Имя России. Духовная история страны - Борис Вячеславович Корчевников

На самом деле после 1255 года ордынский хан Берке отправляет на Русь переписчиков и баскаков. Александр Невский призывает Новгород подчиниться и стерпеть. Но когда монгольскую дань взяли на откуп хивинские купцы-бесермены, то против них поднялись бунты во Владимире, Суздале, Переяславле, Ростове, Ярославле. Дело в том, что купцы сотрудничали с Ордой следующим образом: они вносили дань за город в ордынскую казну и за это получали разрешение собирать деньги с населения данного города. Разумеется, купцы собирали с населения больше, чем отдали в казну Орды, порой объявляя непосильную для людей цену откупа. Это и вызвало бунты.

Баскаков убивали – это случалось не раз – переписчиков и сборщиков дани ненавидели. На произвол и насилия мы всегда отвечали бунтами – так было и под игом, так было и в крепостном праве: крестьяне не мирились с самодурством хозяев. Это очень далеко от рабской идеологии.

Интересно, что наказания за бунты со стороны Орды не следовало. И это заслуга Александра Невского. Он был выдающимся дипломатом своей поры, неоднократно посещал Орду, садился за стол переговоров с монгольскими ханами и защищал свой народ от грабежей и резни. В общей сложности святой князь провел в Орде более четырех лет! Удивительно, но Александр даже добился того, что русское духовенство было освобождено от уплаты дани. А уже после смерти князя в мусульманском Сарае была создана православная епархия. Поэтому Александра Невского стали считать покровителем дипломатии. Домовый храм при МГИМО освящен в его честь.

Князья-мученики

В период монголо-татарского ига прежнее шатание русских князей и споры о легитимности власти не спеша уходят в прошлое, способствуя будущему единодержавию, – и в этом опять виден Промысл. Катастрофа Русской земли способствует нашей консолидации – она происходит вокруг правителей, которые жертвуют собой ради народа.

Иго убивает князей – кто-то умирает мученической смертью в Орде, кто-то со своим войском на поле битвы. В этом было, кстати, отличие нашей военной тактики от монголо-татарской. Монгольский полководец оставался в арьергарде, наблюдая за битвой. Наши князья были первыми среди дружинников, вели за собой войско.

Таким князем был благоверный Георгий (Юрий) Всеволодович, второй сын князя Всеволода Большое Гнездо, основатель Нижнего Новгорода. В битве с монголо-татарским войском на реке Сити он принял мученическую смерть. Епископ Кирилл отвез его тело в Ростов и похоронил Георгия в соборном храме. Два года спустя тело Георгия Всеволодовича было перенесено во Владимирский Успенский собор.

Князь Ростовский Василько Константинович в той же битве у Сити был взят в плен. Он оказался первым из русских исповедников мучеником за веру, отказавшись принести присягу хану и подчиниться татарским языческим обрядам в Шеринском лесу.

В Орде были замучены святой Роман Рязанский, святой Михаил Тверской и его сыновья Димитрий и Александр.

Благоверный князь Черниговский Михаил Всеволодович делал попытки объединить христианскую Европу против монголо-татарской Орды. В 1245 году посланники святого Михаила даже присутствовали на Лионском соборе во Франции. О желании Михаила собрать войско против татар вместе с европейскими державами, в том числе с Венгрией, прознали в Орде, и монгольские ханы жаждали расправиться с бунтовщиком. К сожалению, свое желание они смогли претворить в жизнь: в 1245 году Михаил Всеволодович вместе со своим помощником боярином Федором приехали в Орду. Им приказали пройти монгольские обряды и поклониться обожествляемым монголами стихиям. Поступить так – значит предать Христа. Они отказались. Святой Михаил сказал:

«Я готов поклониться царю, так как ему Бог вручил судьбу земных царств, но, как христианин, не могу поклоняться идолам».

Михаила и Федора сперва долго избивали, а после отсекли им головы. Мощи благоверного князя Михаила и боярина Федора хранятся в Архангельском соборе Кремля.

Святой псалмопевец Давид говорил: «Род праведных благословится». И эти слова находят подтверждение в истории святого Михаила – от его рода пошли князья Барятинские, Волконские, Горчаковы, Долгорукие, Елецкие, Звенигородские, Кольцовы-Мосальские, Оболенские, Щербатовы.

Интересно, что позднее, в XVI веке, мученическая смерть Михаила Черниговского обросла мистическими историями. Так, появляются редакции Жития, в которых отрубленная голова князя чудесным образом остается живой после смерти. Голова, уподобленная голове Иоанна Крестителя, становится говорящей и произносит слова: «Я – христианин». Этого, возможно, и не было, но суть в том, что к XIII веку страна уже напитана христианством, в центре которого – жертва за других. Эти мученики промыслительно стимулируют распространение веры дальше и понуждают монголов к веротерпимости. Пример этих мучеников был внушением для монголов, которые больше не искушали пленников проходить их обряды, понимая, что для них радость – умереть за Христа.

И самым ярким образом князя-спасителя стал Александр Невский.

Юродивые. Новый тип русской святости

Потрясение и унизительное крушение всей страны постепенно останавливают разрушительные междоусобицы и вообще будто разворачивают народ от земного к небесному. В этом чаще всего смысл и цель всех потрясений. Что в жизни человека, что в жизни целой страны.

После монгольского нашествия является еще один тип святости на Руси – юродство. Это неизвестный до того массово на Руси тип поведения человека – такое мнимое безумие – прежде всего для сокрытия добродетелей и святости. Первый такой юродивый – святой Прокопий Устюжский. Его судьба тем любопытнее, что с точки зрения земного он был самым успешным человеком своего времени – богатым купцом из прусского знатного рода, торговавшим с Новгородом по линии Ганзейского союза. Еще любопытнее, что он был католиком и сродни своим собратьям по вере этого века не любил схизматиков-православных.

Он прибывает в Новгород, испытывает потрясение от красоты и глубины православия. Перекрещивается. Уходит в монахи, а после того, как Прокопия за праведную жизнь стали почитать новгородцы, он начал юродствовать. Но и это не помогло, он удалился в Великий Устюг, где жил на паперти храма. Там он сотворил чудо, следы которого видны до сих пор. В 1290 году Прокопий предвидел стихийное бедствие – сильную бурю с грозой, лесными пожарами и смерчем большой разрушительной силы, явившимися следствием падения метеорита в 20 верстах от Великого Устюга. За неделю до падения метеорита Блаженный Прокопий начал ходить по городу, призывая со слезами жителей Великого Устюга каяться и молиться, чтобы Господь избавил город от участи Содома и Гоморры. В течение недели праведник предупреждал о скором суде Божьем, но ему никто не верил. Когда же разразилась буря, жители бросились в самое укрепленное и безопасное здание города – соборный храм, где застали молящегося за них и за спасение города Прокопия.

Интересно, что в Великом Устюге и соседних вымерших деревнях Олбово и Котовалово до сих пор встречают камни метеорита «Великий Устюг», упавшего тогда. У него была страшная разрушительная сила. Данные о метеорите подтверждены и научными наблюдениями.

Еще одна