбы!»

Непонятно, откуда у Тимона взялась эта деятельная активность и командные задатки – видимо, сильно уже смешалось в общее и сознание, и подсознание. Как бы то ни было, это послужило Тимуру толчком, и он решился. Одним резким движением отщелкнул полупустой «магазин», рванул, едва не выдрав, клапан подсумка, достал новую батарею и… не удержал в руке.

– Шакс!!! – заорал он вслух.

Заорал не только потому, что выронил аккумулятор, но и оттого, что увидел: два зверюги рядом с летуном обернулись к нему и короткими мощными прыжками помчались навстречу. Между ним и хищниками было всего метров тридцать, и это расстояние стремительно уменьшалось.

– Стой!!! – завопил Тимофей. Да, это сделал именно он, и это получилось у него сделать вслух. А почему он так крикнул, Тимур уже «прочитал» и сразу же согласился. Во-первых, так чуть увеличится время до неминуемой встречи с этими двумя тварями. Во-вторых, стоя на месте, он куда ловчее пристегнет новый «магазин»… А бегущие справа и слева зверюги не успеют ведь среагировать мгновенно!.. Вот только если кто-то еще бежит сразу за ним… Но оборачиваться некогда. Как и раздумывать. На эти вылетевшие пулеметной очередью мысли не ушло и пары секунд. Тим уже встал как вкопанный и выдергивал из подсумка батарею. Щелчок – и она на месте. А теперь гашетку в рукоять – и нате, получайте гады!

Горячие брызги разрезанных врагов попали Тиму на лицо. Но ему сейчас было не до брезгливости. Развернувшись на пятке, не отпуская при этом гашетку, он не глядя прочертил сияющим шипящим лучом круг. Раздался сдвоенный визг, но большинство зверюг уцелели, лишь отпрянули дальше. Зато начали стремительно падать сразу три дерева, которые скосил за компанию Тим. И так удачно упали! Одно из них придавило зазевавшегося хищника.

Только теперь он увидел, что тварей вокруг него не меньше пары десятков. Но после его выпада в стане врага случилось некоторое замешательство – конечно же, временное. Этим нужно было воспользоваться, и Тим, задыхаясь от усталости и боли в деревенеющих мышцах, устремился к гравилету – прямо на двух поджидавших его с оскаленными пастями мерзко поблескивающих влажной серой кожей гадин.

До них осталось всего метров пять-шесть, но они и не думали нападать. Стояли возле спасительного летуна, закрывая его собой, будто и впрямь понимали, что это единственное средство спасения их жертвы.

«Стреляй!» – крикнул Тимон.

«Я зацеплю гравилет!»

«Стреляй, иначе звездец!»

«С такого расстояния это бесполезно!»

«Ну так бежим к ним ближе!»

И Тимур побежал, из последних сил в три тяжелых прыжка преодолев пару метров. А потом выстрелил.

Предсмертный визг тварей смешался с еще одним звуком – громким и будто сердитым шипением. Но это шипели не звери. Тим уже понял, что именно случилось – ведь именно этого он и боялся, – но все же попытался отогнать от себя эту мысль. Не вышло. Хотя бы уже потому, что откинулась прозрачная крышка кабины гравилета – откинулась сама, без команды с его стороны. А это могло означать лишь одно: летун поврежден. Луч резака зацепил гравилет и вывел в нем что-то из строя. Хорошей новостью в произошедшем была только одна: летун при этом не взорвался. А ведь вполне себе мог! Но сможет ли он теперь лететь? Тим сознавал, что если нет, то даже внутри гравилета с открытой крышкой он не будет защищен от хищников. Но проверить, остался ли у него шанс на спасение можно было одним только способом: забраться внутрь и попробовать взлететь. Тим отдавал себе отчет, что попытка взлета неисправного аппарата тоже может привести к взрыву, но мгновенно взвесив имеющиеся в его скудном распоряжении «за» и «против», решил, что лучше мгновенно погибнуть при взрыве, чем переживать мучительную смерть от зубов и когтей мерзких злобных гадин.

Приняв это решение, Тим вдруг с ужасом подумал, что у него не хватит сил, чтобы забраться внутрь гравилета. Их и правда совсем не осталось. Помогло громкое, будто бы даже торжествующее рычание из нескольких глоток сразу позади него, совсем уже близко. Ему показалось даже, что он чувствует исходящее от хищников восхитительное благоухание. А скорее всего, не показалось, и это значило только одно: еще пара-тройка мгновений, и в него вонзятся клыки. Осознание этого и дало Тиму спасительный импульс последних сил – он буквально ввалился в кабину. И тут же хлопнул по надписи «База» в поле навигатора.

Он невольно зажмурился, ожидая взрыва. Но гравилет взлетел. И стремительно начала набирать высоту. От набегающего воздушного потока открытая крышка кабины стала нещадно хлопать, и тут же подал «голос» Тимон:

«Пристегнись! Нас сейчас сдует!»

Но Тимур и так уже пристегивался. И ему очень не нравилось поведение летуна. Он забирался все выше и выше в небо, чего не должен был делать. А ручного управления, чтобы это остановить, здесь предусмотрено не было. И если